Будни жнеца душ

Ангел и Кот

Почему нельзя провести всю жизнь в мягкой кровати? Вопрос риторический.

Не хочу покидать подушку и тёплое одеяло, вылезать в этот холодный мир, где весна только началась. Не хочу выходить из приятного и родного полумрака комнаты на улицу, где не везде растаял грязный снег, зелень только-только обрела краски, а противный белый свет режет глаза.

Со стоном натянула одеяло на голову и приступила к ритуалу утра — уговаривать себя встать. Как же жестока действительность, когда у тебя есть работа. Куда-то ехать, с кем-то общаться, бумаги эти. Не хочу. У меня же ещё день обещает быть сложным, ведь наш мудрейший шеф решил, что я выросла и готова расправить крылья жнеца. Моё мнение никого не интересовало.

Чтобы наконец встать и сделать сладкий чай, у меня ушло полчаса. Чтобы умыться, поесть и одеться — час. Чтобы выйти из дома, ушло ещё полчаса.

Заткнув уши наушниками, я топаю к автобусной остановке, недовольно щурясь на белый свет и морщась при виде противной грязной кучи снега. Не люблю начало и середину весны, когда уже не зима, но ещё и не лето. Противно.

Я работаю жнецом уже около девяти месяцев, и, если признаться честно, то всё было довольно просто. Я ездила от призрака к призраку, опрашивала их и проверяла, не стали ли они вредить своим живым соседям, заполняла бланки с протоколами. Каждый день сдавала отчёт в архив, а в конце недели отчитывалась за всю работу перед шефом, Виктором Дмитриевичем Вальянским, главным жнецом в нашем офисе.

Прочие жнецы, мои коллеги, говорят, что шеф меня пока что жалел и к по-настоящему сложным «клиентам» не отправлял, давая привыкнуть. До сегодняшнего дня. Сегодня моя уже привычная рабочая рутина изменяется.

За это время моя жизнь почти не изменилась. Я всё такая же нервная одиночка. Живу с мамой, но уже всерьёз думаю переехать, опаздываю и стараюсь избегать общения. Последнее удаётся с переменным успехом, всё-таки работа у меня такая, ну, общительная. Я всё так же люблю поспать и не люблю ранние подъёмы (для меня всё, что раньше двенадцати утра — рано). Ну, а то, что я работаю в основном с бестелесными мёртвыми, это уже не критично — привыкла. Призраки и призраки, от людей обычных они не сильно отличаются. Ничего сверхъестественного, если так можно сказать про работу жнеца душ.

Пожалуй, самое неожиданное в этой работе — мне всё нравится. Возня с бумажками, отчёты, призрачные клиенты, коллеги из прошлых лет и сам офис. Да, конечно, данной карьерой не похвастаешься перед родственниками, но это ежедневное ощущение загадки приятно живёт в груди, делая меня для себя самой особенной. Я единственная знаю кое-какой секрет, а люди вокруг даже не подозревают об этом. Обычно на этой мысли я у себя в голове смеюсь злодейским смехом.

Я настолько погрузилась в свои мысли, что пропустила момент, когда мой общественный транспорт подъехал к остановке. Чёрт, время идёт, а я не меняюсь. Спешно перебираю ногами, чуть ли не теряя наушники, и буквально влетаю в уезжающий автобус, чем обрушила на себя гнев бабулек, тактически рассредоточившихся по всему салону общественного транспорта. Успела, и места свободные есть.

Окно и музыка — любимая часть дня.

Сегодня я еду не к обычному призраку, который умер от старости, к примеру, а к кому-то по прозвищу Ангел. Он легенда нашего офиса, а может и других, не знаю, но среди наших ходят много разных слухов про этого типчика.

Кто-то говорит, что это настоящий ангел, только либо павший, либо застрявший тут. Кто-то считает его демоном, прикрывающимся добрым именем небесного пернатого войска, а большая часть моих коллег считает его самым обыкновенным призраком, который раньше был то ли священником, то ли колдуном. Меньшинство же считает, что это и есть наше начальство — Смерть. А слухи, что наша госпожа является женщиной — такой приём отвлечения. Зачем оно надо и кому, эти сторонники теорий заговора загадочно умалчивают. Также мало кто, но всё же есть такие, считают, что Ангел — это жнец, который по какой-то причине не смог уйти за грань после смерти. Но это крайне маловероятно, ведь жнецы умирают только после того, как снимают с себя обязательство перед Смертью, и сразу после этого покидают мир живых.

Единственные факты, которые мне доступны: он неупокоенный древний дух, живёт в одном из заброшенных зданий в старом районе нашего города, его настоящего имени никто не знает, и он немного странный.

Вчера, после объявления шефа, что обучение я наконец прошла и готова отправиться на интересное дело, а именно посетить легенду нашего офиса, почти каждый из моих жнецовских коллег посчитал своим долгом рассказать что-то жуткое про эту самую легенду. Спасибо им за это огромное, ага.

Стараюсь не волноваться, но... Впрочем, шеф бы не стал меня сразу же отправлять на растерзание непонятно кому. Верно?

***

В сотый раз оглядываю залитую ярким солнцем улицу и нервно игнорирую взгляды прохожих. Да, стою дура дурой и да, делаю вид, что в телефоне я тыкаю не от неловкости, а реально что-то нужное. Может, мне лишь кажется, что я всем мешаю, но от этого мне не легче.

Я немножко потерялась. Интернет-карта глючит, а я сама мало понимаю, где нахожусь и куда надо. У меня был вариант просто пойти по более логичному (сугубо на мой взгляд) маршруту, но я совсем не уверена в правильности такого решения. В очередной раз грустно вздохнула, а наглая мысль спросить дорогу у охранников, стоящих возле какого-то довольно старенького здания, вновь ворвалась в тревожную голову.

Весна пусть и только в своём начале, а солнце уже припекает, что совсем не помогает сосредоточиться.

Спустя полчаса брожений, возвращений к начальной точке пути и попыток написать шефу, что я не смогу, я нашла этот чёртов дом. Заброшенный, зажатый между двумя более современными и нужными зданиями, задрапированный какой-то фасадочной тканью, дабы он не портил благоприятный вид старой улицы. Грустно, если вдуматься.

Ещё грустнее то, что мне надо туда попасть.

За время, что я успела отработать в роли ангела смерти, мне доводилось бывать в заброшенных домах, квартирах и пару раз даже была на закрытом заводе, но сейчас мне было так же страшно и волнительно, как в начале моей карьеры.