Быть или не быть, жить или не жить...

Часть тридцать восьмая. Кто ходит в гости по утрам... Продолжение.

Часть тридцать восьмая. Кто ходит в гости по утрам… Продолжение.

Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро

То тут сто грамм, то там сто грамм, на то оно и утро.

И я, и я, и я, того же мнения. - Песенка Винни - Пуха, приспособленная для нужд деревни деревенскими жителями этой же деревни.

Как настоящий деревенский мужичок, ребенок больше всего боялся за яйца.

Поэтому упал два раза. И первый раз только кряхтел, поднимался и еще на что - то надеялся. После второго обрушения на гладком льду, которым обросла вся дорога, ребенок сидел и приходил в себя долго.

Женщина бегала вокруг с основным списком вопросов:

- Убился? Ударился? Повредил позвоночник? Получил перелом основания черепа? Он в затылке у тебя не хрустит? Голова не болит?

Ребенок приподнялся и подгреб под себя коробку.

- Послушай, ты жив или убит? - Возмутилась женщина.

- Не мешай! - Отвечал ребенок. - Я считаю яйца.

После второго упадания на гладкую, как стекло, снежную дорогу, в которую превратился снег, добросовестно утоптанный до гладкости, до зеркального льда, одно яйцо превратилось в хрустящие лепестки кондитерской глазури. От удара новогоднее подарочное яйцо было разбито вдребезги.

Дочь облизала пальцы, доела до последнего осколочка всю кондитерскую глазурь, слизала мелкую крошку от шоколадного яйца, отлепила от губы последнюю скорлупку. И тоже съела, последний кондитерский лепесток. Затем посмотрела на последнее, оставшееся в живых яйцо и сказала:

- Жалко! Я до дома хотела терпеть. А дома еще раз хорошенько на Новогодний подарок посмотрю. И что - нибудь еще съем!

А ведь до дома было еще далеко. И женщина вела ребенка домой и очень боялась, что на таком гдадком, никогда не обколотом льду, у ребенка оставалось еще одно, последнее и третье поскальзывание, мгновенно переходящее в упадание всей мордой об лед, которое вот - вот и обязательно случится на такой скользкой и гладкой дороге...

Ребенок бежал за мамочкой бодро и успевал. Детеныша согревала идея уйти подальше от большой дороги, добежать вслед за мамочкой до дома. А там обняться с благотворительным подарком, добраться до вкусностей, всё съесть.

Женщина косилась на дочь и вспоминала, как она сама получила раз «подарочек» от«Красного Креста», благотворительной организации, что занималась помощью.

Ей что - то тогда совсем было плохо. Но «Красный Крест» в том сезоне пайки и подарки не раздавал, поэтому переадресовал её погулять в органы Социальной Защиты населения.

Женщина совсем отчаялась. Нигде не получалось сшибить ни рубля.

В отчаянии она получила ворох вещей сэкондушных. Их завезли в организации социальной защиты по случаю.

И некоторым избранным давали талончик на получение благ из органов социального обеспечения.

Собес нынче занимается самыми странными вещами.

Но получивши талончик на получение старых вещей, женщина поняла, что удостоилась.

И сбегала - таки в тот подвальчик, где благотворительная раздача шмотья происходила.

А поглядевши, с каким остервенением набрасываются на дележку поношенных вещей другие женщины, почувствовала не отвращение, а вдохновение.

И несколько шобоно́в для себя отобрала.

Вернувшись домой, вдруг поняла, что шмотки негодные. Не потому, что они были грязными или рваными, а потому что были чужими, несли вместе с собой отпечаток жизни прежней владелицы, которая покупала их новыми и обнашивала некоторое время, обминая и обтягивая их под себя.

Потом владелица отказалась от них. И отдала в чужие равнодушные руки. Бездомные вещи обиделись. И навсегда замкнулись в себе.

А женщина никогда не обладала настолько сильным характером, чтобы менять чужую карму на лу́чшую. Она не могла бы заставить свитерочки признать ее, как новую владелицу или полюбить.

- Лидер - одиночка, Вы - Лидер - одиночка, - сказала как - то раз психолог в ответ на женские жалобы, когда пришлось бегать с ребёнком, перед тем, как получить направление для ребенка в логопедический детский сад. Их заставили в детской больнице обойти абсолютно всех врачей.

А врач - детский эндокринолог был по совместительству еще и врачом сексопатологом. Не глядя на ребенка, он прописал дочери дорогущие таблетки йода. А все остальное время с азартом интересовался женской половой жизнью своей взрослой посетительницы, намекая, что мог бы поспособствовать её улучшению. Не просто так, конечно же, а за деньги.

По вечерам врач - сексопатолог принимал во взрослой и женской консультации. И даже на приеме в детской больнице стремился увеличивать свою сексологическую клиентуру, расширять практику. И получать неплохой денежный навар от своих консультаций, как врача - сексолога.

- Все верно, - понимала женщина. - Завод, пока строился, стянул на себя, всех окрестных жителей из близкорасположенных деревень. А после постройки основных корпусов и первых фундаментов, сельские люди так увлекались идеей стать горожанами и получить квартиру со всеми удобствами, что навсегда оставались здесь, в продуваемом всеми ветрами Новом Соцгороде, на бывшем и вчерашнем пустыре.

Свозили в громадные груды весь верхний слой плодородной землицы из - под большой стройки, из - под будущих фундаментов завода. И насыпали в степи никому не нужные большие земляные горы. И обезлюдели ближайшие деревни, потому что все крестьяне, вся «соль земли», прихлынула в будущий город за квартирами.

Но вчерашние деревенские жители женились на своих односельчанках. И устраивали браки по - старинке. И справлялись с семейно - брачными проблемами, как всегда, обходились без вмешательства врача - сексопатолога и даже врача - психолога.

- Вы никогда не заставите людей вслед за Вами пойти. Харизмы и обаяния не хватит. Говорила женщине медицинский психолог. Потом заставляла ребенка пожаловаться на детские страхи. И, неожиданно, относилась к этим страхам серьезно.