Буря Моретти.Tempesta

17 глава.

Если бы кто-то сказал мне месяц назад, что я с радостью поеду на семейный обед со своим мужем, я бы рассмеялась ему в лицо. Ну или закатила глаза и ушла пить кофе — что-то из этого. Но вот я стою у зеркала, поправляю платье винного оттенка, а на губах — лёгкая помада и то самое странное чувство, когда внутри тихо и спокойно. Даже не страшно.
Лоренцо сегодня был молчаливее обычного. Хотя, если честно, его стандартная норма слов за день — это и так минимум. Но в машине он пару раз бросил на меня быстрый взгляд, будто проверял, не передумала ли я. Нет, не передумала.
Мама уже ждала нас у входа в дом. Британи Шартино — женщина, перед которой и сам дьявол бы отступил. Стильная, уверенная, с этой фирменной улыбкой, за которой прячется больше, чем можно представить. Она с самого начала не питала особых иллюзий насчёт нашего брака. Бизнес, фамилии, связи — всё как в старом мире, где чувства на последнем месте.

— Эмбер, дорогая, — мама поцеловала меня в обе щёки, а потом перевела взгляд на Лоренцо. — Лоренцо. Ты, как всегда, безупречен.

Он чуть кивнул, и я заметила, как уголки её губ чуть дрогнули. Мама не просто наблюдала — она анализировала.
Мы прошли в гостиную. За столом всё было как всегда: идеально, изысканно, холодно. Но на этот раз — что-то другое. Не в еде, не в обстановке. В нас. Я почувствовала, как Лоренцо положил ладонь мне на спину, когда я садилась. Едва ощутимое касание, но достаточно, чтобы сердце пропустило пару ударов.

— Как вы? — спросила мама, наполняя бокалы. — Вижу, вы всё чаще появляетесь вместе.

— Работа, — ответил Лоренцо спокойно.

Я хмыкнула, не удержавшись:

— Да, наша семейная жизнь сплошная работа.

— Зато ты начала вовремя вставать, — добавил он, и его глаза блеснули чем-то почти… тёплым.

Мама подняла брови, глядя то на меня, то на него.

— Значит, не всё так холодно между вами, как ты утверждала, Эмбер?

Я отставила бокал.

— Ну… не совсем. Но он хотя бы ест мой завтрак.

— И я все ещё жив, — добавил Лоренцо, глядя прямо на меня.

Мама рассмеялась — тихо, но искренне.

— Вы изменились, — сказала она, и в голосе впервые за долгое время не было колкости. — Я думала, этот брак навсегда останется просто союзом. А теперь… Она посмотрела на нас и вдруг улыбнулась по-настоящему. — Похоже, я ошибалась.

Я поймала её взгляд и на секунду ощутила, как будто из нас с Лоренцо сняли чужие маски. Да, он по-прежнему закрыт, холоден, но… теперь рядом с ним можно было дышать.
Когда обед закончился, мама проводила нас до машины.

— Береги её, — сказала она, глядя на Лоренцо. Не приказом — просьбой.

Он кивнул.

— Я знаю, что у вас не всё просто, — продолжила она. — Но я вижу, что она стала спокойнее. Это твоя заслуга.

Я замерла. Мама никогда не хвалила его. Никогда. Лоренцо не ответил, просто взял меня за руку и помог сесть в машину.

Всю дорогу я молчала. Не потому что не знала, что сказать, а потому что впервые за долгое время не хотела разрушить тишину. Она была правильной. Настоящей.
Я посмотрела на него сбоку — строгий профиль, уверенные руки на руле, взгляд вперёд. И вдруг поняла, что мама права. Что-то действительно начало меняться.
Может, это и есть то, о чём она всегда говорила? Что даже в браках по расчёту иногда зарождается нечто, что сильнее договоров и фамилий.
Любовь? Нет. Ещё нет. Но… может быть начало?