Бывшая жена генерала-дракона

Глава 3

Стоило нам вернуться домой после храма, как мачеха вновь решила взяться за старое и, несмотря на мое состояние, попыталась заставить меня готовить обед.

— Мы планировали после храма отправиться в ресторацию, чтобы праздновать. Так что организуй нам с Эвелин достойную замену ресторанной еде.

На это я только фыркнула и отправилась в свою спальню, маленькую каморку, где, помимо моей кровати, стояли ведра и швабра для уборки. Есть хотелось безумно, так что я решила ни в чем себе не отказывать, отправилась на кухню и приготовила несколько бутербродов из сыра и вяленого мяса. Все это запила горячим взваром и уже собиралась уйти отдыхать, как на кухню вошла мачеха. Видимо, она что-то такое подозревала и решила меня проконтролировать, но вместо ароматных запахов еды ее ожидал пустой стол.

Теодора тут же включила сирену, она визжала, кричала и даже попыталась меня ударить, но я не позволила. Перехватила ладонь и с силой, на которую только могло быть способно хрупкое тело Амелии, ее сжала.

— Сумасшедшая! Да что ты себе только позволяешь?! Неблагодарная дрянь!

Кричала Теодора много, но это ничего не изменило. Ужина никакого не было, и вместо того, чтобы что-то себе приготовить, сестра и мачеха ушли вечером из дома. Скорее всего, направились в ресторацию или таверну, вопрос только, на какие деньги?

После произошедшего я думала, что мачеха приняла новые правила, но нет. Она объявила мне войну. На следующее утро я проснулась, а холодильный артефакт был пустой. Теодора и Эвелин снова ушли, оставив меня в доме одну. Без денег и без еды. И тут мне крыть было нечем, у Амелии не имелось своих личных денег, в этом мире девушки практически не работали. Так что пусть Амелия и была прислугой в этом доме, но жила она за счет пенсии, которую получала вдова. Эти деньги были положены Теодоре, так как умер единственный мужчина в семье. Сумма была небольшой, но на еду и одежду мачехе и младшей сестре хватало.

По сути, она показала мне, что выделываться бесполезно, но и я не пальцем деланная. Мой бывший супруг пытался поступить со мной также, поэтому я не нашла ничего лучше, как заняться поиском работы. Через день голодовки я вышла на улицу, стала ходить по заведениям и предлагать свои услуги. Я была готова мыть посуду или полы, но чтобы у меня были личные деньги, дабы я ни от кого не зависела.

К вечеру мне повезло. Пусть и за маленькую плату, но владелец пекарни взял меня к себе. Всего-то нужно было торговать выпечкой, но помимо грейзов, местной валюты, после рабочего дня я могла забирать булочки, которые не смогла продать.

Новая работа меня воодушевила, в результате я тоже стала по утрам покидать дом, отправлялась на смену, торговала, а вечером довольная возвращалась.

Однако мачеха сразу же поняла, что на коленях я не приползу, и разработала новую тактику.

В один из дней я пришла на работу и увидела, что хозяин сам стоит возле прилавка и раскладывает выпечку, хотя этим раньше всегда занималась я.

— Мне проблемы не нужны, Амелия, — холодно произнес он. – Я не хочу иметь ничего общего с воровками.

— С воровками? – ахнула я. – Да я в жизни никогда к чужому не притронулась!

— А мачеха твоя другое говорит, — упорствовал хозяин пекарни, чем сильно меня удивил.

Откуда Теодора узнала про мою работу? Проследила, значит. Неудивительно, должна же я была целую неделю чем-то питаться, пока они с доченькой по ресторациям ходят.

— Мистер Олинье, — я постаралась, чтобы мой голос звучал спокойно, – я работаю у вас целую неделю. Разве за это время у вас были какие-то нарекания в мой адрес? Или, может быть, вы хоть раз не досчитались выручки?

Мой работодатель задумался, но позиции не сдал. Мужиком он был хорошим, поэтому я все же попыталась вразумить его и убедить в своей правоте.

— Ты пойми, я не могу тебя оставить, — вздохнул он. – Даже если Теодора все это выдумала, до своего замужества ты находишься под ее опекой. Таковы порядки, сама знаешь. Если я разрешу тебе и дальше работать, в следующий раз она заявится в мою лавку с жандармией и жалобой. Зачем оно мне надо? Так что разберись со своей мачехой, а как только все уладишь, приходи. Даю тебе пару дней. За это время обещаю, что не найду нового работника.

— Хорошо, — не стала спорить я, хотя голос и дрожал от несправедливости. – Я попытаюсь с ней договориться. Можно пока хотя бы получить свой заработок за эту неделю?

— Так я все Теодоре отдал, — искренне удивился мистер Олинье.

Повезло, ничего не скажешь. По воспоминаниям Амелии, к своему работодателю я не должна была иметь никаких претензий. Нужно было сказать спасибо, что он вообще взял меня на работу, а судя по тому, что у меня есть опекун, то мистер Олинье действительно не имел права не отдавать ему мои кровно заработанные грейзы.

Все сводилось к тому, что к мачехе нужно идти, но внутри меня все этому противилось, поэтому я решила рискнуть и направилась дальше по улице в поиске новой работы.

Вот только эта женщина оказалась хитрее, чем я думала. Стоило мне войти в любое заведение, как сотрудники сразу же качали головой, а кто-то демонстративно отгораживал от меня кубышку с грейзами, будто я могла накинуться на нее и украсть монеты.

В тщетных поисках прошел целый день, и я поняла, что к мачехе все же идти придется. Был еще вариант выкрасть свои документы и сбежать, начать новую жизнь в другом месте, но я сразу же его отмела. Во-первых, мачеха может обратиться в жандармию, и меня быстро найдут и вернут обратно. Магия им в помощь. Во-вторых, без грейзов я далеко не уйду, ну и в-третьих, получилось бы, что я добровольно отдала им дом, который принадлежал Амелии. Этот дом был единственным имуществом девушки, я не могла с ним так поступить. Это бы означало, что Теодора окончательно победила.

Поэтому я вернулась домой и стала договариваться.

— Значит так, — с превосходством ответила мне мачеха. – Завтрак, обед и ужин – снова на тебе. Мытье посуды, уборка…