Бюро мистических историй и призрак «little bastard»

Глава 1

Пыльная лента межштатной автомагистрали на Среднем Западе, казалось, тянулась до самой бесконечности, разрезая пополам выжженные летним солнцем прерии. Воздух над раскаленным асфальтом дрожал и переливался, создавая иллюзию гигантских луж, которые исчезали ровно за секунду до того, как тяжелые колеса старенького, но надежного фургона «Бюро мистических историй» успевали до них дотронуться. Фургон был выкрашен в сочные зелено-синие тона с яркими оранжевыми полосами по бокам — расцветка, которая привлекала внимание зевак в любом городке Америки и делала их транспорт абсолютно непригодным для скрытной слежки. Впрочем, скрываться команде Бюро сейчас было не от кого.

Люк Адамс сидел за рулем, уверенно сжимая потертую кожаную оплетку баранки. Он ритмично постукивал указательным пальцем по рулю в такт негромкой рок-композиции, доносившейся из старенькой магнитолы. На нем была его неизменная ярко-желтая рубашка поверх идеально чистой белой футболки и классические синие джинсы. Люк чувствовал ту приятную тяжесть в мышцах, которая всегда наступала после успешно закрытого дела. Только вчера вечером они наконец-то распутали дело о «Жутком Болотном Монстре из Огайо», который наводил ужас на местных рыбаков на озере Эри. Как и всегда, никакой мистики в этом не оказалось — под костюмом, склеенным из водорослей и старых рыбацких сетей, скрывался жадный владелец местного паба, мистер Дженкинс, пытавшийся таким образом отпугнуть туристов и по дешевке скупить прибрежные земли.

Люк бросил взгляд в зеркало заднего вида и слегка усмехнулся. В салоне фургона царила привычная, успокаивающая атмосфера легкого хаоса.

На переднем пассажирском сиденье, закинув ноги в массивных ботинках на приборную панель, сидела Рокси Диас. Она была полностью погружена в процесс перезарядки своей любимой пленочной камеры-мыльницы. Рокси, как всегда, выглядела как модель, сошедшая с обложки молодежного журнала конца девяностых: облегающий трикотажный топ насыщенного лавандового цвета, черный бархатный чокер на тонкой шее и россыпь мелких заколок-крабиков, удерживающих ее непослушные темные волосы.

— Эй, Люк, — протянула Рокси, не отрывая взгляда от механизма камеры, — ты можешь вести чуть ровнее? У меня сейчас пленка засветится, а там, между прочим, эксклюзивные кадры того, как мистер Дженкинс запутался в собственных фальшивых щупальцах. Это пойдет на первую полосу нашего сайта!

— Я стараюсь, Рокси, — хмыкнул Люк, объезжая очередную выбоину на дороге. — Но эти дороги в Небраске помнят еще повозки первопоселенцев. К тому же, я пытаюсь сориентироваться. — Он одной рукой потянулся к приборной панели и развернул большую бумажную дорожную карту, бросив на нее быстрый взгляд. — Если верить карте, через миль пятьдесят будет приличный мотель. Сможем наконец-то нормально выспаться не в спальных мешках.

На заднем ряду сидений, который был превращен в некое подобие передвижной библиотеки, восседала Софи Паркер. Вокруг нее громоздились стопки пыльных энциклопедий, распечатки из микрофильмов, папки с газетными вырезками и пара толстых справочников по криминалистике. Софи, одетая в объемный бордовый свитер, рукава которого она по привычке натянула на самые ладони, быстро-быстро печатала что-то на своем громоздком ноутбуке. Экран отбрасывал бледный свет на ее сосредоточенное лицо. Она то и дело поправляла указательным пальцем сползающие на нос очки в тонкой металлической оправе.

— Технически, Люк, — начала Софи своим монотонным, лишенным эмоций голосом, не отрывая взгляда от экрана, — это не «эксклюзивные кадры», как выразилась Рокси, а документальная фиксация попытки мошенничества с недвижимостью. Я прямо сейчас формирую отчет. Вы знаете, что по статистике девяносто четыре процента всех так называемых «мистических» явлений в США связаны с финансовыми махинациями? Оставшиеся шесть процентов — это массовые галлюцинации из-за утечки природного газа. Никаких призраков. Никогда.

В самом конце фургона, в так называемой «зоне отдыха», которая больше напоминала гигантское гнездо, свитое из пледов, подушек и упаковок от еды, располагались Девин Кук и Патрик Вуд. Эти двое были неразлучны и сейчас занимались своим любимым делом — уничтожением запасов провизии.

Девин, одетый в потертую фланелевую рубашку в крупную клетку, накинутую поверх мешковатой футболки с логотипом малоизвестной гранж-группы, сидел, скрестив ноги. На его ушах покоились большие поролоновые наушники, подключенные к поясному кассетному плееру. Он методично, как машина, отправлял в рот сырные крекеры из гигантской семейной упаковки.

Рядом с ним, развалившись на полу фургона в совершенно невероятной позе, занимая максимум пространства, возлежал Патрик. Он был облачен в свободные спортивные штаны и безразмерную толстовку. На коленях Патрик держал трехъярусный сэндвич, который они с Девином собрали на последней заправке. Сэндвич состоял из ветчины, индейки, четырех видов сыра, маринованных огурчиков, картофельных чипсов (для хруста) и густого слоя майонеза.

Патрик с трудом откусил огромный кусок, громко зачавкал, а затем вдруг замер, уставившись в окно на проносящиеся мимо кукурузные поля. Его глаза слегка расширились.

— Р-р-ребята... — пробормотал Патрик с набитым ртом, проглотив еду с таким звуком, будто в трубу упал камень. Он шумно, с присвистом вздохнул, как всегда делал, когда начинал нервничать. — А вы у-у-уверены, что тот болотный монстр... ну, мистер Дженкинс... что у него не было... ну, знаете, настоящего призрачного брата-близнеца?

Девин сдвинул один наушник с уха, перестал жевать крекер и испуганно посмотрел на друга.
— П-п-почему ты так говоришь, П-п-патрик? — заикаясь, спросил Девин. Его сутулые плечи мгновенно напряглись, а рука инстинктивно потянулась в карман за леденцом, чтобы успокоить нервы.

— Ну... просто там, на поле... мне показалось, что кто-то смотрит на нас из кукурузы! — Патрик ткнул пальцем в стекло. — Т-т-такие красные светящиеся глаза!

Рокси обернулась и ласково улыбнулась парням.
— Патрик, милый, это просто отражение габаритных огней проезжающего мимо трактора, — успокаивающе произнесла она, накручивая на палец темную прядь волос. — Тебе не о чем волноваться. «Монстр» сидит в полицейском участке округа, а мы едем отдыхать.