Булочная на перекрестке миров

Глава 6

Булочная “Три Мира” просыпалась неохотно, как кот после субботнего шабаша. Сначала мягко шевельнулись шторы, потом тихо щёлкнул самовар, а следом протяжно заурчала духовка, будто напоминая всем, что день начинается не с кофе, а с теста.

Марина, завязав волосы в пучок и закатав рукава, стояла у стойки и с воинственной решимостью месила огромную миску теста.

— Не пыхти, — предупредила она его с видом матерого дипломата. — Тебе не рожать, тебе подниматься.

Тесто в ответ фыркнуло, выпустив пузырь воздуха прямо ей на щеку.

— Ага, — пробормотала Марина, вытирая лицо тыльной стороной ладони. — Ещё немного и я запишу тебя в профсоюз.

Фея Лира, маленькое сияющее недоразумение в кружевном фартуке, зависла над миской, расправив прозрачные крылышки.

— Оно чувствует! Оно живое! Оно вдохновлено твоей энергией!

— Оно перебродило, — отрезала Марина. — И если оно сейчас попытается спеть, я устрою ему духовку для перевоспитания.

Тесто, кажется, обиделось. Слегка дрогнуло и надувалось пузыриками, как оскорблённый ребёнок, которому не дали сахара.

— Лира, напомни мне, — сказала Марина, — кто предложил добавлять “щепотку эмпатии” в рецептуру?

— Это было художественное решение! — обиделась фея. — Эльфы говорят, что выпечка с эмоцией лучше усваивается.

— Эльфы ещё и с солнцем разговаривают. И ничего, живут.

За окном лениво сиял портал — мягкое перламутровое свечение, почти привычное. После прошлой недели, когда из него вывалились два инспектора из Ада и один поющий чайник, подобное спокойствие казалось подозрительным. Слишком подозрительным.

Булочная оживала. В воздухе стоял аромат корицы и терпкой карамели. Пыльца от феи кружилась в лучах света, делая утро почти праздничным, если не считать того, что каждые пять минут открывалась дверь.

Сначала заглянула фея из соседнего измерения — крошечная, но громогласная.

— Мне булочку с добротой, пожалуйста! Только не сильно прожаренную — я после вчерашнего семинара по внутреннему свету чувствительная.

Марина достала из печи порцию ароматных булочек и аккуратно выложила на тарелку.

— Вот, с добротой и без излишней просветлённости.

Фея счастливо унеслась, оставив за собой запах лаванды и блёстки на столе.

Через минуту зашёл демон. Высокий, широкоплечий, с аккуратно подстриженными рогами и раздражённым выражением лица.

— Что-нибудь с изюминкой, — сказал он, — желательно в пламени.

— У нас булочки, а не адское пекло, — заметила Марина.

— Тогда подогрейте. Мне нужно почувствовать драму.

Она вздохнула и поставила булочку в духовку. Фея прыснула.

— Люблю, когда утро начинается с адского клиента.

Следом появились два эльфа с идеальными волосами, надменными выражениями и философским настроем.

— У вас хлеб без глютена?

— У нас хлеб без снобизма, — отрезала Марина. — Берите кекс с мечтательностью, он безвреден для самооценки.

Когда дверь наконец захлопнулась, Марина опустилась на табурет, вытерла руки о фартук и взглянула на табличку у кассы. На ней гордо красовалась её вчерашняя надпись, выведенная каллиграфией на кофеине:

Булочная “Три Мира”. Мы кормим даже тех, кто питается энергией хаоса!

Она усмехнулась.

— Точно. Осталось только выдать скидку на апокалипсис.

Фея подлетела поближе, уселась на край кассы и обвела помещение восторженным взглядом.

— Посмотри, как чудесно! Всё живое, ароматное, магия гармонирует, клиенты счастливы!

— А я? — спросила Марина. — Я где в этом списке?

— Ты гениальный балансирующий хаос.

— Спасибо, — вздохнула она. — Прямо напечатать на визитке хочется.

Тесто в миске снова вздохнуло. Лира подмигнула:

— Оно скучает. Ему не хватает внимания.

— Ему не хватает дисциплины. И соли, — буркнула Марина, доставая ложку. — Щас получит и то, и другое.

* * *

Булочная “Три Мира” сияла в утренних лучах так, будто собиралась не булочки печь, а снимать политический сериал про выпечку и власть. На прилавке ровно в ряд стояли три тарелки — с маффинами, булочками и кексами. На табличке значилось: «Совет вкусов. Вход только с чувством юмора и аппетитом.»

Марина нервно поправила фартук и посмотрела на собравшихся.

— Итак, коллеги, — начала она с тем самым тоном, каким обычно разговаривают усталые администраторы конференций. — Повестка дня: разработка межмирового меню. Цель — чтобы никто не умер, не проклял и не написал жалобу в демонический отдел гигиены.

За столом, как на заседании ООН, только с сахарной пудрой, сидели трое. Фея Лира, вся в блёстках, трепетно размахивающая ложкой. Демон Клифф, угрюмый, в черной рубашке, от которой пахло дымом и перцем. И эльф Аруэн сияющий, как реклама шампуня, с лицом человека, который пьёт рассвет вместо кофе.

Марина ещё раз вдохнула.

— Ну что ж. Переходим к пункту первому: “Булочки для всех миров”.

Фея оживилась:

— Я предлагаю добавить в тесто искорку доброты и посыпать сверху щепоткой вдохновения!

— Ага, — сказал демон мрачно. — И потом вся булочная взлетит. Ты помнишь, что бывает, когда доброта контактирует с адской мукой?

— Зато аромат непередаваемый, — парировала фея.

— А последствия? — прищурился Клифф. — Полтора часа у всех покупателей была эйфория и чувство смысла жизни. У нас на том свете до сих пор жалобы.

Марина устало потерла виски.

— Хорошо. Добротность оставим дозированной. Один грамм на килограмм теста, не больше.

Эльф Аруэн степенно кивнул.

— Главное, чтобы ингредиенты были чистыми. Без примесей страха, злобы и бытовых мыслей.

— А если я замешивала тесто с мыслями о квартплате? — уточнила Марина. — Это считается скверной энергией?

Эльф задумался.

— Зависит от суммы.

Фея прыснула, едва не упала со стула. Демон закатил глаза.

— Я не понимаю, как вы вообще работаете. Где у вас стандарты? Где адекватные протоколы вкуса?