Бумажная леди

Глава-3. Айсберг

— Вам не о чем волноваться. Она сейчас спит. Вполне естественно, что юная леди упала в обморок от увиденного, которое повергло её в шок. Но после пробуждения нужно последить за ней. Иногда такие ситуации порождают серьезные психологические травмы, но это маловероятно.

Семейный доктор объяснял всё предельно осторожно. Ему не раз приходилось сталкиваться с проблемным здоровьем Лилианы. Она росла очень хрупким ребенком, и, хоть её физическое состояние было неплохим, благодаря постоянным тренировкам верховой езды, её заставляли изучать всё, что только можно было, а это очень изматывало, как в физическом, так и в моральном плане. Так как верховая езда была модной в светских кругах, она, естественно, не имела права отказаться. Но болела она, то есть, притворялась больной, не из- за хрупкого иммунитета, а потому что хотела отдохнуть или же получить хоть каплю внимания со стороны «семьи».

— Значит, всё же есть о чем волноваться, — проговорил мужчина, стоящий возле кровати Лилианы.

— Как я и сказал, это маловероятно, но все же советую вам побеседовать с ней после пробуждения. Поддержка семьи может оказать очень хорошее влияние.

Ещё немного поговорив, мужчины вышли из покоев Лилианы.

Проверив комнату на наличие присутствующих одним глазком, чтобы наверняка, девушка выдохнула с облегчением и привстала, убедившись, что здесь присутствует лишь одна горничная, которая до этого не служила лично Лилиане. Эта служанка сейчас находилась рядом с благородной леди, потому что другие слуги были на допросе из-за тесного общения с Мэри.

«Наконец-то они ушли. Давненько же я не притворялась, что без сознания», — подумала про себя девушка, отпив воды из стакана, что стоял на прикроватной тумбочке.

Горничная, которая до этого сидела на стуле рядом с постелью, побледнела, будто бы её душа покинула тело.

— Г-госпожа, я сейчас же позову…

— Не стоит, я хорошо себя чувствую. А что случилось?

Лилиана задавала вопросы юной горничной, будто бы и вправду ничего не знала, так как была «без сознания». Но на деле же она отчетливо всё слышала и была в курсе происходящего.

— …даже дворецкий сейчас там. Был такой кошмар из-за этого и…

Горничная описывала всё в ярких красках. По ней было видно, что она ещё слишком юна и глупа, а потому могла бы стать идеальной собачонкой для Лилианы, если хорошенько приручить.

— Как тебя зовут? — перебила собеседницу девушка. На самом деле Лилиана

всё это время даже не слушала её. Вместо этого она думала о всяких мелочах, о которых должна сейчас позаботиться. Таких, как, например, заманить на свою сторону людей, чтобы в будущем использовать их. И первой целью оказалась сидящая напротив рыжеволосая девушка.

— Э-Эмили, госпожа… Меня зовут Эмили!

Переполненная волнением от беседы с Лилианой, Эмили была очень эмоциональной.

— И сколько же тебе лет, Эмили?

Лилиана задавала вопросы медленно и пониженным тоном.

Чувствуя в голосе своей леди дружелюбие, Эмили ощутила некое облегчение, что поспособствовало её уверенным ответам.

— Мне семнадцать, миледи. Здесь я работаю около трех лет.

— Три года… — встав с кровати, Лилиана быстро оказалась возле сидящей Эмили и остановила собиравшуюся встать в знак уважение горничную, толкая за плечо одной рукой и усаживая обратно на место. Наклонившись и оставив лишь пару сантиметров между их лицами, Лилиана, с непонятной для Эмили улыбкой, продолжила: — А как ты смотришь на то, чтобы стать моей личной горничной, Эмили?

Всё было бы не так напряженно, если бы госпожа не стояла так близко. Но то, что Лилиана вела себя подобным образом, заставляло краснеть юную горничную и даже потихоньку впадать в панику.

— Д-да, конечно, миледи. Для меня честь вам служить! — быстро протараторила девушка, сжимая своё платье обеими руками от смущения.

Ухмыльнувшись, Лилиана встала прямо, подняла обе руки вверх, скрещивая пальцы, и потянулась. Отпустив руки вниз и надев, как маску, милейшую улыбку, она медленным и мягким голосом, не отрывая глаза от сидящей с опущенной головой горничной, тихо, будто шепотом, продолжила:

— Вот и отлично, Эмили. Ты мудро поступила, согласившись служить мне. Но запомни: я — твоя единственная хозяйка.

Медленно пройдя за спину горничной и наклонившись прямо в ухо, она угрожающим тоном прошептала:

— Не Дэвин, не Гэвин, и даже не герцог, а я. И я не прощаю предательства. Но, если будешь верно мне служить, ты никогда не пожалеешь о своем сегодняшнем выборе, Эмили!

***

Прошла неделя с тех пор, как Лилиана вновь прибыла в свою первую жизнь. За эту неделю слухи, касающиеся одержимости горничной Мэри, распространились по всей столице, конечно, не без помощи Лилианы. Герцог и Дэвин были в ярости из-за распространения слухов. Мэри казнили в тот же день, без промедления. За казнью «только что очнувшаяся от обморока» Лилиана наблюдала из окна центральной башни. Убедившись, что голова преступницы точно упала с плеч, она вернулась в комнату. Дворецкий явно был озадачен поведением госпожи, которая хладнокровно наблюдала за весьма неприятным зрелищем. Некогда трусливая Лилиана вела себя совсем иначе, и, конечно, он доложил об этом старшему сыну семейства Дэвину, который, в свою очередь, приказал проследить за Лилианой. Но за всю неделю не было ничего странного, помимо того, что девушка просто не выходила из комнаты и читала газеты, которые приносили ей слуги. Эмили не была официально назначенной её прислугой, но часто заходила к ней.