Бумеранги Измен. Женимся?

= 2 =

Быстро оделась, а после вышла в коридор. В клинике пусто. Никого нет. Охранник разве что на первом этаже.

Медицинский центр элитный и дорогой. Поэтому даже в три часа ночи охранник не позволил себе неуважительного отношения к пациентке. Марина сунула ему пять тысяч в качестве компенсации за ночную суету. После попросила выпустить её на улицу. Сказала, что через час вернётся.

Перечить ей не стали. Похоже, что охранник руководствовался принципом, что у богатых много своих причуд и во все их соваться не стоит.

Оказавшись на улице, Марина сразу же поймала такси. Повезло. Машина такси дежурила прямо у клиники.

Назвала домашний адрес.

Сев в авто, принялась заламывать пальцы на руках. Муж разозлится на неё из-за такой выходки. Станет упрашивать вернуться в клинику. Костя любит её. Волнуется. Но Марина решительно настроилась побеседовать с мужем, чтобы убедить его провести ещё обследования в другой клинике. Может быть даже не в одной.

.

Расплатившись с таксистом, Марина поспешила домой. Калитка на кодовом замке, её Марина открыла быстро. Не пришлось даже будить охранника на воротах. Впрочем, Ильича и охранником-то назвать сложно. Ему шестьдесят лет. И он следил за порядком во дворе.

Пройдя в дом, Марина кинула ключи на комод. А после принялась снимать верхнюю одежду. Опустив голову вниз, взгляд Марины мгновенно привлекла пара женских сапожек на высокой шпильке. Марина такие никогда не носила, предпочитая более удобную обувь.

Туфли точно не её.

Тогда чьи?

Супружеский дом Марины по её меркам не был большим. Его и близко нельзя было сравнивать с хоромами, в которых жил её отец.

На первом этаже две комнаты, включая рабочий кабинет мужа, а на втором - три спальни.

Марина медленно поднялась на второй этаж. В коридоре горел яркий свет. А из спальни доносилась негромкая музыка.

Неужели Костя не спит в такое время?

Приблизившись к спальне, Марина толкнула двери. И так и застыла на пороге, увидев на кровати два обнаженных тела.

Прямо на их супружеском ложе муж активно драл какую-то деваху.

Перед глазами Марины всё поплыло. Не упасть бы. Прикоснулась рукой к косяку, изумленно уставившись на парочку.

Похоже, что из-за волнения из её рук выпала сумка и стукнулась об пол, привлекая к себе внимание любовников.

Константин резко развернулся. Челюсть мужчины мгновенно отвисла вниз, замечая жену.

- Мар...Марина? - выпучил глаза, - ты… Я могу всё объяснить. Это не то…

- Это не то, что я думаю? Серьёзно? Ты запихнул свой болт в другую бабу. И поверь, я не до такой степени тупая, чтобы что-то неправильно понять. Не нужно ничего объяснять, Костя, - Марина и сама не поняла, откуда в ней появилось столько силы, но гордость свою попирать никому не позволит. И бросать себя, как ненужную вещь, никому не позволит. Сама бросит. Умолять ни о чём не станет. И истерик закатывать не будет. Не так её воспитывал любимый папа , - это даже хорошо, что у тебя есть другая, Костя. Не придётся мне больше лгать тебе, муженёк.

Марина с отвращение посмотрела на обнажённое тело мужа, которое ещё и остыть не успело от кропотливой ночной “работы” и бурного “забега” на девке, которой на вид было не более двадцати лет.

- Чего? - глаза Константина стали ещё больше. Он точно не был готов услышать от жены такое.

- Я ведь не знала, как и сказать тебе, муженёк, что у меня тоже есть другой мужчина. Не хотела ранить тебя. Но теперь, Костя, ты знаешь.

В какой-то момент Марине показалось, что мужа сейчас апоплексический удар шандарахнет. Настолько сильно у него глаза на лоб полезли, кадык задёргался, нижняя челюсть едва ли до пола не отвисла. Руки затряслись. Он словно даже о любовнице забыл. Вскочил с кровати, прикрывая гениталии футболкой.

Тарзан недоделанный!

Подскочил к Марине, требовательно уставившись на неё. Вот только не хватало ещё, чтобы за глотку схватил и принялся требовать объяснений. Это будет просто абсурдом в данной ситуации.

- Другой мужчина? - переспросил, словно желая убедиться, что не ослышался.

- Да. Другой. И именно Мужчина, а не… ну ты понял. Я бросаю тебя, Костя. Всё хотела поговорить с тобой о разводе. Но как-то не решалась. Но теперь всё будет проще для нас обоих, - произносила ложь за ложью, не понимая, а как это у неё так ловко получается лгать и даже не краснеть. Но ради того, чтобы сохранить гордость и собственное достоинство Марина готова была на многое. Не хватало ещё в ногах валяться перед этим петухом и требовать объяснений. Всё предельно ясно. А подробности уже не важны.

- Хочешь сказать, что изменяешь мне? - рявкнул.

- Только сцен не нужно, милый. В конце концов, это ты сейчас нагишом выплясываешь. И голым задом светишь и перед женой, и перед любовницей. О которой ты, кстати, кажется слегка забыл. Дамочка поди уже стала замерзать в огромной нашей более не супружеской кровати.

- Марина, я ничего не понимаю, - Костя тряхнул головой, словно пытаясь прогнать наваждение, - ты… как ты здесь? Ты же должна была быть в больнице?