Бюро магических преступлений

21

Я вышла из клуба уже в другом мире. Не том, где музыка и свет, а в том, где всё казалось тусклым и разбитым. Ночь глотала звук, только мотор машины Гейба жалобно урчал вдалеке. Калеб сидел рядом и смотрел на меня так, будто пытался прочесть ветер. Я держала билет Линды так крепко, что ногти вонзились в бумагу.

— Поехали в Бюро, — сказал Калеб наконец. Его голос был тяжёлый, но ровный. — Нужно всё зафиксировать, прежде чем они начнут обсуждать здесь «кто прав».

Мы ехали молча. В голове ещё тлела сцена в «Свете Ночи» руны на столе, его голос, эта игра, слова о «разрушении шахматной доски». В ухе всё ещё тихо жужжал Элайджа. Запись была отправлена в базу, скан показал магическую подпись, но образа убийцы не высветил, слишком много слоёв.

Когда мы вошли в конференц-зал Бюро, там уже собралась почти вся команда. Матильда встала, когда увидела нас, и её лицо стало ещё строже. Она не показывала эмоций, но я почувствовала холод в каждом её движении. Джейн и Сара сидели у ноутбука, Макс проверял свежие кадры с камер, Элайджа поправлял приборы, Гейб и Аманда переговаривались тихо на углу. Рэм сидел, сложив руки, и периодически скользил взглядом по мониторам.

— Что у нас, — коротко спросила Матильда, не поднимаясь со своего места. Её голос всегда резал воздух, как нож. — Говорите по порядку.

Калеб первым разложил материалы. Записи, кадры с мини-камеры у меня, фото рунической метки, бумагу с «Света Ночи». Он выкладывал всё аккуратно, без суеты. Каждый пакетик с уликой, каждая флэшка подписаны и опечатаны. Я видела, как у Матильды сжимается горло, это было одновременно и жалость, и злость.

— Он был там, — сказал Калеб, указывая на кадр, где в профиле мелькал тот самый мужчина. — Вёл себя как хозяин. Ни страха, ни суеты. Спокойный. Он говорил нам, что «рушит шахматную доску», и смеялся.

Я дополнила тихо, но ясно, почти дословно:

— Он сказал, что подставляет охотников, чтобы они выглядели убийцами. Что он таким образом разжигает ненависть между нашими кланами. И что он «очищает» ведьм, разрывая связь, которую они имеют.

В комнате повисла пауза. Матильда сжала кулаки, и в её глазах помелькало что-то тёмное и личное. Джейн положила ладонь на записную книжку так, будто хотела прикрыть себя от следующей правды.

— Значит он играет на разделении, — произнёс Элайджа медленно, словно собирая слова в ступеньки. — Это не просто киллер. Это провокация. Он хочет развести нас так, чтобы мы убивали друг друга. Магический раздор.

— Разводит, — хрипло повторил Гейб. — Чтобы охотники вышли, и вы, ведьмы, броситесь на них с ритуалом в ответ. И тогда обе стороны будут заняты друг другом, а он спокойно продолжит свой «ритуал».

Матильда взглянула на всех по очереди. Её внимание, как всегда, было точечным, режущим.

— Он рассчитывает на нашу религиозную ярость и на нашу профессиональную непреклонность. На страсть, которой мы не можем командовать. Мы народ эмоции, её голос был почти шёпотом, но от него пошла дрожь по комнате. — Если мы порвёмся , мы потеряем контроль над делом.

Я почувствовала, как внутри меня сжимаются все старые раны. Вина за то, что уснула в баре, пустота от потери Линды, ненависть, что горела тушами. Но голос Матильды принёс рациональность, холодный расчёт. Мне это нужно было слышать.

— Что предлагаешь? — спросил Калеб, не пряча раздражения. Он был прямой и требовал ответа.

— Совместная операция, — ответила Матильда. — Мы действуем в связке. Все улики через Бюро. Никаких самодельных «чисток» и тимбилдинга через расправы. Я распорядилась, эскалация только с моего разрешения. Мы как одна сеть если кто-то дернется в сторону, не согласовав мы прекращаем всё и арестовываем.

Аманда добавила:

— Мы поставим людей в места, где чаще всего появляются эти метки. Крыши, склады, клубы. Мы поможем с наблюдением и прикрытием. Но вы должны обеспечить нам доступ к ресурсам и информации. Мы не хотим, чтобы нас использовали как пешки.

Матильда кивнула, её губы едва дрогнули.

— Списки людей, пришедших в клуб, — сказала она. — Кто имел доступ к портному, кто заказывал странные ткани, кто был замечен в районе промзон и причала. Вы охотники, вы даёте наблюдателей и людей на улицах. Мы база, руны и остаточные ауры. Элайджа проработка магических следов. Джейн и Сара журнал и список гостей. Макс визуальный протокол. Тэсса ты остаёшься в системе и с нами физически по связям. Ты знаешь чувства обеих сторон.

Я оцепенела от её слов «ты знаешь чувства обеих сторон». Так звучало почти как приговор, но и как миссия. Я кивнула, принимая тяжёлую ответственность.

— Нам надо понять, какого рода ритуал он готовит, — вставил Элайджа. — Он говорил о «стирании связей». Это не только убийства, это изменение магических нитей, ритуальная дестабилизация. Если он активирует подобную вещь над группой людей то последствия будут катастрофические. Сломы магии, вспышки неконтролируемой энергии, жертвы.

— Тогда у нас две задачи, — обрисовал Макс, нажимая клавиши на клавиатуре и показывая статистику. — Первая отследить цепочку поставок тканей, выкроек и приглашений. Вторая обезопасить возможные места массовой активации клубы, склады, промзоны.

Матильда пристально посмотрела на Калеба и его людей.

— Вы держите в поле людей, которые будут реагировать на угрозу, — сказала она. — Мы держим информационный узел. Любой шаг координируется. Ни криков, ни самоуправства.

Гейб хмыкнул, но в глазах у него было уважение к порядку.

— Ладно. Но вы должны дать нам волю на ответ, если дело пойдёт на улицу. Мы не будем стоять и смотреть, как кто-то порежет наших.

— Ответ будет централизован, — отрезала Матильда. — Никто не будет действовать в одиночку.

Разговор перешёл к деталям. Кто где будет стоять завтра, какие записи нужны, какие запросы в базу следует срочно послать. Я записывала в блокнот время и имена; руки дрожали, но почерк был ровный.

— У Калеба есть список потенциальных наблюдателей у причала, — сказала Джейн, показывая файл. — Мы пересекаем его с записями портного. Если мы свяжем имя с лицом, мы поймаем цепочку.