Бывшая жена. Чужая жизнь

Глава 2.2

Разговор с Димой оставляет сомнительный осадок, но я по-прежнему не понимаю, что именно меня смущает. Слова Сорокина о моей безопасности, его заботе должны были успокоить, однако внутренняя тревога нарастает. Возможно, в этой истории слишком мало переменных, а реальность совсем не такая, как кажется.

О своей жизни я помню в основном со слов Димы. Иногда проблескивают какие-то картинки а памяти, но они никогда не бывают четкими. Первое время я заставляла себя вспоминать, но от этого становилось только хуже. Спустя некоторое время я решила выкинуть эту идею из головы и принять действительность такой, какая она есть. Врачи говорят, что надежда на восстановление есть, но никто достоверно не знает, случится ли это когда-нибудь или же нет. Способности человеческого мозга безграничны и до конца неизвестны…

Я лишь на мгновение задумываюсь о том, откуда Дима может знать о мужчине из парка. Но ответ приходит мгновенно. Сорокин почти всю жизнь прожил в Москве и свой бизнес он начинал именно там. Мы же познакомились с ним, когда Дима отправился в командировку в Санкт-Петербург. Он рассказывал, что у нас почти сразу закрутился бурный роман, и я переехала к нему в Москву. А спустя полгода он отправился открывать филиал в северной столице. Так, я вернулась обратно. А потом случилась авария…

Телефон издает короткий звук, и на экране высвечивается сообщение от Димы.

Анют, я вылетаю завтра днем. Сегодня у меня важная встреча с Чердынцевым, которую перенести не получится. Он улетит на месяц. Будь осторожна. Любые странные мысли — это последствия стресса. Я скоро буду рядом. Люблю тебя, милая.

Я печатаю короткий ответ и убираю мобильный на прикроватную тумбу.

Завтра в первой половине дня у меня встреча с потенциальным заказчиком, ради которого я и приехала в Москву. Чтобы оградить Диму от лишних переживаний, о ней я умолчала. В конце концов, я должна научиться жить и без постоянной опеки со стороны Сорокина. Да, порой мне бывает страшно, и, учитывая тот опыт, который мне преподнесла жизнь, я должна быть осторожнее. Но мне хочется двигаться вперед и развиваться. Я не могу запереться в четырех стенах, я хочу стать по-настоящему свободной.

Чтобы хоть немного отвлечься от мыслей, которые словно тиски сдавливают мою голову, я решаю принять душ. Горячая вода всегда помогает мне снять напряжение. Я скидываю одежду и разглядываю в зеркале свое тело с многочисленными шрамами — последствиями аварии, в которой я чуть не погибла. К счастью, с каждым днем они становятся все менее заметными.

Но когда я поворачиваюсь, луч света от лампы падает на внутреннюю сторону правого запястья, и я обращаю внимание на маленькую татуировку с витиеватыми линиями, образующими странный рисунок. Дима сказал, что я сделала ее еще в юности по глупости и хотела свести. Он даже предлагал мне сделать это, но я отказалась. Этот символ будто является напоминанием, некой зацепкой из прошлой жизни, и я не хочу от него избавляться.

Включив воду, встаю под горячие струи и вдруг ощущаю легкое головокружение. Перед глазами все плывет, и я опираюсь ладонью на стену душевой. В ушах звучит какая-то музыка, а в голове вдруг появляются размытые картинки. Парк аттракционов, карусель, сладкая вата, огромные шары, много людей… Как будто какой-то городской праздник. Меня кто-то обнимает за талию, а я весело смеюсь.

Я вдруг чувствую боль и медленно открываю глаза. Кажется, у меня закружилась голова, и я упала в обморок. Осторожно сажусь на пол и, сделав воду чуть прохладнее, постепенно прихожу в себя.

Расплывчатая картинка, которая для меня стала особенной, все еще стоит перед глазами. Что это: галлюцинации, сон или воспоминания? Раньше ничего подобного со мной не происходило — никаких каруселей, никаких праздников, никаких объятий…

Я принимаю душ и, натянув халат, выхожу из ванной комнаты, до сих пор не понимая, что именно произошло. Подхожу к столу и включаю ноутбук. Мне хочется найти ответы на вопросы, которые я не могу даже сформулировать.

Тогда я открываю папку с фотографиями. Я не люблю фотографироваться, поэтому снимков совсем немного. Есть несколько до аварии и большая часть уже после нее. А с учебы в университете их и вовсе нет. Дима рассказывал, что в общежитии, где я жила, случился пожар, и мой старый ноутбук сгорел. Это случилось уже после выпускного.

Но сейчас впервые за год, глядя на все эти фотографии, мне кажется, будто на снимках не я, а совершенно другой человек. Картинка, еще вчера казавшаяся идеальной, вызывает сомнения.

Я встаю из-за стола и подхожу к зеркалу. Внимательно глядя на свое отражение, тихо задаю единственный вопрос:

— Кто ты такая, Аня?

В этот момент раздается стук в дверь. По спине прокатывается холодок, а неизвестность пугает до такой степени, что я едва могу пошевелиться.