Быть ею с тобой

Глава 4

Слава

Лесницкая испытала настоящую панику, когда объявили в гримёрке, где она находилась, выход в студию.

Одёргивая слишком короткое, на взгляд девушки, платье, едва балансируя на высоченных каблуках, Вячеслава поплелась за молодым человеком, приставленным ей для сопровождения.

Блик обещала, что более трёх месяцев подмена не будет длиться... «В течение всего пары недель вопрос с бракосочетанием будет снят». Оставалось только собраться с духом и..., пуффф! Выпрямившись, более-менее аккуратно ступить на пол студии. Как ни крути, походка была с подвывертом от бедра, как у распущенной девицы лёгкого поведения. Ева скользила иначе. Заметив Славу, Плотников сдвинул брови, вероятно, отметив в её шагах нестабильность.

Лесницкая, аккуратно переступая, во все глаза не забывала изучать того, кого нужно было ей дурачить, минимум полмесяца. Девушка прекрасно помнила, как выглядел он на картинке! Однако в реальности красавчик смотрелся круче, как бы сказала её мама «бесподобно»!

Вячеслава отметила на себе его изначально скупой и холодный взгляд, от которого в жаркой студии стало свежо, но мгновение ока, и карие глаза уже источали медовый эликсир.

— Дорогая, — протянув навстречу руку, намекая за неё взяться, произнёс Павел наигранно тепло.

Сомневаться не приходилось — будущий супруг к Еве относился так же, как и она к нему — никак. Но в отличие от Блик, он понимал преимущества их совместного брака.

Слава, натянуто, и в то же время широко улыбнулась Плотникову в ответ. Схватилась за протянутую им руку, только для того, чтобы не упасть и немного побалансировав, вынудила молодого человека, соскочить с места, её хватая. Каблук подкосившись, как в том плохом фильме ужасов, повалил тело девушки в его объятия. Нет, Павлу, конечно, удалось слегка привстать ей навстречу, но и у него не хватило опоры удержаться. Так и плюхнулись вместе, рядом на диван, не только в постыдной близости друг от друга, ощущая бёдрами пухлые места фигур, но и слегка всплеснув ногами... В глазах Плотникова, сквозь остатки карамельного взора, Слава прочитала нечто вроде: «Ты что творишь?!». Приняв устойчивое положение, девушка сконфузилась, отпрыгнула подальше. Несмотря на недобрый взгляд, руки у соседа показались ей тёплыми...

Ведущая взглянула на обоих так, будто поняла причину такой неловкости и, поймав знак от оператора, ловко затараторила, в нужных местах расставляя акценты и паузы.

— Перед нами са-амая нашумевшая пара года Евы Блик и Павла Плотникова. Их доходы — сумасшедшие миллионы, а жизнь, сплошная тайна, недоступная простому обывателю. Но..., — ведущая сделала выжидательную тишину, интригуя тех, кто будет находиться по ту сторону экрана, — только сегодня и только для нас, эта пара сделает исключение, ответив на несколько вопросов! Оставайтесь с нами, вы не пожалеете! Обещаю!

Славе не доводилось участвовать в выступлениях на публику, а потому, внутри сделалось нехорошо. Сердце готовилось к прыжку за пределы организма.

— Наша аудитория вопит в желании узнать пикантные подробности вашей встречи..., — закидывая ногу на ногу, интервьюировала их девушка глубоким грудным голосом.

Её полуулыбка говорила о том, что из диалога предполагается сделать сенсацию. Эксклюзив готовился взбудоражить местный бомонд и его воздыхателей.

— У нас один вид деятельности, сфера общения, одно видение продолжения пути развития бизнеса, поэтому..., — начал Павел, — мы не могли ни встретиться...

Плотников протянул руку и подхватил Славину кисть, ловко поднеся её к своим губам. Поцеловал, повернув изящно ладонью вверх. Полу обнял, пред этим отправив вновь блаженный взгляд, забывая о случайном инциденте. Лесницкая подобное оценила, как проведение Господне. Наличие короткой памяти у объекта наблюдения, оказалось, кстати, в противном случае, она вряд ли бы сообразила, как дальше себя с ним вести. Едва успевала, быстро моргать, да периодически от навязчивых прикосновений выпучивать глаза, водя ими по присутствующим. Необычность ситуации её… изматывало.

— А произошло это на Гавайях, когда Ева, уподобившись русалке, нырнула со скалы в воды океана, — Вячеслава точно помнила из предоставленного в папках материала, что ничего подобного у них с Блик не происходило.

Стало быть, будущий муж Евы врал... Слава отправила сидевшему рядом, слегка удивлённый взгляд, но его ответный пригвоздил девушку к месту: «Только попробуй что-то вставить!», — мелькало в нём и Лесницкая, с лёгкостью, подчинилась команде.

— Ева, как можете чувства, вспыхнувшие между вами, охарактеризовать? — решила подключить её ведущая. — Насколько я знаю, вы владеете множеством языков. Для понимания, глубины эмоций, хоть какую фразу для нас изобразите, например, на французском, с философской каймой и лёгким напылением таинственности...

Лицо Славы скривилось, напоминая по форме бобовое зёрнышко. По-французски? Что за издевательство! У неё с русским-то в школе происходили нелады... Лесницкая лихорадочно стала в мозгу перебирать всё, что знала о французском.

— Се ля ви, — наконец, провозгласила она, часто повторяемое матерью высказывание, надеясь, что трюк прокатит и мысленно благодаря девушку, что та не предложила ей высказаться на каком-нибудь итальянском или немецком.

Язык дипломатии больше прижился в русском обществе...