Буря внутри меня

2

Общую тревогу усугубляло ещё и атмосфера в доме. Окончание семестра ознаменовало начало каникул, и, соответственно, большее количество времени, проводимого дома. Шутки про то, как сильно ботаны ненавидят выходные, здесь не использовались – я просто хотела находиться в компании кого угодно, но никак не родителей. Они, к счастью, всё ещё вынуждены были ходить на работу, и это спасало нашу ситуацию в целом, но вечерами…

Когда они получили повестку в суд на моё имя, нашим негласным ответом стало молчание. Наверное, мы все просто хотели исключить этот эпизод из нашей жизни – и вместе с тем будто исключили друг друга. За два месяца количество сказанных друг другу слов умещалось в смешную двадцатку. Я чувствовала иррациональную неловкость всякий раз, когда садилась за обеденный стол или пересекалась с кем-то из них в коридоре, предпочитая большую часть свободного времени проводить в своей комнате с редкими перерывами на игры с братьями в гостиной.

И лично я считала их молчание глупым – будто по их поведению, взглядам и отторжению было непонятно их же отношение.

Наверное, я бы тоже разочаровалась, если бы моя дочь, которую я воспитывала быть правильной, заниматься учёбой и не влипать в неприятности, в них основательно встряла.

Только я больше не могла жить, как раньше. Мир, сложенный из учебников, оценочных табелей и редких вспышек интереса стал шире и ярче. Да, точкой старта стало мрачное и тяжёлое событие, но и я больше не та закрытая и зацикленная на уроках девочка.

Несмотря на то, что сегодняшний день всё ещё считался будним – конечно, не для учеников нашей школы, – мама находилась дома во второй половине дня. Было бы более неловко, если бы вся семья ютилась в квартирных стенах, но отец был на работе, братья – на секциях, которые заканчивались в последние дни перед Сочельником и начинались вскоре после Рождества. После позднего завтрака в одиночестве я заперлась у себя в комнате, даже не потрудившись объясниться, но избежать совместного обеда не могла никак – особенно после прямого приглашения матери.

Так мы и оказались за одним столом – мама, наигранно повседневная, но заметно напряжённая, и я – уставшая и абсолютно не понимающая, что со всем этим делать.

– Ты не принесла табель, – вдруг сказала родительница – впервые после того, как позвала обедать.

Оторвав взгляд от тарелки, я на мгновения растерялась, пока мозг обрабатывал аудиодорожку и воспринимал смысл.

– Эм… принесла, – ответила с заминкой. – Он в рюкзаке. Там… Всё хорошо. Все тесты сданы. Я вторая в списке лучших среди параллели.

Да, всего пару десятых уступила Габриэлю Штенну из параллельной группы, но последние два года такое часто происходило – он был действительно тем, кого сверстники в лицо зовут «ботаном», и на учёбе концентрировался с хваткой сокола, так что часто оставлял меня позади. А свой соревновательный запал я потеряла давно – примерно в то время, как Даррел перестал гнаться за верхними строчками итоговых срезов.

– Конечно, я в этом не сомневаюсь, – отреагировала она вполне уверенно. Правда, следующие слова проговорила уже с запинкой. – Ты… Умна, упорна и всегда достигаешь цели.

– Я, эм… Спасибо? – окончательно растерялась от её слов.

Комплимент был внезапным, как луч солнца посреди холодной зимы. Конечно, говорить об оттепели было рано и даже наивно, но мне показалось, будто за столом стало уютнее.

Вернувшись к еде, мама более расслабленно спросила:

– Итак, как вы планируете вечер?

– Ну… – скользнув взглядом по руке с зажатой в ней вилке, я попыталась хоть немного расслабить плечи. – Элисон придёт, чтобы вместе собраться, а после мы поедем в школу. Потанцуем, может, останемся на награждение короля и королевы бала – и, скорее всего, разойдёмся по домам.

– Больше никуда не планируете?

– Вроде бы нет.

– Хорошо, – женщина отложила приборы и выпрямилась. – Даже если вы останетесь в школе, будьте осторожны, пожалуйста.

Я посмотрела на неё, удивлённо вскинув брови, и мягко ответила:

– С нами будут Даррел, Адам и другие ребята, так что мы будем в порядке.

И, если честно, их я упомянула специально: как я успела понять, папа хорошо относится к младшему Вайтемору, да и к Дару ни у кого из моей семьи не было никаких претензий, так что я надеялась, что их присутствие сформирует некое доверие у семьи к этому мероприятию.

И, кажется, не ошиблась – по крайней мере, мама вполне удовлетворённо кивнула, потянувшись к стакану с водой.

Чувствуя себя под прицелом, я незаметно тихо выдохнула, боясь предположить, каким может быть следующий вопрос. Скажет ли она, чтобы я больше не повторяла такой ошибки, как случившееся с Нилом и Гейбом? Попросит быть осмотрительной, не попадать в сводку новостей или горячие сплетни среди нашего окружения? К счастью, узнать не пришлось – звонок в дверь раздался внезапно и послужил моим спасением.

– Я открою! – выпалила резко и встала из-за стола. Добавив тише: – Я наелась, спасибо.

Вылетев из кухни, я почти что бросилась по коридору, силой воли заставляя себя двигаться ровно и не так очевидно. Дверь распахнула резко, даже не взглянув на монитор, и широко улыбнулась, не скрыв вздох облегчения.