Бюро сновидений. Ваши кошмары - наша забота

3

Дариан

Сегодня утром жители Тельмириса проснулись в полном составе, что не может не радовать. Надолго ли? Необходимо как можно скорее допросить эту особу, от голоса которой у меня всё внутри сводит.

Спасибо, мэр, удружил так удружил. Месяц! Как не сойти с ума? Дня не прошло, а она уже начинает вводить свои порядки. Стучаться! Если бы в сыске каждый стучался, ещё и ждал разрешения зайти, то мир бы давно провалился в пропасть нераскрытых преступлений.

Засунув всё своё недовольство куда подальше, стучу в расписанную узорами созвездий дверь, чтоб её!

— Можете войти, — раздаётся голос из нового кошмара и я вхожу в дом.

Мисс Никсен во все оружии — в белом длинном платье, ботинках на каблуке и высокой прической, ждала меня посреди уютной гостиной, в которой всего несколько часов назад лицезрел её растерянной и в милом халатике, никак не вяжущимся с характером особы. Обычно женщины в это время либо спали, либо третий час подряд прихорашивались.

— Предложите что-нибудь? — намекаю на чашку горячего бодрящего напитка, потому что очередная ночь прошла без сна.

Закрываю глаза и, не успев провалиться во тьму, начинаю слышать душераздирающие крики. И так каждую мракову ночь.

— Раздремушу, травяной чай, чтобы успокоить нервы или может закрыть дверь с другой стороны?

— Вам кто-нибудь говорил, что вы прелестная особа, мисс Никсен? — кричу ей вслед, когда она двинулась в сторону кухни.

Небольшая комнатушка была оформлена по последнему писку моды на Туманных землях: никаких пестрых цветов, минимум лишних предметов. Разогревающий артефакт вместо печи, холодильный шкаф вместо подвала. Неплохо она устроилась, по-богатому. Успел оценить ночью, пока заваривал себе напиток, хорошего сорта, стоит отметить.

— Все.

— Смотрю у вас не хромает самооценка.

— От чего бы ей хромать? У меня замечательный дар, любимое дело, жители во мне души не чают. Как насчёт вас?

— Меня никто не любит, — хотя откуда мне знать и не всё равно ли мне?

— Оно и не мудрено, если вместо «здравствуйте» вы сразу орёте: "убийца".

— Я не ору. И меня вообще-то тоже все знают и уважают, — пусть не думает, что она одна такая. Я вполне уважаемый человек. Специфика работы такова, что, к счастью, не приходится общаться со всеми подряд.

Со стороны дома, которое было выделено под её Бюро, раздался звук колокольчиков. Как банально. Но прислушавшись слышу, что они звенят как колыбельная. Ладно, удивила. Звучит очень приятно и даже немного убаюкивает.

Прохожу за ней следом и с раздремушой в руках, которую она мне всунула без вежливой улыбки, сажусь на кресло для посетителей, стоящее недалеко от стойки заказов. В Бюро нас уже ждала женщина преклонных лет и, увидев хозяйку, сразу выложила нам все свои мысли.

— Ах, Селена, милая. Этот старик опять мне снился и требовал вернуть ему бабкин чайник! Не брала я его треклятый чайник, на кой он мне?! Прогони его!

— Миссис Роуз, может этот сон — какой-то знак? Попробуйте поискать чайник, вдруг он вам так что-то хочет сказать?

— Деточка Сел, знаю я этого старика!

— Вы всё-таки попробуйте.

— Ладно-ладно, залезу на чердак. Но если вдруг завтра не приду, то знай — я померла от пыли на этой эльмовой крыше! И всё из-за него!

— Не переживайте. В таком случае мистер Шейд обязательно вас найдет, — деточка Сел повернула своё пропитанное язвительностью лицо ко мне.

Ха-ха! Очень смешно! В мою работу не входит искать свихнувшихся старушек по их же чердакам.

— Кто это?

— Посмотрите внимательно, вы точно его знаете. Он очень уважаемый человек в городе.

Старуха придвинула свои огромные очки поближе к глазам и прищурилась, чтобы получше рассмотреть меня.

— Молочник что ль? Старый какой-то, новый вроде помоложе был. Погодите... — сделала несколько шагов и вскрикнула так сильно, что я дернулся от испуга, — Хозяйственный работник! Сразу узнала! У меня раковина засорилась, милок, глянешь?

Особа пискнула от смеха. Смейся, пока можешь, на допросе уже не будет так весело.

— Я ушёл на пенсию. Вот передаю дела деточке Сел. Она обязательно глянет вашу раковину, миссис Роуз.

— Вот и славно, буду вас ждать. Ну, я пошла. Сел, мне сон как обычно, — и кладёт на стойку десять златных за заказанный сон.

— Она каждый день просит показывать ей один и тот же сон? — спрашиваю, когда мисс Роуз мелкими, но шустрыми для её возраста шагами, покинула бюро.

Куда они постоянно ходят в такую рань и откуда у них столько денег, чтобы каждый день заказывать себе сны? Мне бы их возможности! Она пробыла здесь не больше пяти минут и уже ускакала дальше по влажным дорожкам от прошедшего утром дождя.

— Он ей очень нравится, но она его не запоминает. Возраст...

— Я против, чтобы вы делали все свои махинации со снами, пока идёт расследование.

— Хорошо, что это решаете не вы. Вам не понять. Люди в Тельмирисе страдают от кошмаров, потому что здесь очень нестабильная магия из-за границы, рядом этот лес депрессивный с тварями, ещё есть жертвы тьмаглотов, — мне ли не знать, что такое кошмары, но я не бегу рассказывать о них направо и налево с просьбой их убрать. От себя не сбежать. — Да и вообще! Что плохого в том, чтобы заказать приятный сон человеку на праздник?! Я никогда не беру заказы на плохие сны, помогаю людям, а не калечу или то, что вы хотите мне приписать...

— Кстати о последнем. Я пришёл, чтобы забрать вас в сыск на допрос.

— В смысле допрос?!

Чайник, уткнув тонкие руки в бока, начинает закипать. Моя голова и уши этого не переживут.

— Давайте без скандала. Напоминаю: то, что нас сделали... Напарниками, — богиня, даже звучит ужасно, еле выдавил это слово из себя, — не отменяет того, что вы в списке подозреваемых. Поэтому закрывайте бюро и собирайтесь. Расцените это как прогулку в новое для вас место. Только по пути нужно будет заехать кое-куда.

Она недовольно надевает пальто, натягивает на пальцы кожаные перчатки и смотрит на меня так, словно это меня тут все ждут и мы опаздываем.