Буду любить тебя вечно

Глава 6. Крис

– Клянусь, Крис, это последнее предупреждение: либо ты делаешь тест, либо мы едем в…

Арс замолкает, когда поднимаю руку, показывая ему тест между пальцев.

Сделала.

И давно. Не знаю, что меня подтолкнуло: то ли девчонок настрой, то ли очередной взгляд на Арса, от которого дети никогда не отходят. Как он общается с ними, как они к нему тянутся…

Мне и так было тяжело наблюдать за этим в последнее время, но мне казалось, смирилась, пережила и приняла. А вот сегодня до рези в сердце. Глубокой и острой. Каждый взгляд на него и как он на меня смотрит, стоящую на своём до конца.

Они ушли все подвал закрывать, а я наверх. Этот тест остался у меня единственный, заброшенный в ящичек с медикаментами в ванной, который толком не открывается, потому что мы с ним не болеем.

По крайне мере, последние года два.

До прошлого месяца, когда слегли оба в один день. Сломало так, что из постели не выбирались несколько дней. А вот на четвёртый день мы нашли свои плюсы, что никуда из неё выбираться не надо.

И, очевидно, тогда всё и произошло…

Арс смотрит на меня растерянным, потупившимся взглядом, стоя в двери. Я сижу прямо на полу нашей ванной на втором этаже. Лекс рядом, мордой на бёдрах, у живота самого, Лютер – в ногах, головой на лодыжках скрещенных. А Арс всё по лицу моему этим взором бродит, точно пытается разобраться, как меня понимать.

– Это… – а озвучить вопрос полностью не выходит.

Будто ему сил не хватает. У него на лице по-прежнему всё написано – шок и даже испуг, словно он и предположить это боиться.

А я только киваю. Осторожно как-то, потому что сама ещё не понимаю, как относиться ко второй полоске на тесте.

Я не то что не ожидала… делала просто, чтобы саму себя убедить. Развеять и перестать задумываться, бояться, расстраиваться – я не знаю, на самом деле, для чего его делала.

Ненавижу надежду. Ненавижу то, что можно чего-то так сильно хотеть. Я устала при малейшей задержке хвататься за тест. У меня оставался последний – тот самый, что использовала сегодня – когда приняла решение не делать его год назад и вернуться к таблеткам, чтобы больше не мучиться ожиданием.

Думала для Арса это точно станет последней каплей, возненавидит меня, что, как всегда, перестала бороться, и даже возможно хотела, чтобы он это сделал.

Я бы сама никогда не смогла от него отказаться. Эгоистка до мозга костей. Особенно, когда это касается Арса.

А он не ушёл. Злился и какое-то время разговаривал со мной почти безразлично. И даже уехал один раз без меня в столицу, чего никогда у нас не было. По моим притом делам, и словом сам не обмолвился, что дома его можно не ждать.

От Жени узнала, что Арс забрал мои документы. Что гостил там аж целых три дня, пока я здесь сходила с ума и в очередной раз себя ненавидела, что не смогла ему нормально сказать, что больше так не могу.

Не выходит. Я и в этом «бракованная». Врач почти так и сказал. Это Арсу без разницы на весь мир и что он «собственно, думает». Но не мне. Тем более, когда и в этом оказалась сама виновата.

– От любых препаратов время от времени нужен «отдых», а тут контрацептивы… годами. Без перерыва.

Но Арс будто слышал что-то другое.

Врачу безмятежно: «Спасибо, мы поняли», а мне потом: «Крест никто не поставил, принцесса. А диагноза я так и не услышал конкретного. Так что, забей на их предположения».

Не смогла. Это Арс никогда не сдаётся. Меня же хватило на несколько месяцев. Мало, согласна, но мне даже они дались невероятно как сложно. Я просто ему ничего не говорила, как и то, что снова принимаю таблетки. Стоит ли задаваться вопросом, почему казалось, что Арс даже смотреть на меня не может, когда случайно обнаружил их в сумке, отыскивая в ней ключи.

Я ведь реально уже была уверена, что он уйдёт от меня. А он взял и вернулся абсолютно другой. Не знаю, что с ним там произошло и почему с того дня всё стало у нас вновь хорошо. Он у Жени ночевал, не «загуливал», никуда не ходил, кроме клуба в компании Рима. Даже к родителям не заезжал, никто не знал, что он там, но единственное, что Арс сказал мне, когда попробовала с ним поговорить по возвращению:

– «В горе и радости», не забыла? Я с тобой не из-за детей, а потому что другой мне не надо. Как раз, по тому, какая ты есть.

Мы больше к этому даже не возвращались. Не разговаривали ни разу, пережили. Забыли. Всё ведь правда хорошо стало. Можно сказать, как всегда, почти идеально. Восемь месяцев без ссор и любых разногласий.

Заболели. Я по понятной причине сделала перерыв в контрацепции. Ждала начало цикла, чтобы возобновить. Только он так и не начался. Дальше хуже, тошнота без причины, слабость, сплю в любой удобный момент. И – чтоб оно всё – плачу. Из-за фильмов любых, даже рекламы! Арс, когда увидел у меня слёзы при просмотре боевика, с таким выражением лица на меня посмотрел…

Я не плакала даже, когда мне сказали, что детей не могу иметь, а тут… жалко машины стало и людей, которые ни в чем не виноваты. Мост обрушился, люди бежали… и Арс всё смотрел на меня.

Господи, позор-то какой! С красным, хлюпающим носом, жалкая такая, ощущение, что совсем беззащитная…