Будни фельдъегеря 2. В активном поиске

Глава 1. Как снег на голову

Мужчина сидел на дальней стороне стола, сверкая новенькой формой, и постукивал пальцами по бедру. Лицо у него было приятное: такие бывают у людей с чистой совестью. Карие глаза смотрели уверенно, но не нагло, лжи в них не наблюдалось.

Когда на стол села молодая муха, мужчина не шевельнулся, но непроизвольно принялся следить за ней взглядом. Деловито обследовав лежащие на столе документы с разнообразными печатями и гербами, насекомое признало их негодными к употреблению и принялось ощупывать щель в столешнице на предмет завалившихся в нее крошек.

Время от времени муха поигрывала крылышками, и звонкое «бзз» нарушало напряженную тишину в помещении.

– Хм. – Аня задумчиво смахнула назойливое насекомое со стола, и оно принялось биться в закрытое по случаю непогоды окно. – Значит, ошибки нет.

– Никак нет, – похоже, по въевшейся в подкорку привычке отрапортовал молодой человек, а затем, спохватившись, по-светски добавил: – Я полагаю. Признаюсь честно, сам был удивлен, когда увидел… все это.

Он покосился на «телохранителей» Ани: Миколу, Игоря и Андросия Кузьмича, стоящих за ее спиной. Микола хмурился, Андросий Кузьмич задумчиво потирал подбородок, а Игорь был взбешен до побелевших костяшек на кулаках. Тобика в горницу не пустили, но он активно подавал голос, чуя посторонний запах и волнение хозяев.

– И что будем делать? – спросила Аня.

– Не знаю, – мужчина развел руками. – Приказ отдан и оформлен по всем правилам, я уже тут, и даже командировочные на карту пришли – на оплату проезда и проживания.

– Странно. – Девушка прикусила губу. – Мне тоже на днях зарплату перевели.

– Тут как раз все ясно, – наконец, решил вмешаться Андросий Кузьмич. – Ведомства-то разные: молодой человек – из Центрального военного округа, а вы, Агнесса Марьямовна – из «Почты России». Официально, по крайней мере, источник финансирования в данном случае значения не имеет. Хотя, думаю, и источники разные. Не ясно другое: с чего вдруг новую должность оформили, не упразднив прежнюю. Забыли, что ли?

– Могли и забыть, – пожал плечами мужчина. – Особенно если она на снабжении не числится. Я вот первый раз слышу, чтобы военная должность при почте значилась.

– А мы не военные, – нахмурился Андросий Кузьмич. – Курьеры мы, потому и при почте. С кем нам тут воевать? У нас тута все свои. И фельдъегеря у нас свои – потомственные. Испокон веков так повелось. В смысле, уже два поколения как. Видите: и команда сработавшаяся.

Он кивнул на Миколу и Игоря.

– А вы бы, уважаемый начальник почты, не вмешивались, – вдруг нахмурил брови мужчина. – Мало того, что у нас тут путаница, так вы еще и гражданских лиц к секретной информации допустили. Это что еще за сын полка?

Он кивнул на Игоря. Тот мигом окрысился и весь напрягся, будто перед прыжком.

– Это – представитель тех самых народных меньшинств, которые вас прислали обслуживать, – невозмутимо пояснила Аня, знаком руки попросив Игоря оставаться на месте. – Так что вы бы повежливее с подопечным. Да и «секретной информации», как вы выразились, он знает больше нас всех вместе взятых.

– Непорядок, – нахмурился мужчина, покачав головой.

– Непорядок – это в вашем ведомстве. – Аня наконец отодвинула от себя документы, возвращая их владельцу. – С каких это пор военных заселяют в частные дома даже без ведома их владельцев? У нас что, военное положение? Как хоть вам это объяснили?

– Да никак, в том-то и дело: все думали, дом пуст и принадлежит государству, – мужчина развел руками. – Адрес дали, приказ подписали и отправили. Сказали, ключи на месте выдадут. А вы уверены, что дом находится в частной собственности?

– Уверена, – отрезала Аня. – В прошлом месяце лично эту самую собственность оформляла. Заплатила налог и грабительскую сумму за услуги нотариуса. Все документы на руках. Запрос в Росреестр сделать?

– Не надо, – вздохнул мужчина. – Я и так вижу, что на военную базу или хотя бы пограничный пост это помещение мало похоже.

Аня тоже осмотрелась. Пока она валялась в больнице и вкушала радость уколов по часам и сна по режиму, ее неутомимая команда решила сделать ей сюрприз к возвращению: поменяла обои, положила ламинат, покрасила облезлые рамы и даже – какие умнички – установила какой-никакой биотуалет за печкой. Правда, обои были с отвратительным цветочным рисунком, а ламинат без выравнивания пола лег волнами, но ведь дареному коню в зубы не смотрят, правда? Хотя, лучше б они коня подарили, честное слово, чем вот этот колхозный ремонт.

– И все-таки, что делать будем? – спросил Андросий Кузьмич, возвращая их к основному вопросу. – Мне никаких требований уволить нашего фельдъегеря не поступало. Как и предупреждений о пополнении штата.

– Что делать: кормить, поить, в бане мыть, – вздохнула Аня, наконец, принимая решение и поднимаясь из-за стола. – В постельку уж как-нибудь сам уложишься, добрый молодец: извини, я не по этой части.

– Что?! – Игорь, все это время терпеливо дожидавшийся развязки, все-таки взорвался. – Он остаётся? С какого перепугу?

– А ты предлагаешь человека на ночь глядя на улицу выгнать? – Аня посмотрела на парня из-под бровей. – Вон, гроза собирается, а к утру заморозки обещали, даром, что июль на дворе. Неси лучше свой спальник и туристический коврик: кровать-то с периной мы, если помнишь, на свалку вывезли.

– И не подумаю. – Игорь возмущенно скрестил руки на груди. – Пусть валит туда, откуда приехал.

– Игорь, – одернул его Андросий Кузьмич. – Он же не виноват. У него приказ.

– А у меня кулак! – Игорь продемонстрировал свою тощую руку и неприличный жест.

– Так, давай-ка без глупостей. – Андросий Кузьмич подбавил в голос серьезности, намекая, что парень переходит границы. – Завтра с утречка отправлю начальству запрос, объясню ситуацию. А молодой человек… кстати, как вас звать?

– Олег Андреевич Железняков, – представился мужчина.

– А Олег Андреевич отпишется своим: мол, так и так, на месте давно уже работает другой фельдъегерь, прошу разобраться в ситуации. А пока давайте просто подождем. Агнесса Марьямовна, вы ведь не против помощника?