Бунтарка и тиран. История одного свидания

12. Сорвавшееся с цепи либидо.

– Так  ты этого хотела? – заметил он, торопливо пробегаясь руками по ее телу. – Понравится мне?

 – Вот еще, – Юля снова уперлась ему в грудь, пытаясь оттолкнуть его массивную фигуру. – Не дождешься.

Давид мысленно усмехнулся, она была такой смешной этот маленький боевой птенец, который реально считал, что в состоянии ему противостоять. В стремлении отстоять свои позиции она была так мила, а вот сам Давид совершенно потерял голову. Он ее потерял, конечно, гораздо раньше. Тогда в кафе. Пока она не начала строить из себя типичную Пэрис Хилтон, все было нормально. Не зря же он долго прокручивал в голове эти три минуты знакомства, когда за парой случайно брошенных фраз  почувствовалось  гораздо больше, нежели тщательно заученный текст со стены в контакте. К чему была эта тупая никому не нужная игра? Ее невнятные объяснения были похожи скорее на женскую истерику, нежели на логичное поведение. Мишель бы и вообще, разведя руками, прокомментировал: «Бабы». Давида ее маленький вражеский настрой забавлял. А вот реакции собственного дела сбивали с толку. Тем более, что ничего такого запредельного он точно не планировал.  Поэтому с трудом совладав с собой, он все же отпустил этого возмущенного хомячка, подругу Милены, на волю.

 – Так, а что там насчет музыки? – спросил он, стараясь переключиться  на другую тему. – Кажется, ты назвала рок, шумом старого завода. Очевидно, ты прешься от такого грохота.

– Одна песня не считается, случайно попала в плей-лист, – дерзко ответила она, не подозревая, что для него весь ее маленький протест походил на возмущенный мяв пушистого котенка.

Юля было двинулась к ноутбуку, но Давид оказался там раньше и пробежавшись по списку песен взглядом, понял несостоятельность впопыхах придуманного оправдания.

 – Что ты от меня хочешь? – еще больше рассердилась она. – И что за сомнительные претензии? Музыка, поведение, татуировка. Тебя это не касается вообще. Пьяных компаний здесь нет, оргий тоже не устраиваем, Милена учится и сдает сессию. Что тебе еще нужно?

Давид вполне понимал, к чему она задает этот вопрос, но так велик был соблазн сказать или даже показать чего на самом деле хочет он.

– Странно, – вкрадчиво произнес мужчина, – изначально абсурдно ведешь себя ты, а логику в результате твоих действий ищем мы вместе.

– Как ловко ты перекладываешь ответственность с больной головы на здоровую. Это ты контролируешь Милену так, что бедная девочка и шагу не может ступить. Скажешь нормально требовать встречи с ее друзьями, чтобы убедиться в том, что ее окружают правильные люди?

Давид не нашелся, что ответить. Хотя и сказал он это тогда практически в сердцах, а не отказался встретиться, чтобы не выглядеть дураком в глазах сестры, впоследствии фактически дураком он себя и выставил.

– Вообще такое поведение в 21 веке – чистой воды домострой. Она же не твоя собственность.

Давид наконец-то понял, что тогда напрягало в ней на той встрече.
Ощущение, что говоришь с двумя разными людьми. Отчаянно строя из себя дурочку, Юля мастерски исполняла роль, но ее истинная натура так и рвалась наружу, отсюда озвучивались вполне себе здравые разумные мысли, которые прерывались глуповатым смехом и притянутыми за уши шутками.

– Я, конечно, понимаю, что в ваших фантазиях присутствует идеальный мир, в котором место женщины на кухне, но это все только ваши сексистские замашки.

– А, так вы феминистка? – усмехнулся Давид.

 – Почему мы на «вы»? – отчего-то разозлилась она, и это еще больше повеселило его. Если сначала им двигал праведный гнев, желание выяснить правду и причину разыгранной ею комедии. Так что взрослый серьезный мужчина повел себя, словно капризный подросток, горячий юнец. То по мере дальнейшего развития событий, его забавлял уже сам разговор, ее реакции, идеи, что она сердито толкала ему. Давид давно так не развлекался.

 – Не знаю, как там у феминисток принято, – усмехнулся он. – Просто захотелось засвидетельствовать вам свое почтение.

Юля выглядела такой рассерженной, словно собиралась ему влепить пощечину.

– Я понимаю, конечно, что это вас забавляет, – тоже перешла в свою очередь на «вы» она. – Но вопреки современным представлениям в основе феминизма заложены здравые идеи и, если бы они самого начала, были как должно приняты обществом, мы бы имели более совершенный мир.

– Ой, да ладно, все вы феминистки, пока на пути не попадется настоящий мужчина. Тогда по одному месту идет и хваленая женская дружба, и популяризированная женская эмансипация, а о дутом феминизме я вообще молчу….

Давид покачнулся, когда со злостью Юля пихнула его кулаком в плечо и болезненно поморщилась, потирая ушибленную руку.

– Ну, когда настоящий мужчина, то да, – усмехнулась девушка, словно не было этого жалкого выпада моськи против слона.  – Вы-то тут причем?

Это был вызов. Она дразнила его. Отлично.

Давид сделал большой шаг по направлению к Юле и девушка испуганно отступив, уперлась спиной в стол. «Это просто игра» – напомнил себе он, прежде чем его руки вновь сомкнулись на ее плечах, приподнимая и усаживая рядом с ноутбуком, щелкнула клавиша и зазвучала какая-то рок-баллада, перенося их в сюжет романического фильма.

 – Хочешь убедиться? – многообещающе произнес Давид, нависая над ней.

Самообладания в нем практически не осталось, но голос разума все еще удерживал внезапно сорвавшееся с цепи либидо.

 – Ха, – выдохнула она и то, что, видимо, планировалось, как насмешка прозвучало взволнованно.

– Тоже мне герой-любовник, – слабо бравировала она. –  Ты не в моем вкусе.

– Тогда тебе нечего опасаться, – усмехнулся он, еще ниже склоняясь к ней.

«Это игра, – повторил он еще раз, – игра, игра только игра». Но потерялся в ее больших немного испуганных глазах, в взволнованно приоткрытых губах, в прикосновениях слабых пальцев, что уперлись в грудь в который раз за встречу, легонько царапнув кожу под футболкой и свели с ума.