Бывает же!

Я не поверю

— И ты хочешь, чтобы я в это поверил? — Виктор недоверчиво сощурил глаза и, пройдясь по гостиной брата, плюхнулся на диван. — Нет, я, конечно, знаю, что у тебя бурная фантазия, но чтобы до такой степени...

— Братишка, но это правда, — невозмутимо произнёс Дмитрий, ставя на журнальный столик перед диваном вазу с ореховыми трубочками и сладкой нугой. — Я ни единого слова не придумал.

Виктор проигнорировал принесённые сладости, а натомест стащил с рядом стоящей ёлки конфету и с нескрываемым удовольствием запихнул себе в рот.

— Хочешь сказать, что опоздал тогда на мою вечеринку потому, что попал в другое измерение? — промымрил он, прожёвывая лакомство.

— А где же ещё я, по-твоему, побывал?

— Это ты скажи мне. Кстати, почему ты только теперь мне всё рассказал? Ведь прошло уже столько времени.

— Два месяца.

— Точно. Ну и...?

— Долгое время я сам пытался всё осмыслить. Да и знал, что ты не поверишь.

— А сегодня что изменилось? — сорвав вторую конфету, Виктор отправил её вдогонку за первой.

— Сегодня преддверие Нового года, и я подумал...

— ...что можно вешать любую лапшу на уши?

— Вот что ты за обаятельная сволочь? Ты хоть во что-то веришь в жизни? И перестань таскать конфеты с ёлки!

— А что же мне таскать? Игрушки? У меня от них изжога. И дикие колики в пузе.

— Тогда лучше хвойные колючки пожуй, лопух, — сидя в кресле, хрустел трубочкой Дмитрий.

— А у тебя случайно чего-нибудь посъедобнее не найдётся?

— Чё, опять внутри всё скрутило узлом с голодухи?

Виктор почесал затылок и виновато, словно уличённый в курении школьник, посмотрел на брата.

— Просто у тебя из кухни — такие ароматы, что я боюсь изойти слюной. Ты что, праздничный ужин готовишь?

— Конечно, чудак. Сегодня же Новый год!

— И что? Ты собираешься встречать его дома? Один?

— Почему же один? С Ингой.

— О-у! — Виктор уставился на брата, как если бы тот сообщал, что за окнами вдруг наступило лето. — Так значит это правда? Она действительно существует?

— Дошло, наконец, жираф? Она не просто существует, а приедет с минуты на минуту. И ты сможешь с ней познакомиться.

— Да? — задумчиво опустив глаза, Виктор помолчал немного. — А вы что, встречаетесь?

— Угу.

— И у вас всё серьёзно?

— Надеюсь.

И снова — пауза, в течение которой Виктор лишь потирал подбородок.

— Так вот, значит, почему ты ко мне приезжать стал так редко, — наконец выдохнул он. — Раньше ты был частым гостем, а теперь... Пришлось самому к тебе переться.

— Ну, не всё же только мне к тебе ездить. И, кстати, приглашаю тебя встречать Новый год вместе с нами.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— У тебя планы?

— У меня — деловая встреча. Через час.

Брови Дмитрия удивлённо подскочили.

— Какая деловая встреча, Виктор? Праздник на дворе!

— Я знаю. Но так получилось. Мы договорились встретиться с одним человечком по поводу моего мотоцикла... В общем, не важно.

— Ха! — и Дмитрий расплылся в двусмысленной улыбке. — А ещё говорят, что это я трудоголик! Виктор, моё предложение остаётся в силе. Подумай. У тебя есть возможность пообщаться с Ингой лично и выпытать всё, что пожелаешь.

— Но даже это не убедит меня в том, что рассказанная тобой ахинея — правда. Мало ли где тебя носило! Может, среди маковых полей или конопли.

Набрав в лёгкие воздух, Дмитрий уже собирался ответить другу что-то в том же духе, но прорезавший секундную паузу звонок в прихожей опередил его.

— Я придушу тебя, упырёныш! — с нескрываемым озорством проронил он, выскальзывая из гостиной.

Холодный морозный поток обдал Дмитрия, едва он открыл входную дверь. Вместе с ним в дом ворвалась незаметная глазу мягкая волна, отдающая нежностью и лёгким ароматом женских духов. Тёплая улыбка коснулась губ хозяина дома, когда он увидел гостью. Впрочем, он заранее был уверен, что это именно она.

— Привет, Инга! — шепнул он, втягивая девушку внутрь за руку и касаясь губами её щеки.

— Привет.

За последнее время она изменилась: посвежела и немного окрепла, бледное лицо приобрело красок, в глазах появился живой блеск. Инга уже не выглядела такой измученно-измождённой и даже стала улыбаться. Вот и сейчас она смотрела на Дмитрия, а в глазах её горели радостные огоньки. И вдруг улыбка слетела с её губ, взгляд устремился за спину Дмитрия, и, прежде чем он оглянулся, голос Виктора коснулся ушей:

— Ну, вы, ребята, как малые дети, ей-богу. Целуются в щёчку... Димка, разве так нужно девушку целовать?

Всё ещё не оборачиваясь, Дмитрий улыбнулся Инге.

— Не успел предупредить: мы не одни, — шепнул он. — У меня в гостях — ходячий гнойный геморрой, который по злой иронии судьбы приходится мне братом.

— А вот за это можно стать трафаретом на стенке, — без капли угрозы погрозился тот, отпихивая его от девушки. — Отвали, старик, ты ей уже два месяца глаза мозолишь. Теперь моя очередь, — и он с демонстративной любезностью взял Ингу за руку. — Милая леди, позвольте представиться. Я Виктор, брат вон того сморчка.

— И тот самый гусь лапчатый, который хочет забрать у леди пакеты, — подкинул из-за спины Дмитрий.

— Я? — чуть не подпрыгнул от наигранного возмущения Виктор. — Разве это не твоя обязанность? А, кстати, что в них?

— Продукты, — не переставала улыбаться Инга. — Кое-какие вкусняшки к праздничному столу.

— А, тогда я отнесу! — сгребя все пакеты, Виктор под всеобщий смех испарился на кухню.

— А он забавный, — расстёгивая пальто, весело заметила Инга.

— Очень. Настолько, что ещё успеет тебе надоесть. Кстати, я пригласил его остаться на праздник с нами. Как ты на это смотришь?

— Это здорово.

В этот миг кухонная дверь снова открылась, и Виктор с бутербродом в руках нарисовался в проёме.

— Да, Димыч, забыл сказать, — жуя, промымрил он. — Там, в гостиной, под ёлкой, подарки, похоже, учинили бунт.