Быть того не может

Глава 5 Сила слова

Жюстин крался по дому как настоящий вор-домушник. Даже магию подключил чтобы неожиданностей избежать.

Позади возмущённо пыхтел шушабр, не одобряющий странное поведение своего фамильяра.

Хозяина, возвращающегося домой после утомительного дня работы, должны встречать. Ему должны радоваться и громко эту радость демонстрировать. А для этого хозяин должен быть услышан и увиден…

Жюстин с аргументами Бри соглашался, но своё присутствие продолжал скрывать магическим пологом.

«Мы только узнаем кто, где и чем занимается и решим кому первому откроемся. Ты пойми, если они все сразу на нас накинуться дело кончится слезами. Я плакать не буду. Я буду на себе волосы рвать. В переносном смысле этого слова. Нет, это не намёк. Это просто описание бессмысленного действия, когда все осмысленные действия оказываются бесполезны. Не буду я им волосы рвать. Я всё-таки офицер и мужчина. Хотя ты, наверно прав, толку от этого было бы больше. Тебе этого тоже делать не стоит. Если бы ты был девочкой, тогда другое дело. Но ты же мальчик, а значит должен себя вести как мужчина. Я и веду себя как мужчина. Бывают такие ситуации при которых требуется особый подход. Я ещё не знаю какая ситуация сложилась. Как только узнаю, так и решу какой подход нужен. Хватит ворчать. Ты мне концентрироваться мешаешь. Да знаю я, что Мона на кухне. Она всегда на кухне. Где ей ещё быть если она повариха. А пигалице этой на кухне делать нечего. Лучше бы своим делом занималась. Не знаю я какие у неё там дела, но точно не на кухне языком трепать. Не буду я у неё ничего спрашивать. Горничным не положено хозяйские дела обсуждать. Ну и что, что у неё и глаза, и уши есть. У неё ещё и мозги быть должны, если она своей работой дорожит. Нет, проконтролировать я не могу, но если узнаю — выгоню. Прямо сейчас не могу. Нас же ещё, как бы, дома нет. Ты прав, всё равно болтает. Хорошо, только Ежи ни слова.»

Парочка просочилась на кухню и юркнула в дальний угол позади стазисной махины.

Бри пошевелил кожаным носом и Жюстину пришлось сглотнуть избыток слюны.

«Прекрати принюхиваться. У меня так в животе бурчит, что я ничего не слышу.»

Бри пренебрежительно хмыкнул, но пожелание друга выполнил.

- Старый хрыч меня целый день по всему дому гоняет, - жаловалась молоденькая горничная, - думает, что я совсем дура и не понимаю ничего.

- А если не дура, то и не понимай, - не поворачивая головы посоветовала ей повариха, - нам до господских склок дела нет. Своих забот хватает.

- Хорошо тебе рассуждать. Сидишь тут у себя на кухне, морковочку чистишь. А меня туда, сюда гоняют. Это принеси, это убери… И пень старый, как тень следом ходит. Тут не стой, туда не иди… Да им дела нет тут я или нету меня. Они ж всё одно меня не видят.

- Всё они отлично видят, только плевать им и на нас, и на то, что мы думаем.

- Они думают, что только они думать умеют, а мы, что та мебель, для их удобства предназначенные, - горничная шмыгнула курносым носом и приступила к чистки следующего серебряного блюда.

- Нам за то деньги платят, - напомнила старшая женщина, - а вот барышню нашу гнобят почём зря, - закончила, помедлив.

- Не. Она потом тоже им пару ласковых слов сказала.

- Знаю я те ласковые слова, - повариха тяжело плюхнулась на соседний стул, - ах, зачем вы, ах, не хорошо так… Была б моя воля, я бы их так послала, что дорогу бы сюда забыли.

- Так ведь родня…

- Ну и что, что родня. У меня соседка свою родню так погнала, что думали без порядовиков не растащим. И знаешь из-за чего? Одна сестра другой сказала, что если бы захотела на себе её мужа женила бы, а у самой и муж и детей уже двое взрослых.

- Во дура, - высказала своё мнение горничная.

- Как есть дура. И завистливая к тому же. Позавидовала, что у сестры хозяйство налаженное, муж работящий, дети почтительные, и со злости решила побольней уколоть. Да соседка моя, не какая-то там дама светская, сестре в патлы вцепилась и так её отметелила, что нам вмешаться пришлось.

- И правильно сделала, - горничная дыхнула на блестящую поверхность блюда, - я бы за такие слова глаза бы выцарапала.

- Да обe они хороши. Им внуков уже впору нянчить, а они молодые обиды вспоминают…

- Ой, не скажи, обиды, они не забываются. Вот барышня наша, и этикету обученная, и рождения благородного, а обиду с трудом сдерживает. Может если бы не сдерживала и дала бы сестрице своей в наглую рожу, то и полегчало бы сразу.

- Ну и дура же ты, Тилька. Где ж это видано что бы благородные такими вещами занимались. Они же даже кричат шёпотом.

- Прям-таки шёпотом? Слыхала я ихний шёпот. Вон у меня хозяйка прежняя, так на мужа орала, что стекло в спальне разбилось.

- Магией небось…

- Да какой магией! Она в него его же туфлем запустила.

- Промахнулась значит.

- Не, он пригнулся, - развеселилась горничная, - чего тут началось! По нему кровь течёт — его осколками поранило. Она в обморок падает. Он её ловит чтоб голову не повредила. А кровищи, кровищи... Мы, когда прибежали, думали у них там смертоубийство идёт.

- Бывает, - философски заметила повариха, - только твои бывшие кто? Так, мелочь благородная. А наши, они и ди, и дэр… Их даже сам король-регент во дворец приглашает.