Бумажные Герои. История с кладбищем

1.

Ночью прошел дождь. Воды напрудило полные цветочные клумбы, так что сегодня мне не пришлось таскать за собой тяжеленный шланг и заливать из него буйно разросшиеся розы. Мне следовало бы вместо этого пойти на стрельбище или поупражняться с мечом, как порядочному оруженосцу. Я честно собирался так и поступить, но потом пришлось признать: я оказался гораздо менее порядочным, чем мне думалось. Закинув за спину ножны с мечом (так их таскать было сподручнее, чем на поясе; а то рукоятка постоянно упиралась в живот, стоило только наклониться, чтобы завязать шнурки), я отправился на дальние клумбы, прогуляться вдоль забора. Если меня и увидит кто-нибудь из старших Героев, то я бодренько отрапортую, что шел тренироваться, по пути свернув проверить степень политости роз, раз уж мне поручили всю неделю этим заниматься.

Несмотря на раннее утро - натикало едва только восемь часов - солнце уже заметно припекало, так что с широких асфальтированных дорожек, разделявших клумбы, я ушел в тень яблонь. Они у нас росли вдоль забора, служили эдакой живой изгородью, чтобы любопытным глазам было поменьше видно. Несмотря на привилегированное положение Героев, забор у нас был антикризисный, сваренный из металлических прутьев. Функцию огораживания он выполнял, вот только по части сохранения конфиденциальности получал низший балл: между прутьями с одинаковой легкостью гулял что ветер, что бродячие коты со всей округи.

Я надергал с разных деревьев по яблочку, уселся на бордюр, вытянув ноги, и принялся за дегустацию. Стояла вторая половина августа. Яблоки, хоть и не дозрели еще до конца, но уже и не были такими кислыми, что челюсть набок уползала. Ласково пригревало сквозь переплетенные ветви деревьев солнышко, перед глазами раскинулась роскошная розовая клумба, чуть подальше маячила торцевая сторона здания без окон, из которых меня гипотетически мог бы кто-нибудь заметить, но не заметил по причине отсутствия упомянутых окон. Тишина, спокойствие и – я смачно надкусил яблоко, так что аж сок во все стороны брызнул – еще и пожевать есть что.

В этот самый момент моя идиллия была нарушена самым бесцеремонным образом: я услышал, как кто-то ломится в нашу заднюю калитку, отчего амбарный замок (который мы обычно навешиваем на все редко используемые двери) стал ударяться о металлические прутья, и какофония получилась несусветная. Я вздохнул, распихал яблоки по карманам джинсов, одернул футболку, поправил меч за спиной, чтобы рукоятка солидно выглядывала из-за плеча, и пошел посмотреть, кого принесло мимо главного входа.

Калитка у нас была такая же невзрачная, как и сам забор: три вертикальных прута в палец толщиной, три горизонтальных, вот и все великолепие. Перемахнуть через такую не составит большого труда, но не советую: собак у нас, правда, нет, зато есть Герои, и я не стану точно утверждать, встреча с кем из них обернется большими неприятностями. Однако сегодняшний гость никуда перемахивать был не в состоянии: им оказался дряхлый бородатый старикан с внушительной лысиной на непокрытой голове и пучками белых волос по бокам, торчавшими клочками в разные стороны. Одет старикан был в некогда черный, вылинявший костюм в тонкую вертикальную полоску, а под мышкой держал деревянный костыль, выструганный, видать, из единственной имевшейся в наличии деревяшки, таким сучковатым, кривым и непрезентабельным он казался. Несмотря на внешнюю тщедушность, в забор старикан вцепился вполне основательно, и если бы я не подошел, то через четверть часа наверняка выкорчевал бы его из земли и проковылял бы поверху, не заметив препятствия.

- Достопочтеннейший! – позвал старикан, заметив, как я выхожу из-за яблони. Я сразу понял, что в калитку он не бесцеремонно ломился, а всего-навсего излишне рьяно пользовался правом благородного гостя. – Подскажи, будь любезен, здесь ли живут убивцы нечисти?

Честно говоря, старикан меня порядком удивил. Я даже не сразу сообразил, как с ним разговаривать-то. Но потом собрался, услужливо вытянулся в струнку и попытался представить себя в реалиях девятнадцатого века.

- Приветствую Вас в славной резиденции Героев, - провозгласил я, выходя на дорожку, которая вела к калитке. В пяти шагах от забора, прямо в клумбе помещался приметный столбик с красным конусом сверху, наподобие крышечки. Конус снимался, открывая под собой потайное углубление, где хранился ключ от амбарного замка, державшего калитку закрытой. Мы обычно не пользуемся запасными выходами. Гораздо проще перемахнуть через забор, а для официальных приемов есть ведь главный вход, там и ворота посолиднее и клумбы попышнее. – С кем имею честь разговаривать?

- Лыков я, Михал Семеныч. Смотритель на кладбище. – Старикан махнул рукой куда-то в сторону, так что кладбище с равными шансами могло оказаться как в шаговой доступности, так и на соседнем материке. – А ты чьих будешь?

- Максим Андрианов, оруженосец. – Я склонился в вежливом поклоне, отставив руку в сторону. Потом спешно двинулся отмыкать замок на калитке. Меня иногда, бывает, заносит, а тут такой колоритный дедуська, ну, как не подыграть? – Смею поинтересоваться, Вам назначено?

- Нету у меня телефона, Максимка, неча мне назначать. Кладбище, глухомань. Но дела спешные и отлагательств не требуют.

- Нечисть заела? – деловито осведомился я.

- Она, окаянная. Ну, веди меня к вашему главному, али ты сам какие полномочия имеешь?

Пришлось признать, что никаких полномочий я тут не имею. Права только, птичьи, но с ними, пожалуй, особо не повыпендриваешься. Тем не менее, старикан мне понравился. Очень уж он веселил своим говором, занимательный персонаж. Еще и с кладбища, да с новым делом! Удачно я погулять выбрался, однако.