Были. Реквием по Мечте

Пролог. Люди вокруг меня

Люди... Они всегда окружали меня. С рождения и до самой смерти мы не одни. Еще только появившись из чрева матери, мы уже принимаемы в чьи-то руки. Теплые или холодные, заботливые или равнодушные - но они вокруг нас. Кого-то принимают радостно, укладывают, протирают, пеленают и бережно передают уставшим материнским рукам. Кто-то появляется в атмосфере безразличия и холодности, но и он - не одинок. Человеческое сообщество чем развитее, тем менее дает человеку быть одному. Парадоксальная, на первый взгляд, ситуация. Но любая деревенька дает больше одиночества человеку, чем город, где все друг другу незнакомы. Казалось бы, как раз в деревне, из-за маленького круга общения, человек все время на виду и не скрыться, не спрятаться, не уйти. А горожане вечно плачутся, что в толпе - одиноки. Да только сельчане дадут побыть одному, ежели попросишь, а город не отцепится никогда, как бы ты не кричал, что видеть никого не хочешь. Соседи, прохожие, люди сидящие рядом в транспорте, телефонные собеседники, компьютерные знакомые. Что-то выключив, все каналы общения не перекроешь. Даже за закрытыми дверями со всеми выключенными приборами в домах слышишь частички жизни других людей. Где-то зашумел кран и слив водостока, кто-то постучал по батарее, кто-то сверлит что-то или громко включил музыку. За каждой стеной - кто-то дышит и живет. И ты вертишься угрем, пытаясь найти покой. Сотни и тысячи маленьких огоньков сознаний вспыхивают на границе мысли, когда ищешь путь, где бы укрыться. Мысль огибает город, наталкиваясь на людей и выбегает за границы его. Казалось бы - вот она, свобода! Но тут дороги - и сотни торопливых сознаний ежеминутно проносятся мимо, думая о своем. В отчаянии пытаясь укрыться, физически выскакиваешь из дома и бежишь сломя голову в лес, в тишину, в одиночество. Здесь тоже люди - ведь лес этот соединяет две части моего города. Но здесь можно укрыться в тени деревьев и почти почувствовать жданное одиночество. Отрешиться и подумать, поразмышлять, отгородиться от суеты торопливых мыслей проходящих неподалеку людей. Я думала, я не люблю, когда много народу. Я ошибалась.

Этой зимой меня занесло в Волгодонск. Точнее, в деревню, неподалеку от него. Там, впервые в жизни я увидела, как люди живут вдалеке от трасс и городов. Закрыв ночью глаза, я не ощутила привычного узора бисерного плетения находящихся неподалеку сознаний. Обычно он раскрашивает темноту ночи голубой сеткой взаимодействия. А тут... Тут было темно. Редкие-редкие искры, вспыхивающие далеко и неуверенно. Здесь не было привычного каркаса, а который я опираюсь при познании окружающего мира. Здесь было пусто. Я впервые с рождения оказалась окружена пустотой. И она меня испугала. Я моментально свернула всю исследовательскую деятельность и забилась под одеяло, потому что мое воображение - мой самый страшный враг и оно в темноте безлюдья само придумает себе чудовищ. В которых я поверю. Даже сейчас, когда я пишу эти строки - я чувствую крепкую опору из сознаний всех, кто находится рядом. Они не знают, что я опираюсь на них, даже не чувствуют. Возможно даже, что я сама все это придумала, но та пустота меня испугала до дрожи.

Я не боюсь замкнутого пространства - до тех пор, пока могу в нем шевелиться. Я не боюсь темноты, как таковой - только своего воображения, отпущенного в ней на свободу. Я боюсь одиночества. И я же старательно бегу от людей.

Мне как-то сказали, что я вся состою из противоречий. В таком случае я - полнейшее отражение мира вокруг меня. Или... наоборот, мир - отражение меня. Точнее, моего психического состояния. Все по психологии, никакой мистики.

И, если глядеть на мир с позиции предположения, что он - отражение психического состояния, то мне становится страшно за свою психику. Само-собой, такое предположение не оставило меня равнодушной. Я стала искать опровержения ему. Я читала различные точки зрения по каким-то вопросам в интернете. Я читала форумы и комментарии, я искала границы мнений и сопоставляла с тем, что видела внутри себя. Я искала опровержения и находила только подтверждения.

