Буря внутри меня

Шаг вперёд

Одиночество, оказывается, может душить. Как будто сжимает горло невидимая рука и нет сил сделать вдох. И сердце бьется бешено, и грудь болит, и тело сотрясает дрожь. И хочется одного лишь — вырваться из тяжелых, давящих стен, и бежать, бежать, бежать... Куда угодно, но бежать.

Екатерина Казакова, Алена Харитонова «Жнецы Страданий»

– Кто это у нас тут?

Неожиданно разорвавшие тишину женской раздевалки голоса спровоцировали нервное движение руки, отчего дверца шкафчика с грохотом ударилась о бортики при закрытии. Я была уверена, что нахожусь здесь одна – решила оставить спортивную форму, пока остальные атакуют столовую, чтобы пойти почитать. И уж конечно я не ожидала встретиться хоть с кем-то…

Но секундное замешательство удалось взять под контроль. Чего переживать? За последние годы никто особенно не проявлял ко мне интерес, позволяя просто учиться, не отвлекаясь на сплетни и скандалы, коих в приличной с виду школе водилось чрезмерно много. Даже смешно: пока администрация боролась нарушителями школьных правил, упускала из внимания более страшные вещи: процветающий буллинг, пренебрежение социальных норм, да даже ролевое распределение – все атрибуты среднестатистической школы имели куда большее влияние на подрастающее поколение, чем негативные привычки или упущения в образовательном процессе.

Я была чужой в этой системе, абсолютно не подходящей ей: меня не интересовали звезды школы или страны, я не любила ввязываться в сомнительные авантюры и вообще не слыла доверчивостью. В школе я была скорее зрителем, сторонним наблюдателем происходящего, не интересуясь им, но учитывая при совершении тех или иных поступков. Мне сильно помогало отсутствие такого же интереса к моей персоне со стороны тех, с кем невольно приходилось проводить основную часть дня. Действительно, кого может заинтересовать типичная заучка, хорошая девочка из приличной семьи без скандальных сюжетов и драмы в личной жизни? Школьники игнорировали меня, и я преимущественно отвечала им взаимностью.

До этого дня.

Но пока я ещё не осознавала, чем же этот самый день может отличаться от предыдущих. Тихо выдохнув, я обернулась, и какая-то шестерёнка в системе работы моего мозга дала сбой, не в силах воспринять происходящее.

Двое прекрасно знакомых мне молодых людей смотрели на меня в упор. Мои одногруппники Гейб Митц и Нил Вейгран по какой-то причине сейчас стояли в женской раздевалке: один около двери, другой в непосредственной близости от меня. Они не выражали каких-либо ярких эмоций, но почему-то одно их присутствие стало серьёзно давить.

Я тихо сглотнула, выхватывая из скоростного потока мыслей в голове нужные.

– Вы, что, ошиблись дверью? – смогла выдавить из себя.

Фраза получилась не такой жалкой, как я ожидала. Я чувствовала, как крупицы спокойствия покидают меня: дышать стало сложнее, кончики пальцев ощутимо похолодели. Я ненавидела терять контроль как над собой, так над ситуацией, но я теряла его.

Такие, как я: тихие, неприметные, неинтересные, – не были на слуху, но многое слышали сами. Я никогда не считала это поводом для хвастовства, но для асоциального человека я достаточно слышала о происходящем в стенах нашей альма-матер. И, анализируя всё, что я смогла собрать в своей памяти касательно этих двоих, я понимала с уверенностью: ничего хорошего от их появления ожидать не стоило.

– Мы, похоже, наоборот пришли по адресу, – улыбнулся Гейб, и мне пришлось применить усилие, чтобы даже в мыслях обозвать улыбкой этот оскал.

Я была с его мнением не согласна, чем и решила воспользоваться в свою защиту.

– Не думаю, что мистеру Эдиссону понравится присутствие парней в женской раздевалке. Но если вы хотите, можете сразу пойти объясняться в его кабинет.

Имя нашего учителя физкультуры действительно могло напугать: правила он чтил свято, а наказывал за их несоблюдение сурово и в основном на своих уроках перед всем классом. Вредить школьному имуществу не возникало желания ни у кого.

– Действительно хочешь уйти? – вскинул брови Нил, и я едва смогла заметить, как его рука потянулась к двери. – Мне казалось, мы только начали общаться.

– Вот именно, – Митц шагнул ближе, загородив своего друга от моего взгляда. – Мы так мало поговорили. Можем же мы узнать больше о своей одногруппнице?

– Раньше ваша одногруппница вас не интересовала, – заметила я, спрятав руки в карманы пиджака – занять их было нечем.

– Досадное упущение, да, Гейб? – хмыкнул Вейгран из-за его спины. – Знаешь, Меган, на самом деле ты заслуживаешь не только внимания, но и комплиментов.

– И правда, – его друг окончательно сократил между нами расстояние. Назад я отшатнулась скорее по инерции, нежели осознанно. – Ты ведь так давно учишься с нами… Разве тебе не хотелось бы нормально познакомиться, получше узнать друг друга?

– Нет, – отрезала жёстче, чем было нужно. – Думаю, вы отлично проведёте время в компании друг друга, а мне пора идти, скоро прозвенит звонок.

– Смотри-ка, – Гейб на секунду развернулся к Нилу, – какой оказалась смелой наша малышка Левинс. Интересно, ты такая смелая, потому что за твоей спиной другие стоят? Так сильно на них рассчитываешь?