Бюро сновидений. Ваши кошмары - наша забота

5

Дариан

Пройти до допросной оказалось сложной задачей. Женщина в сыске — редкость, красивая женщина — что-то невероятное. Все сотрудники отнесли особу ко второму типу, но они просто не знали, что внешность её обманчива и внутри она настоящий тьмаглот. Пришлось отгонять всех приветствующих и отсыпающих ей комплиментов куда подальше, желательно за раздремушой, но все предлагали чай мисс Никсен, лишив меня внимания. Предательство чистой воды, вообще-то я их начальник!

Пробравшись сквозь оголодавших по женской красоте работников сыска, оказываемся в допросной. Вместо моего помощника Ноа, в дверь заглядывает начальник отдела фальшивомонетчиков и экономических преступлений — Руфиус, наверняка, чтобы проверить не врут ли слухи о сноходце в допросной.

— Откуда у тебя такая красивая женщина в допросной?

— Исчезни!

Они просто издеваются надо мной! Балаган, а не сыск!

Даю появившемуся в комнате Ноа команду, чтобы он начал вести протокол.

— Итак, мисс Никсен, приступим?

Раскладываю материалы дела и ещё раз пробегаюсь по ним глазами. Не густо, может особа расскажет что-то новое?

— Да, конечно, — отвечает таким недовольным тоном, словно её сюда затащили силой, не наделали комплиментов по пути и не предложили чай.

— Напомню вам ваши права, — Ноа сжал губы, чтобы не засмеяться. Никогда мы так не делаем, я уж точно. Но она женщина, ещё и под пристальным вниманием мэра. Не могу надавить на неё, как надо, хотя это ускорило бы нам процесс. — Вы имеете право на адвоката, можете не свидетельствовать против себя и своих родственников, — бла-бла-бла. — Весь наш разговор фиксируется и вам дадут ознакомиться с протоколом под подпись. Сегодня допрос веду я — мистер Шейд, глава сыскного отдела. Может вы всё-таки будете чай, мисс Никсен? Здесь довольно прохладно.

Сейчас мне станет плохо от всей этой ерунды! Кто придумал, что нужно установить доверительную атмосферу путем заботы? Тем более я как дурак, и не только я, уже десяток раз предложил ей этот мраков чай!

— Спасибо, мистер Шейд, мне не холодно. Готова продолжать.

— Славно. Вы слышали что-то про убийство, случившееся четыре дня назад в северном районе Тельмириса?

— Впервые услышала от вас, когда вы вломились в мой дом, мою спальню и прервали переход, сорвав заказ.

— Вы же не обиделись? Так проводится оперативная работа.

— Нет, что вы. Всего лишь толпа вооружённых мужчин чуть не довела меня до сердечного приступа. Но ничего, пусть вас это не тревожит. Уверена, что вы славный мальчик, как и говорила ваша бабушка.

Ноа удивлённо вскинул брови вверх от полученной информации. Ни одна моя женщина не была знакома с Хельгой, потому что я не хотел, чтобы она к кому-то привязалась, а потом страдала из-за нашего разрыва. Сегодня жизнь вынудила меня зайти к ней в компании с женщиной, потому что мне нужна была выдержка из цветка эланира, чтобы хоть как-то держаться на ногах.

— Я вас понял, мисс Никсен. Позвольте задам вам несколько вопросов?

Она кивнула, не выражая интереса к нашей беседе. Ей явно было не по себе от обстановки. Ну уж простите, допросная на то и допросная, чтобы одним своим видом морально давить на преступника. Если она хотела нежиться на мягкой софе, то нужно было не вляпываться в эту мракотень!

— Где вы были в день преступления? Опишите свой день с утра и до ночи.

— Вам в ярких подробностях до цвета нижних юбок?

Нет, я её сейчас придушу прям в допросной на глазах у Ноа!

— Увольте, давайте обойдемся без этого. Вы же меня поняли, мисс Никсен.

— Ночью я, как обычно, выполняла заказы своих клиентов. Записи из Бюро вы изъяли, можете ознакомиться с ними сами и посмотреть сколько было клиентов. С утра до обеда — принимала заказы в Бюро. Днём и до самого вечера я отдыхала, чтобы набраться сил для выполнения заказов будущей ночью.

— Кто-то может это подтвердить?

— Я живу одна.

— Точно? Подумайте хорошо. Может всё-таки есть такой мужчина?

Особа вскочила на ноги с недовольной гримасой. Чайник, мраков чайник будет свистеть.

— Нижние юбки вам не интересны, а с кем провожу вечера и ночи значит надо знать?

— Представь себе! Это могло бы дать тебе алиби! Выполняю просьбу мэра — помочь тебе! Но, видимо, идиотские правила приличия, которыми уже давно никто не руководствуется, важнее, чем собственная шкура!

Ещё и это постоянное «выканье», от которого с ума сойти можно, какие все вежливые! Ноа тем временем готовится делать запись в протокол. Ещё один любитель правил!

— Это всё не записывай! — приходится на него рявкнуть, чтобы отложил ручку в сторону.

Хватаю её за руку и тащу к себе в кабинет, не обращая внимания на возмущённые вопли. Она сама тащит себя на дно, глупая особа!

— Сядь, — закрываю за нами двери в моём кабинете и указываю ей на стул.

— Мне и стоя прекрасно. С каких пор мы на "ты"?

— С тех самым, как ты имела неосторожность навязаться мне в напарники без малейшего представления, что это за работа.

— Я всего лишь хочу доказать свою невиновность, что в этом плохого?!

— Лучше бы ты дала нормальные показания, а не возмущалась каждому вопросу! Тогда бы хоть что-то сдвинулось с мёртвой точки. А так складывается ощущение, что ты специально затягиваешь время.

Надавить, подбросить пару подробностей, указать на её причастность — пусть немного понервничает.

— Родственники жертвы сказали, что смерть произошла во сне.

— Что-то с сердцем? Возраст?

— Лекарь исключил этот вариант. А ещё незадолго до случившегося погибший был в Бюро.

— Да в нём пол города бывает! Я же уже говорила, что большинство страдает от кошмаров. Но я его имени даже не знаю, может заказ был на праздничный сон! Не надо на меня давить!

— Не то что? — очень любопытно узнать на что способен сноходец, кроме возмущений. — Убьёшь меня во сне?

— Зачем ждать сна? Может лучше прямо сейчас? — Богиня, как приятно, что хоть где-то мы сошлись в желаниях. — И сразу в темницу, не этого ли ты добиваешься?