Блаженны люди, имеющие свое твердое мнение! Блаженны те, кто имеет твердый взгляд на мир с твердыми моральными принципами и понятиями правильности-неправильности. Блаженны верующие. Не в религии дело тут, а в убеждениях.

Ибо, как выяснилось, у меня убеждений - нет. Я - чистый лист восприятия. Я - полная база возможных точек зрения, с абсолютной же верностью всех вероятностей. Проще говоря, я - сумасшедшая. У меня до сих пор нет точки опоры в окружающем мире. Я не могу сказать, что что-либо правильно, а что-то - нет. Меня что-то может смешить своей наивностью, что-то возмущать своей нелогичностью. Но это не изменит того, что я буду считать и то, и другое - имеющим право на жизнь. И вот как жить с таким полным отсутствием картины окружающего мира?

А знаете, что держит меня на плаву? Строжайшая внутренняя дисциплина. Я считаю верным те убеждения, в кругу которых нахожусь. Только так, и никак иначе. Из меня не выйдет принципиального защитника или мученика за веру.

Я просто не пойму, в чем разница. Проблема в том, что лично у меня - убеждений нет. И нет того, что я бы считала лично своими убеждениями. В чем я точно уверена, что ни одно из тех убеждений, которыми я руководствуюсь сейчас, не являются моими лично. Они привиты, воспитаны во мне и даны, как данность, как границы, за которые нельзя преступать. А меня - просто нет. Я трижды снимала тиски дисциплины. Трижды за всю жизнь. И всего один раз - сознательно. Потому что то, что скрывается под этой дисциплиной пугает меня саму. А что вы хотели от сумасшедшей?

И тогда я задумалась надо всеми теми моментами наблюдения, что всегда были мне интересны. Мне ведь всегда было интересно наблюдать за людьми, пытаться понять их, ухватить кусочек твердого мироощущения.

Вы никогда не осознавали себя частью толпы? В метро в час пик, в автобусе, нагруженном сверх всякой меры, в очереди за чем-то очень важным. Не пытались оглянуться и посмотреть на тех, кто рядом? Конечно, пытались, даром, что ли, я вылавливаю в сети отголоски этих ощущений. Так вот в толпе ощутить себя единицей так же страшно, как в полнейшем одиночестве. Потому что там нет... людей. Я оглядывалась в толпе, несмотря на маты тех, кому лишние телодвижения мешали, сбивали с ритма. Я оглядывалась, ища проблеск мысли. Все в толпе погружаются в спячку, движимы единым устремлением. Взгляды помимо воли направляются в одну точку, а тела следуют в слитном движении. И это - страшно. Словно отключается какая-то часть сознания, позволяющая выделить именно себя среди других и люди воспринимаются единой массой. Кто-то пытается отгородиться от этого наушниками, книгой или планшетом, уходя в себя и оставляя тело на автомате. Кто-то благодарно вливается в общий поток, давая отдых измученному сознанию. Кто-то, как и я, оглядывается в изумлении, пытаясь осознавать себя в бурном потоке общего движения. Самое интересное тут - это моменты до вливания и после. Когда едешь по эскалатору и понимаешь, что неизбежно попадешь в эту толчею - готовишься не столько к возможным тычкам, сколько к массиву того, что будет вокруг тебя. А когда толпа достигает цели и распадается, словно обнаруживаешь себя заново и оглядываешься, стараясь понять - кто-то, кроме тебя заметил это состояние? Меня поразило то, что я не видела оглядывающихся на толпу людей. Прошли - и дальше по своим делам, словно и не было того объединяющего порыва, того, что заставляло ноги идти в шаг, а глаза - смотреть в одну сторону. Словно памяти не осталось о самом этом состоянии. Так, потолкались - и дальше пошли. А все разговоры, что толпа - единый организм - словоблудие психологов, уж я-то точно сам по себе. Вот дети - те оглядываются, но я все реже наблюдаю это. И у этого, конечно, тоже есть причины.