Бусина из муранского стекла. Артефактор из Флоренции

Глава 2. Слухи и опасности

Путь до приюта Лучиана помнила смутно: ее пошатывало от слабости, а улицы и люди перед глазами то расплывались в неясные пятна, то становились четкими вновь. Синьора Боргини, кажется, продолжала восторгаться тем, как хорошо она справилась, поддерживая машинально перебирающую ногами Лучиану под руку, но слова ускользали, как и ощущения. Лучиана даже порадоваться, что у нее, наконец, получилось, не могла.

— Вот, голубка, пей, — ей в руки вложили глиняную кружку с дымящимся отваром, и Лучиана сделала маленький осторожный глоток.

Было горячо и горько на языке, но зато в голове чуть-чуть прояснилось и слабость словно бы отступила немного.

Оказывается, она уже сидела на кровати в своей маленькой комнатушке, а синьора Боргини тихо переговаривалась с уже знакомым лекарем, который выхаживал Лучиану, когда она впервые попала в эти стены.

— Не стоит ей работать с зачарованными камнями, – лекарь сердито звякнул маленькими склянками с маслами, и по комнате растекся запах мирта и ладана.

Лучиана замерла, потому что этот запах всколыхнул воспоминания об обряде. Такое же масло нанес ей отец пред тем, как она отправилась на ритуал, перевернувший всю ее жизнь.

— Рано еще, – продолжал бубнить лекарь, подходя к ней и заглянув ей в глаза, едва коснулся кончиками пальцев ее висков: запах стал сильнее, кажется, он нанес масло ей на кожу. — Вам надо раскрывать дар постепенно, синьора. Не позволяйте гордыне вести вас. Вы очень сильны, но если будете выкладываться так, как сделали сегодня, то станете слабы или лишитесь дара вовсе.

— Но я… — Лучиана посмотрела на синьору Боргини в поисках поддержки. — Я просто выполняла заказ.

— Вы не доучились. Che nessuno faccia il passo più lungo della gamba. И нельзя зачаровывать настоящие камни прежде стекла. А вы, как мне сказали, вложили силу в камни, которые раньше не были камнями, — покачал головой лекарь. — Артефакторы чувствуют больше. Все стихии, а не одну. Вы можете, пусть и на время, вручить дар тому, кто вовсе его лишен. Но цена за это велика. Простой маг черпает из своей стихии, как из бездонного колодца. Артефактор черпает из себя.

— Поэтому важно отдыхать! — энергично согласилась синьора Боргини. — И Лукреция отдохнет, а завтра сможет вернуться к заказу. И будет очень, очень осторожна.

— Я бы посоветовал… — начал было лекарь, но синьора Боргини послала ему предупреждающий взгляд.

— Не пугайте, мою девочку. Она замечательно справляется. И станет лучшим артефактором Флоренции, — она открыла дверь, и лекарю ничего не оставалось делать, как вместе с ней отправиться на выход. — Отдыхай, голубка. Сегодня просто отдыхай.

Лучиана только вздохнула и какое-то время бездумно разглядывала закрывшуюся дверь. После отвара стало легче, да и масло на висках, явно не простое, уняло головную боль. И мысли вновь вернулись к силе артефакторов. К ее силе. Как же мало она знала, несмотря на все занятия!

Она встала с кровати и осторожно подошла к двери. Ноги больше не дрожали, и в целом она чувствовала себя неплохо. За дверью было тихо, и Лучиана решила, что лучше проведет время с пользой, чем будет разглядывать потолок в своей маленькой комнатушке. Она поспешно переплела простую косу и поправила завязки, удерживающие рукава платья.

У синьоры Боргини всегда было много дел в течение дня, так что вряд ли она заглянет и заметит, что ее нет. А если и заметит, всегда можно отговориться любопытством и желанием стать прекрасным артефактором.

Но Лучиане казалось необходимым выяснить, в чем разница между зачаровыванием стекла и настоящих камней. И чем она рискует, выполняя столь внезапный заказ. Мелькнула мысль, что стоило бы обсудить происходящее с Чезаре, но она понятия не имела, как отправить ему весточку, не прибегая к помощи уличных мальчишек, которым ей и заплатить было нечего.

Оставалось самое очевидное и доступное — библиотека. Она уже знала, что Медичи немало способствовали тому, чтобы воспитанники приюта получали образование и профессии. У тех, в ком открывался дар, возможностей было несравненно больше, потому что они после обучения работали на благо Флоренции. Медичи не скупились, и бибилиотка приюта, занимавшая значительную часть второго этажа, хранила все те книги, которые так интересовали Лучиану.

Помещение здесь было не в пример скромнее, чем на вилле Кастелло: выбеленные, как и во всем приюте стены, деревянные балки перекрытий и надежные массивные стеллажи и полки. В библиотеке в это время были ученики, но на нее не обращали внимания: книги и знания интересовали тех, кто находился в этих стенах, куда больше.

Она прошла вдоль стеллажей, скользя пальцами по корешкам. Стихия огня, стихия воды, ритуалы, обряды, легенды, строительство городов с помощью магии земли. Наконец, она добралась до полок, предназначавшихся артефакторам. Их было не так много, но Лучиана надеялась, что сможет найти ответы хотя бы на часть своих вопросов. Она склонила голову набок, чтобы было удобнее прочитать потертую надпись золотом, когда ее окликнули:

— Лукреция! Рад тебя видеть, — к ней приблизился, нагруженный книгами здоровяк Балдовино. — Слышал, что сам старик да Фельтро тебя обучал. Как оно?

Лучиана, подобравшаяся было в ожидании насмешек, на мгновение опешила от такого простого и дружелюбного обращения и не сразу нашлась, что ответить.

— Что-то ищешь? — спас от неловкого молчания Балдовино, явно заметивший ее замешательство. — Подожди, я положу книги и помогу тебе. Заодно расскажешь, как вы занимались. Страсть, как интересно!