Бум! или берегись ушастого мага.

1 глава

Многие думают, что остаться сиротой — это невыносимая боль, разъедающая душу и сердце. Так же эти «многие» считают, что существует лекарство от подобных мук – является время и наличие друзей. На счет друзей не знаю, у меня их никогда не было, но вот на счет времени  здесь  выскажу свое мнение. Реально, многие глупцы свято верят, что это чертово время «лечит». Однако, скажу вам одно - время лишь притупляет боль. В конце концов, ты привыкаешь жить с этой пустотой в душе, порой даже не замечая щемящего чувства внутри.

    Но и это происходит не сразу…

    Все произошло крайне резко и неожиданно.

 Я счастливо жила с мамой в одной тихой деревушке на опушке леса. Домик у нас был не большой, всего в один этаж, зато очень уютный и теплый, внутри всегда царил запах хвойного леса.  От внешнего мира скрывали белоснежные занавески на окнах, обрамленные резными узорными ставнями. Черепичную крышу коричневого цвета венчал флигель с петухом. Сам дом был деревянный, бревенчатый, дарующие тепло в самую лютую стужу и прохладу в летний зной.

С жителями  деревни были дружеские отношения, многие заходили к нам за зельями, а кто и за советами. Моя мама была превосходным зельеваром и травницей, поэтому от покупателей у нас  отбоя не было. Кому приворот, кому отворот, кому мазь от прыщей, а кому и секретный шампунь для густых волос. Женщины! Сколько ж у них забот и проблем по сохранению красоты. Смешно.

Прилавок,  выстроенный у окна возле входа, имел полукруглый  стол, внизу были расположены ящички и небольшое отделение для хранения денег. Специальные настенные полки, сделанные из крепких дубовых досок, всегда ломился разнообразными мазями, зельями, настойками, кремами, масками и прочими снадобьями. Постоянные покупательницы раскупали все в считанные секунды, уже зная, в какой день месяца, что именно мама выставляла на продажу.

Хотя меня и не подпускали к прилавку, дабы я ничего не разбила, жительницы деревни не упускали случая потискать миленькую хвисочку за щечки и угостить конфеткой.

- Ну что за прелестная у тебя дочка, - умилялась местная рукодельница мадам Иннаси, у которой рождались одни сыновья, чему её муж-кузнец был несказанно рад, - уже который год мечтаю родить девочку, а все никак не получается.

- Попробуй мою новую настойку, - мама покопалась на дальних полках, вытаскивая небольшую колбочку с розоватой жидкостью внутри.

 - Дай это мужу в полнолуние на ужин и через две недели покажись мне.

- Ох, Эсна если сработает, - рукодельница жадно схватила колбочку, словно изнемождённый путник в пустыне, и прижав к сердцу, мечтательно закрыла глаза, - Сошью вам обеим лучшие платья. Амелюшка, ты какие платица любишь?

- С клузявами, теть Инньяси.

- Ой, ну не могу, само очарование! - всплеснула руками женщина, доставая из кармана леденец на палочке в виде петушка.

И так практически с каждой покупательницей. Никто не мог уйти, не потискав ушки или не потрепав хвостик.

Когда мне исполнилось девять лет, мама начала учить меня всему, что знала и гордилась моими результатами как своими. Раз в месяц, когда она уходила в лес за травами на несколько дней,  и я оставалась одна дома, на столе всегда лежал список зелий, которые необходимо было сварить до её возвращения.

Вешая на дверную ручку табличку «Закрыто», плотно закрывала дверь на замок и спускалась в погреб, испытывая трепетное благоговение. В полумраке зажигала несколько свечек, придававшие погребу еще большую таинственность и с восторгом вдыхала ароматы самых различных трав. На рабочем столе в строго определенном порядке лежали компоненты. Аккуратно отбирая каждый ингредиент по рецепту, тщательно следила за порядком на рабочем месте. Посередине погреба величественно стоял черный котел, в котором собственно и варила зелья, помешивая увесистым половником, стоя на табуретке, так как самостоятельно еще не дотягивалась. Иногда не все шло гладко. Чаще всего мои творения взрывались, и приходилось в спешном порядке оттирать стены от въевшейся слизи. Либо из котла вылезала живая смесь, так же пачкая все вокруг, спасаясь бегством от моей швабры. Итог тот же – оттирание слизи.

 А когда мама возвращалась с двумя большими корзинами различных трав и вкусностей, радостно обнимала меня и кружила на руках, хвалила за чистоту,  и за то, что сумела приготовить отличного качества зелья.

- Мой самый талантливый лисенок, - ласково гладя по головке, шептала мама, умиляясь от моего испачканного в вишневом варенье личика. В те минуты, уплетая огромный пирожок, раздувалась от гордости и счастья. Хвост довольно вилял из стороны в сторону.

Лишь порой грусть цапала своими коготочками, напоминая, что у меня нет папы.  На мои расспросы мама всегда уклонялась от ответа, но я слышала, как она плачет по ночам и что-то шепчет. Наверное, мой папа погиб… Иногда, сидя в укромном месте, тихо завидовала другим детям, у которых была полная семья и представляла себе другую жизнь, где я, мама и папа счастливо живут в домике на опушке.

Не смотря на почет среди местных жителей, друзей у меня не было. Деревенские дети, особенно мальчишки, часто дразнили из-за вылезающих лисьих ушек и вечно виляющего хвоста, а девочки и вовсе воротили от меня нос.

 - Мам, а почему у меня есть ушки и хвост, а у тебя нет и у остальных тоже?