Будни ребёнка "индиго"

Глава 59

Глава 59-я: "Кодекс чести"

"Странно, что я вижу перед собою тысячу дорог: ни одна из них не является моей, но я могу выбирать для себя подходящую. Если, конечно, смогу ориентироваться в этих внешних и донельзя тайных путях. Это у других — одна дорога, и то они днём с огнём найти её не могут, а тут такая сверхзадача!

Ещё я вижу перед собой тысячи разных значений и назначений для этих значений, а другие смотрят, но не видят даже основного одного. Без логики, они, счастливые, будут по жизни плутать у трёх сосен, думая, что это настоящий лес! А я-то: разложив по полочкам и брёвнышкам — и сосны, и леса, и с логикой наперевес, двинусь ли куда-нибудь? У меня же совершенно запутанное и нелогичное логическое мышление! Что же, из-за того, так и останусь топтаться у перекрёстка тысячи своих дорог? С найденным главным из тысяч значений в своей голове! До крайности ушлая и бестолковая одновременно, и неправдоподобно всем этим несчастная?"

Таковы мои первые на сегодня трезвые мысли после довольно жёсткой с утра перевязки. Точней, это было полное обматывание меня бинтами на пластыре с обильной пропиткой раны антисептиком. До сей суровой процедуры я выглядела и чувствовала себя так (то есть, не чувствовала себя никак) будто находилась в продолжительной со вчерашнего вечера отключке. Кстати, ничего не помню из полуобморочного возвращения домой. Я шаталась по кочкам, как пьяная, норовя проскочить мимо асфальта и заползти на придорожную траву. Впрочем, на башмаке дерьма не оказалось, наверно, отцепилось по дороге.

Сегодня же, доктор сказал, что у меня без малого вышло ранение и заживать будет долго. А вызванная им очередная тётка-медсестра чуть ли не нарочно сделала мне больно — сильно надавив раскромсанное под лопаткой и затем презрительно произнеся мне вслед: "Ах, опять эта из неприветливых! Хоть бы шоколадку мне какую принесла, а то копайся в их гное безо всякой благодарности!" А вот и не принесу ей никакую шоколадку! Медсёстры каждый раз сменяются на процедурах обработки с перевязкой, где я наберу столько денег на шоколадки? Я сама не отказалась бы ни от того, ни от другого. Но Эса и так на меня разорилась прилично, прикупив обещанный объёмный том ныне модного человековеда Дэйла Карнеги.* И потому мне досталось некоторое внимание семьи.

Всё из-за моего фурункула или как его там, из-за домучивших меня слабости с температурой. Из-за того даже, что, как следует, я не смогу пару-тройку деньков принять нормальную ванну и переодеть, что полегче, а это для меня почти трагедия! Я вынуждена буду передвигаться, как ватная: плавно, медленно и осторожно, и ойкать от боли, вдруг резко дёрнусь. Ночью придётся спать на боку, днём ходить в тёплой шерстяной кофте, обязательно принимать по времени рекомендованные антибиотики и выглядеть болезненно, как никогда. Весьма кстати, что maman специально добыла мне мудрую книгу, чтоб я недельку посидела дома, а не шастала в прохладном парке или по квартиркам донельзя сомнительных подружек.

"Так, так, распространён когда-то был жанр поучений… В назидательные текстах и нравоучительных, без сомнения, историях. Динамично и конкретно он развивался в других странах, а в 'величайшей из великих' был легкомысленно отвергнут и полузабыт. И потому сейчас никто не знает толком, как строить взаимоотношения. Как вести себя дома и в обществе, как суметь урегулировать конфликты или в том же коллективе поддержать деловую беседу. Ведь, что ни говори: мы очевидно нуждаемся в правилах, в правильных выкладках для самого настоящего житейского бытия!" — а это уже мысли Эсы. Я запросто их с неё сняла одним лишь своим взглядом в сторону, удивившись: неужто мамуля выучила наизусть вводную часть большой книги? Или она справедливо решила, что лучше её собственных мыслей будут слова из настоящей аннотации на самого Карнеги. Так как, книгу до конца мама не читала, то оставив это мне, донесла до меня призыв в заимствованных фразах, что меня смогло заинтриговать. А тут ещё и рекомендации от Дэйла Карнеги прибавились.

Он предлагает смягчить свою жёсткость, разгладить углы и не приравнивать себя ни в коем случае к жестоким и холодным индивидуумам. А раз иной, чтобы добиться хоть чего-нибудь, пускай и малого — плыть по течению и улыбаться, и улыбаться при этом ударам извне! Где-то немного прогнуться пред вышестоящими, на кое-что закрыв глаза? Вовремя взгляд отвести и промолчать, толерантно предположив якобы дипломатичный подход? А как насчёт того, что жизнь в полной мере придаёт остроту любым суждениям и действиям?! Как раз, жестоким и холодным индивидуумам она подравнивает острые, колючие углы характерной натуры, а нежным и чувствительным, наоборот — обтачивает их и обсекает, надрезает, заставляя кровоточить! Позже, это обстоятельство преобразит чувствительно-нежных в холодно-жестоких. 

И как? Искренне интересоваться другими? Никогда не забывать о том, что "имя человека — самый важный, самый сладкий звук для него на всём белом свете и на любом языке!" Слышать и слушать людей, намеренно поощряя их говорить о себе? И самим же говорить о том, что интересует других. Внушить собеседнику… "сознание его значительности"?! Любопытно, чего этим можно добиться? — Того, скорей, что все кругом усядутся тебе на шею, бесцеремонно вторгаясь в твою жизнь! Ведь ты такой хороший и раздаёшь им комплименты, запросто и безо всяческих на то заслуг. Обман в высшей степени и никакой при этом справедливой правды! (Правильно, кому нужна эта правда!) А на имя своё, между прочим, надо полжизни упорно работать.

Что, если вдруг из-за соблюдаемых правил бестактное до пошлости людское самомнение разрастётся до необозримых широт, что позволит запросто тобой пренебрегать и панибратски помыкать тем более. Ну, раз они — такие-сякие возомнят себя значительными, а ты самозабвенно похвалишь их, ничуть не оставляя похвалы себе, и значит, принизишь этим собственную значимость в чужих глазах. Ну-ну! Вот я и не согласна с мистером Карнеги. Хэлло - гудбай, теоретический книжный советчик! Злостно говоря, ты учишь тонкой лести и ухищрениям с изощрениями вместе. Всем притворяйся, лги, улыбайся и… благополучно с этим подставляйся! Я, конечно, понимаю: делается вышеуказанное ради выживания, продвижения и выгоды, но не следует же опускаться до банального целования чужих задниц!