Бюро магических преступлений

24

Серый конференц-зал пах пылью и кофе так густо, будто стены впитали каждое наше дежурство. На длинном столе лежал хаос, в котором мы учились ориентироваться. Спутанные карты причалов, снимки с камер, пачки накладных с выцветшими печатями, маленькие пакетики улик с прилипшими к стенкам нитями. Казалось, этот стол был зеркалом города такого же грязного, рваного, полного ловушек.

Проектор тихо жужжал, вырисовывая на стене сеть линий и точек. Красные точки обозначали склады, синие маршруты, белые места исчезновений ведьм. Со стороны всё выглядело как паутина, и в этом было что-то пугающе правильно, мы сами шли прямо в центр, словно добровольные мухи.

Матильда стояла у торца стола, как всегда безупречная: спина прямая, взгляд холодный, пальцы, щёлкающие ручкой, словно метроном. Никто не смел говорить, пока она не заговорит первой.

— У нас есть подтверждение по Морено, — произнесла она, и в голосе её прозвучало то спокойствие, которое давило сильнее любого крика. — Три склада, две точки доставки, один ангар. После Б-12 мы получили новые зацепки. Сегодня ночью С-3 и А-7. Это зачистка запасов и поиск трафаретов. Все вопросы сейчас.

Я сглотнула, в груди похолодело. Перед глазами снова встал Б-12. Запах ржавчины, обвалившиеся стены, странные руны на полу, которые мы нашли с Калебом и Гейбом. Тогда мы ушли живыми, но я всё ещё чувствовала вкус железа на языке, будто сама проглотила ту ржавчину.

Калеб склонился над столом, выложил папку с последними снимками. Его движения были привычно собранными, но я заметила, как слегка дрогнули пальцы. Он поднял глаза, встретился со мной взглядом и только я уловила в них мягкость, которую он прячет от остальных.

— Я хочу взять команду на С-3, — сказал он ровно, без колебаний. — Аманда и Рэм идут на крыши. Гейб прикрытие у входа. Я иду внутрь с Тэссой. Элайджа ставит блок на перехват магии. Макс камера и линия отхода. Джейн и Сара работают по досье. Матильда остаётся на связи.

Матильда не моргнула, но её взгляд пронзил меня, словно нож.

— Тэсса, — сказала она медленно, — ты идёшь только потому, что у тебя есть доступы к архиву и ты умеешь читать следы. Но помни ни одного самовольного шага.

— Поняла, — ответила я. Голос прозвучал твёрже, чем я чувствовала.

Гейб, сидевший в углу, лениво закинул руки за голову и не упустил шанса.

— Ну всё, романтика пошла, — протянул он с ехидной улыбкой. — Калеб и Тэсса снова на складе. Сумрак, свечи из горящих лампочек, руны крови на полу.. Очень похоже на свидание. Я, конечно, буду третьим колесом.

Я закашлялась, пытаясь спрятать смущение. Калеб бросил на него тяжёлый взгляд.

— Заткнись, Гейб.

— Ладно-ладно, — хмыкнул тот. — Но если вы там поженитесь среди ящиков с контрабандой, я требую быть шафером.

Я хотела что-то ответить, но не успела. Калеб положил ладонь на мою руку. Тихо, будто случайно, но только я почувствовала тепло его пальцев. Сердце дернулось, и на миг шум лампы, скрип стульев и сухие голоса растворились.

— Всё будет готово, — сказал он почти шёпотом. — Просто держись рядом.

Матильда щёлкнула пультом проектора, и сеть линий на стене сменилась новой картой.

— С-3 и А-7, — чётко произнесла она. — Б-12 вы прочесали. Теперь цепочка ведёт сюда. С-3 склад хранения. А-7 лаборатория. Мы не знаем, где окажется больше улик.

Я вцепилась в блокнот так, что побелели пальцы. В голове вспыхнула мысль, что убийца всегда опережает нас.

— С-3 ближе, — сказал Гейб уже серьёзно, выпрямившись. — Надо начать оттуда.

— И пойдём втроём, — добавил он, и уголки его губ снова дёрнулись.

— Втроём? — переспросила я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Втроём, — подтвердил Калеб, глядя только на меня.

Подготовка заняла весь вечер. В узкой комнате, где мы держали оборудование, царил привычный полумрак. Металлические шкафы звякали, когда мы вытаскивали жилеты, фонари и чипованные ключи. Гейб с видом капитана пиратского судна перетряхивал рюкзак, вытаскивая поочерёдно верёвку, аптечку и бутыль с водой.

— Ну, пташки, — сказал он нарочито бодро, — кто из вас возьмёт на себя честь открыть кладовую тьмы?

— Замолчи хоть на пять минут, — буркнул Калеб, проверяя пистолет с зарядами.

Я застёгивала жилет и чувствовала, как внутри поднимается волнение. Это была не просто операция. Это был шаг ближе к убийце, к разгадке, к той тьме, что пряталась под городом.

Калеб заметил моё напряжение, подошёл ближе, так что я почувствовала запах его кожи лёгкий, чуть терпкий.

— Эй, — тихо сказал он. — Всё нормально. Я рядом.

Я подняла на него глаза, и снова это прямое ощущение, будто мир сжимается до двоих.

— Если она упадёт от страха, я подхвачу, — вставил Гейб, застёгивая куртку. — А то ты, Калеб, смотришь на неё так, будто хочешь носить на руках, а у нас, между прочим, склад впереди.

Калеб сжал челюсть, но промолчал. Я же почувствовала, что щеки горят.

Ночь накрыла город, когда мы вышли на улицу. Асфальт блестел от недавнего дождя, фонари мигали, словно предупреждали нас. Мы шли втроём. Гейб впереди с лёгкой походкой, Калеб рядом со мной сосредоточенный, готовый к любой тени.

С-3 ждал впереди, и сердце билось так громко, что казалось его услышит весь квартал.

Ночь обняла город чёрным покрывалом, и только редкие фонари роняли жёлтые пятна света на мокрый асфальт. Мы втроём стояли у ворот огромного склада из серого бетона, с ржавыми ставнями и заросшими травой рельсами. Тишина вокруг была слишком плотной, словно сам воздух предупреждал «Назад».

Гейб первым нарушил молчание:

— Красиво у вас тут. Как всегда, трупы пахнут романтикой.

Я закатила глаза, но не смогла удержаться от нервной улыбки. Калеб же был сосредоточен. Он проверял замки на двери, щупал бетонную стену искал ловушки.

— Этот склад был на маршруте поставок, — сказал он. — Значит, внутри есть что-то, что убийца ещё не вывез. Будьте готовы.

Я вцепилась в блокнот и камень-талисман в кармане. Пальцы дрожали, но внутри что-то странное рвалось наружу будто сама ночь звала меня.