Бывшая истинная генерала драконов

ГЛАВА 3

Грион Карц

Я должен был отговориться, придумать какие-нибудь спешные дела и вернуться в Дракмистез. Но ни в коем случае не принимать приглашение Алефа остаться на второй день. Расправить крылья и улететь. Приложить лед к припухшей метке, точнее, бесформенной кляксе там, где была раньше метка. И забыть это все как несбыточный сон.

Забыть.

Я усмехнулся, вспомнив, что странная девушка, пробудившая метку, звалась Незабудкой.

“Нам нужна эта кровь”...

О чем говорил Брайт Ханли? С кем он решил скрестить своего бедолагу-сына, который, кажется, считает, что вот-вот встретить свою настоящую судьбу?

– Ну так что, Гри? – жизнерадостный голос Алефа отвлек меня от моих детективных измышлений. – Остаешься хотя бы до пятого испытания? А лучше до шестого, когда все, кто дойдет до этого важного рубежа, снимут маски.

– Очень заманчиво, Ал, – улыбнулся я другу, – но тогда ведь и гостям странно будет расхаживать с закрытыми лицами. Да и вообще, зачем тебе такой публичный отбор? Я слышал, не ожидается концертов и конкурсов в привычном виде. Где ты будешь прятать свою группу поддержки, в шкафу?

– Я все продумал, – замахал на меня руками Алеф, – у вас будет своя ложа.

– У нас – это у кого? – уточнил я.

– Я хочу, чтобы остался ты, Эрланд и Трей.

Что ж, неплохой выбор.

Эрланд – то ли троюродный, то ли четвероюродный дядюшка Алефа, всего на три года его старше, но уже счастливо женатый. Они с Алефом довольно близки с детства, я же пересекался с ним несколько раз, еще до войны.

Трей – бывший однокурсник Алефа по военной академии, куда его отдали как наследника героического рода. Возможно, мы пересекались с Треем на поле боя. Или пожимали друг другу руки во время перемирия.

У меня странноватый статус, надо сказать.

Я с трудом отбился от обвинений в убийстве генерала Мелени, официальная версия его гибели – он пал от рук кого-то из делегации Дракмистез, сопровождавшей меня. Ничего против меня не выдвигали. Да и невозможно было бы доказать моей причастности. Думаю, и сами Мелени это понимают.

Хотя мнение этой бесчестной семейки мало меня волнует.

Смерть генерала стала толчком к войне. Стремительной, жесткой, трагической. Мы потеряли в ней немало воинов, как и Прейсто.

Но благодаря Брайту Ханли удалось провести успешные переговоры, прийти к согласию и прекратить кровопролитие.

Правители Дракмистез и Прейсто пожали друг другу руки и пошли на разумные компромиссы. Ни одно из государств не осталось униженным или проигравшим.

Павшего от руки неустановленного преступника генерала Мелени объявили героем и мучеником, его вдова и дочь получили пожизненное содержание.

А я хоть и считался невиновным, но в Прейсто меня не то чтобы готовы принять с распростертыми объятиями.

Особенно после того щекотливого момента с разрывом помолвки.

С какой готовностью Лейла Мелени согласилась ее расторгнуть! Могла бы хоть изобразить сожаление.

Да, мы оказались на разных берегах, наши королевства были в состоянии войны… но с моей стороны помолвка и так бы сорвалась, после того, что я узнал.

Бежать мне нужно из Прейсто, где столько плохих воспоминаний.

А особенно из гостеприимного дворца Ханли.

Да, его хозяин – герой двух королевств, но мне с ним общаться неприятно. По личным причинам. Очень личным.

И только многолетняя дружба с Алефом заставляет меня быть вежливым с герцогом Брайтом Ханли.

Но мне не хочется думать о том, что я знаю о нем как о человеке. Это не имеет отношения к судьбам наших королевств.

– Ты ведь не можешь оставить меня в такой ответственный момент! – продолжал канючить Алеф. – Если мне кто-то понравится, я хочу обсудить это с друзьями!

– Ладно, – решился я, – останусь, пока можно разгуливать по вашим владениям в маске. Инкогнито нарушать не хочу. Надо еще пяток лет, чтобы меня перестали связывать с началом войны драконов и людей.

Так я и стал наблюдателем на отборе для своего друга.

3.2

Лейла

Нежно-розовое платье и маска в тон, с маленькими розочками по кромке. Дорогой ювелирный гарнитур.

Я выглядела как принцесса, а чувствовала себя пленницей этого роскошного замка, в котором мне не хотелось оставаться надолго. Но моей целью, между тем, должно быть как раз это.

Стать хозяйкой Ханлимира, открывать балы и фестивали. Смотреть с обожанием на Алефа Ханли, белокурого улыбчивого бога. Быть милой с его гостями…

Я слышала, что один из его ближайших друзей – дракон, чьего имени я не хочу произносить даже мысленно.

Негодяй, предатель и вероломный убийца.

Нас, девиц-участниц отбора, привели все в тот же зал, однако убранство в нем сменилось. Свободного места стало больше, потому что вынесли большую часть столиков, за которыми накануне отдыхали от танцев гости.

Сегодня я насчитала всего три стола, причем располагались они так, чтобы люди, сидящие за ними, оставались в тени. Они могут видеть то, что происходит на подиуме и в зале, но их рассмотреть нельзя.

Я видела только силуэты, даже не могла понять толком, мужские или женские.

– Проходите, любезные мизи, – привечал нас Лекоб Штин, – обратите внимание на кресла, расставленные по сцене. Они ждут вас!

Мы расселись, чувствуя себя под прицельными взглядами невидимых глаз.

– Приглашаю присоединиться к нам маркиза Алефа Ханли! – голос церемониймейстера был особенно торжественным.

А вот вид жениха не соответствовал пафосу, который так тщательно пытался создать Штин.

Алеф поднялся на сцену одним прыжком, лучезарно улыбаясь при этом. На маркизе были белая шелковая рубашка, небесно-голубые брюки, облегающие его длинные мускулистые ноги и высокие коричневые сапоги. Создавалось впечатление, что мезира Ханли выдернули с верховой прогулки или встречи с друзьями в неформальной обстановке.

Тряхнув белокурыми волосами, Алеф обратился к нам: