Бумажный самолет

Глава 10 (Поцелуй на балконе)

Этот поцелуй был так нежным и сладким — опьяняющий поцелуй со вкусом виски. Он прижал Кудряшку к себе, осторожно обнимая, словно боясь нарушить что-то прекрасное. Не желая отпускать, он нежно гладил её кудрявые волосы, мечтая спрятаться в их мягких локонах, словно в безопасное укрытие. Она была такой хрупкой, и этот поцелуй, скруживший ему голову, казался вечным. Именно тот самый поцелуй на балконе, который мог бы затмить время и пространство. Внезапно книга упала со стула, и этот звук словно пробудил его от сладкого восторга. Неосознанное понимание охватило его, и, вздохнув, он наконец отпустил Лиду. Они долго смотрели друг другу в глаза, не в силах постичь, что только что произошло. Когда волна эмоций утихла, Лида, немного приходя в себя, произнесла:

— Тебе лучше уйти, ты пьян и не понимаешь, что сделал.

Герман покинул квартиру, и Лида открыла окно, чтобы холодный вечерний воздух проник внутрь, как освежающий бальзам, пытающийся унять пламя, сжигавшее её. Казалось, что всё тело обожгло горячим кипятком. Внезапно она заметила, как Герман смотрел в её окно, и их взгляды встретились. В эту минуту она, охваченная смятением, быстро закрыла окно. Всю ночь она не могла забыть этот поцелуй, не в силах понять, что же она чувствует, ведь он поцеловал её в состоянии опьянения.Утром Герман ничего не помнил, кроме одного: он не мог забыть, как поцеловал Кудряшку. Ее губы были сладкими, как вишня, а сам она источала аромат лилий и вишни. В момент поцелуя Герман словно растворялся, и образ этого мгновения вновь и вновь всплывал в его памяти.

— Чертовая Кудряшка, что ты делаешь со мной? — произнес Герман, не желая ехать в школу, понимая, что там встретит ее. Он не знал, как вести себя, как смотреть ей в глаза, что сказать. Решив притвориться, что забыл тот поцелуй, он все-таки отправился в школу.

— ЧТО? — воскликнула Тася, смотря на Лиду с округленными глазами.

— Тише, вдруг кто услышит, — попросила Лида

— Вы поцеловались? — тихо произнесла Тася. — Как это произошло? Быстрее рассказывай. Лида стала делиться подробностями: о том, как Герман приехал пьяным, как они чуть ли не ругались, а затем он неожиданно поцеловал.

—Ты что-то чувствуешь после этого поцелуя? — спросила Тася. Я не знала, что испытываю: этот поцелуй был обещанием, обманутым в пьяном забытье. В трезвом состоянии он никогда бы не позволил себе такой смелости, да и, скорее всего, сам уже забыл об этой минуте. Вдруг мимо прошел Герман, ненароком коснувшись моего хрупкого плеча.

Он заметил Лиду, когда только пришел в школу; его чувства смешивались, и он не знал, как поступить — развернуться и уехать или, в конце концов, остаться. Он не мог отвести от нее взгляд. Она стояла рядом с Тасей, весело болтая и смеясь, излучая невинность и нежность в бежевой кофточке и юбке, которую, казалось, сама выбрала, чтобы создать игру соблазна. Но в сознании вновь и вновь возникал тот поцелуй — он жаждал снова прикоснуться к ее сладким губам.

Сбросив все мысли, он решил пройти мимо Кудряшки, при этом умело зацепив ее.

— Черт, Кудряшка, что ты сделала со мной? — пронеслось в его голове.

— Как вы знаете, скоро Новый год, и наша школа устраивает маскарад, — произнесла учительница, обращаясь ко всему классу.

— Маскарад в смысле маскарад? — уточнила Лида с недоумением.

— Ну, конечно, ты же не знаешь, что это такое! Это когда все наряжаются в роскошные костюмы и надевают маски, — с ехидной улыбкой ответила Анжела. — Тебе явно этого не видать.

— Тише! — прервала их учительница. — Анжела, хватит. Лида новенькая, и, конечно, не знает ничего о нашей школе. Каждый Новый год мы отмечаем маскарад, где все девочки облачаются в великолепные пышные бальные платья, а мальчики — в элегантные костюмы. Обязательным атрибутом каждого выступающего становится маска, чтобы лица партнеров оставались в тайне, и никто не мог разгадать, кто скрывается.

—Это почти как в Золушке, только наоборот, — произнесла Тася, задумчиво.

—И правда, очень интересно, — согласилась Лида.

Герман, казалось, вовсе не обращал внимания на их разговор. Он сидел, погруженный в экран телефона, и не слышал никого вокруг. Лида подумала про себя, что, кажется, он действительно забыл тот поцелуй, и отвела взгляд, когда Анжела, плотно прижав губы, коснулась щёки Германа.

Он немедленно отстранился.

—Что ты делаешь? — прошептал Герман с настороженностью.

—Я соскучилась по тебе, вот и поцеловала, — ответила Анжела, улыбаясь.

—Не нужно меня целовать, особенно здесь. Вдруг кто-то увидит, — резко произнес Герман.

—Хорошо, больше не буду. Но тебя же никогда не волновало, где и когда я тебя целую, — с лёгким упрёком заметила Анжела.

—Сейчас меня это волнует. Я не в настроении, уйди, пожалуйста, или я могу тебя обидеть, — сдержанно попросил Герман, и Анжела, расстроенная, пересела к одной из подружек.

—О, видно, сладкая парочка опять поссорилась, — заметила Тася.

—Это вовсе не наши проблемы. Пусть сами разбираются, — произнесла Лида.

На перемене мы с Тасей направились в столовую, чтобы пообедать. Это было просторное и яркое помещение, оформленное в бело-салатовых тонах. В основном все ученики собирались либо здесь, в столовке, либо в библиотеке, которая также радовала своим величием. Взяв подносы с аппетитной пищей, мы устроились за свободным столиком, готовясь к обеду.

— Ну что, ты уже решила, в чем пойдешь на маскарад? — спросила Тася, заглядывая мне в глаза.

— Нет, у меня даже платья пышного нет, а покупать сейчас точно не смогу, — ответила я, поглядывая на тарелку.

— Слушай, ты же дизайнер одежды, попробуй сшить платье сама! — вдохновила меня Тася.

— Можно, конечно, но для этого мне нужно всё купить, придумать дизайн будущего платья... Этот процесс непростой и требует времени, — вздохнула я.

— Я могу помочь, чем смогу, — предложила она с намерением.

И в этот момент мне стало немного легче — знание о поддержке всегда вдохновляет.