Бюро магических преступлений

8

К Матильде подбежал один из специалистов и тихо шепнул на ухо. Она тяжело вздохнула, встречаясь взглядом с Джейн.

— Похоже, нам срочно нужно возвращаться в Бюро.

— Но сначала стоит ещё раз пройтись по уликам, — добавила Джейн. — Давай короткий брифинг.

Матильда захлопнула блокнот, стряхнула с пальцев мел и подняла взгляд:

— Хорошо. Слушайте внимательно.

Маленькая, пухленькая, в строгом плаще, она казалась тихой бурей: внешне спокойная, внутри сплошная энергия, словно скрытый вихрь. Рядом высокая Джейн, плечо облокотившись о стену, холодный взгляд сканера сканировал пространство, а в руках прибор мерцал мягким синим светом, как будто улавливая невидимую магию. Чуть позади стояла Сара, юная практикантка, с планшетом, на экране которого танцевали потоки энергетических линий.

— Погибшая — Мариэль Роуз, ведьма-травница из лавки «Зелёный свет», — начала Матильда. — Убита нестабильным ритуалом. Следы энергии ещё не схлопнулись. Подозреваем либо охотников, либо того, кто хочет, чтобы мы так подумали.

Я шагнула ближе к линии круга. Холодная вибрация магии пронзила ладони, заставив волосы на шее шевелиться. До этого я только ездила на выезды как курьер. Таскала папки и кристаллы, слушала обрывки разговоров. Жертв мне не показывали, мысли не делились. Сейчас я стояла внутри дела на равных с ними, ощущая, как магическая энергия будто бы дышит рядом.

Элайджа, стоя на колене у линии, провёл рукой над светящимся контуром:

— Остаточная аура снята. След холодный.

Он перевёл взгляд на Линду:

— Линда, снимешь остаточную ауру на соседней улице. Здесь слишком много наложений, нужен свежий фон. Вторая матрица.

— Есть, — выдохнула Линда, доставая кристалл. Он засиял мягким голубым светом, отражаясь в её глазах. Пальцы дрожали, но голос был уверен.

Матильда повернулась ко мне:

— Тэсса, у нас это первый выезд для тебя как младшего следователя. Осмотри периметр, фиксируй следы, запахи, отпечатки. Линию не пересекать, пока я не разрешу.

— Да, — выдохнула я, ощущая, как горячая волна решимости разливается по груди.

Макс уже перебирал амулеты и осколки кристаллов, каждый кусочек мягко сиял в прозрачных пакетах, словно хранил остатки магической энергии:

— Всё, что нашли, идёт с нами.

Сара тихо спросила Джейн:

— Всё зафиксировано?

— Да, — кивнула та. — Копии протоколов в Бюро.

Матильда обвела нас взглядом:

— Элайджа материалы в лабораторию, Макс улики в архив. Джейн и Сара со мной.

Её взгляд задержался на нас с Линдой:

— Вы вдвоём остаетесь. Тэсса переулки, задние дворы, всё странное фиксируй. Линда соседняя улица, потом аптекарь через дорогу. Работайте как младшие следователи. Справитесь?

Мы переглянулись. Сердце ухнуло вниз, но я кивнула:

— Да.

— Да, — подтвердила Линда.

— Если что-то найдёте — сразу связывайтесь, — добавил Элайджа. — И будьте осторожны.

Команда начала сворачиваться. Руны на булыжниках гасли, мягкий голубой свет кругов затихал, воздух постепенно становился обычным. Но лёгкое покалывание на коже не исчезало магия оставила тонкий отпечаток, как след дыхания призрака. Вскоре их фигуры исчезли за поворотом, оставив нас вдвоём.

Линда поправила ремень сумки с кристаллами и вздохнула:

— Ну что, партнёр, похоже, нас бросили на самое интересное. Я на соседнюю улицу.

— А я здесь, — сказала я, ощущая, как дар уже отзывается в груди. Солнечный свет слабо отражался от кристалла, будто направляя взгляд в переулок. — Будем на связи.

Мы растворились в полутёмных переулках. Я вдохнула холодный воздух, прислушиваясь к мягкому гудению магии, к едва уловимым вибрациям на стенах и мостовой. Каждое движение, каждый шаг теперь важен.

Переулок тянулся узкой кишкой между домами, пахло мокрым камнем, травами и чем-то металлическим. Я шла медленно, стараясь, чтобы каблуки не стучали по плитке. Дар поднимался в груди лёгким жаром, как когда близко гроза. Кожа на руках покрывалась мурашками, а в воздухе мерцали тонкие ниточки чужих эмоций рваные, оборванные, неустойчивые.

Эта улица всегда казалась мне особенной. С виду обычный старый квартал с лавочками и чугунными балконами. На деле же здесь жили в основном ведьмы, умело замаскированные под людей. Для постороннего всё выглядело как тихий спальный район, и ни один обычный житель не догадывался, кто его настоящие соседи.

Первой я заметила старуху с корзиной. Она сидела на крылечке соседнего дома, перебирала сушёные травы.

— Добрый вечер, — тихо сказала я, показывая жетон Бюро. — Мы расследуем происшествие у «Зелёного света». Вы что-нибудь слышали, видели?

Старуха прищурилась, обвела меня взглядом:

— Только шум да свет. Ночью. Думала, соседские кошки дерутся. Больше ничего, дитя.

Я поблагодарила её и пошла дальше, отмечая в блокноте свет, шум, ночь.

На следующем углу мой дар дёрнул сильнее. В воздухе висела полоска энергии, похожая на след дыма, только видимая не глазами, а ощущениями. Я присела, коснулась камня остаток ауры был холодный, чужой, слишком ровный, как будто кто-то специально замёл следы. Замаскировано, подумала я.

Из тени вынырнула тонкая девчушка лет шести.

— Тётя, а вы ведьма? — спросила она.

— Нет, — улыбнулась я, — я следователь. А ты видела что-нибудь странное?

— Видела кого-то в капюшоне, — прошептала она. — Он бежал туда, к складам, и в руках у него что-то блестело.

Я сунула ей шоколадный батончик:

— Спасибо, милая. Беги домой и никому не говори.

Я сделала пометку, достала амулет для фиксации следа и двинулась к складам. С каждым шагом воздух густел, дар ныл, будто предупреждая сюда он и ушёл. Где-то на краю слышимости шуршала крыша как будто кто-то притаился.

Я вышла из тёмного переулка на пустую площадку перед складами. Воздух был густой, влажный, пах ржавчиной и мокрым деревом. Под ногами хрустел щебень, а на стенах багровым отсветом дрожали фонари. Дар ныл в груди всё сильнее, как будто за ниточку тянули, он здесь.