Буря Моретти.Tempesta

27 глава.

Прошло пару недель — и, клянусь всеми каблуками из моей гардеробной, это были самые спокойные недели за всё время нашего брака. Настолько спокойные, что я почти начала забывать, что мой муж — глава Синдиката, которому подчиняются сотни вооружённых мужчин. Мы стали нормальной парой… ну, насколько это вообще возможно для Моретти.
Завтраки теперь не напоминали сцены из немого кино — он сидел напротив, читал новости, а я пыталась не уронить тост на платье. Мы даже стали ужинать вместе, и однажды я заметила, как он просто… смеётся. Да, Лоренцо смеялся, громко, на всю кухню.

А ещё он начал сопровождать меня по магазинам. Правда, я до сих пор не поняла, это его желание или страх, что я куда-то сбегу — но я не жаловалась. Мужчина в идеально сидящем костюме, с серьёзным лицом и внимательным взглядом, который помогает выбрать платье? Девочки, это не просто эстетика, это чистое искусство.

Мы были в одном из бутиков на Стрипе. Я примеряла платье — лёгкое, кремовое, как облако. Повернулась к зеркалу, потом к Лоренцо:

— Ну как?

Он прищурился, явно борясь между комплиментом и привычкой не показывать эмоций.

— Если цель — свести всех мужчин в радиусе пяти миль с ума, то ты справилась.

— Мне нужно свести с ума только , — улыбнулась я. — Берём.

Но радость длилась недолго. Как только я отошла к стойке, в животе неприятно заныло, мир немного поплыл, и я ощутила ту самую волну дурноты, от которой даже самое красивое платье теряет смысл.

— Эмбер? — голос Лоренцо стал настороженным.

— Всё нормально… — соврала я, чувствуя, как подступает тошнота. — Просто… воздух какой-то тяжёлый.

И, не успев досказать, я буквально сорвалась с места, направляясь в туалет. Боже, как романтично. Миссис Моретти в дизайнерском платье и на каблуках, несётся через бутик, чтобы… ну, скажем так, не устроить позор мирового масштаба.

Минут через десять я вышла. Бледная, как простыня, но с гордым видом, будто только что выиграла бой с самой судьбой.

Лоренцо сразу оказался рядом.

— Что произошло?

— Ничего страшного. Наверное, отравилась чем-то.

Он прищурился, явно не купившись.

— Чем? Воздухом?

Я хмыкнула.

— Возможно. Тут, знаешь ли, витает дух безупречных диет и пластики, может, мой организм не выдержал.

Он ничего не ответил, но обнял за талию и вывел меня наружу. Его рука на моей спине была крепкой, тёплой.

Когда мы вернулись домой, я честно надеялась, что это просто случайность. Но вечером всё повторилось. Я стояла на коленях у туалета и мысленно прощалась с тем, что осталось от моего ужина.

Лоренцо стоял рядом, хмурый и сосредоточенный, как будто собирался объявить войну желудочным вирусам.

— Завтра утром приедет наш семейный врач, — сказал он уверенно.

— Лоренцо, не нужно, я… .

— Это не обсуждается.

Я посмотрела на него. Его лицо — спокойное, но глаза тревожные. Впервые я видела в них не холод, не контроль, а… беспокойство.

Он помог мне подняться, провёл в нашу спальню и заставил лечь.

— Отдыхай.

— Ты говоришь как мой папа, — пробормотала я, укутываясь в одеяло.

— Если твой папа заботился о тебе так же, как я сейчас, то, возможно, он был умнее, чем я думал, — ответил он и поцеловал меня в макушку.

Когда он вышел, я закрыла глаза. Может, и правда просто отравилась. А может…