Бывшая жена короля драконов

Глава 21. Иллюзорная магия

— Но почему сам месье Шерон не может дать ее светлости нужную книгу? — пролепетала я.

Всё во мне протестовало против мысли о том, что я покажусь нынешней жене Мэйнарда. Если она узнает, что я здесь, то наверняка найдет способ напакостить мне снова.

Ее вряд ли порадует то, что в качестве места исправительных работ господин судья выбрал для меня библиотеку. Я была уверена, что Элеонора мечтала о том, что я окажусь на каторге.

— Дело в том, что ее светлость еще сама толком не определилась с той книгой, которую она хочет прочитать, — вздохнул Амадей. — Поэтому, боюсь, вам придется терпеть ее дурной характер совсем не пять минут. А его милость не может позволить себе тратить столько времени на герцогиню Амальрик, ведь он будет занят в основном корпусе библиотеки, где состоится беседа его светлости с нашим гостем из Северной Шетландии.

Мэйнард встречается с тем господином, для которого я переписывала книгу? Да кто же он такой? Нынешний статус моего бывшего мужа совсем не предполагал общение с обычными чужестранцами, даже если носили титул герцога.

— Но я не могу пойти туда! — воскликнула я. — Вы же знаете, месье, что я нахожусь тут на исправительных работах! Я преступница! Мое общение с такой знатной особой было бы проявлением неуважения к ней!

— Не говорите ерунды, мадам Лефебр! — покачал головой месье Амадей. — Если вы сами не скажете ей, кто вы такая, то она ничего не узнает. Вы просто служащая библиотеки, вот и всё. И отправляйтесь туда немедленно, если не хотите прогневать месье Шерона!

— А где сейчас сам месье Шерон?

— Он только что повел в главный корпус герцога Амальрика.

Я издала тяжкий вздох. Объяснять мотивы своего поведения Амадею не было никакого смысла, он всё равно не сможет отменить решения его милости. Значит, я должна поговорить с самим месье Шероном.

Но сделать этого мне не удалось. Потому что Софи, только-только вернувшаяся из главного корпуса, куда она относила травяной чай и пирожные (неслыханное, вопиющее нарушение правил!) сообщила мне, что шевалье находится в своем кабинете вместе с обоими герцогами.

— Вам же, мадам, следует поспешить к ее светлости! — продолжал нервничать Амадей. — И захватите с собой поднос с чаем и десертами. Наверняка герцогиня не откажется от угощения.

Я вышла из хозяйственного корпуса с со всем необходимым для чаепития. На подносе стоял маленький фарфоровый чайник и чайная пара из того же сервиза. И на тарелке лежали аппетитные пирожные и печенье. И вся эта посуда дребезжала при каждом моем шаге, словно пыталась своим звоном разогнать мои невеселые мысли.

Если я проигнорирую распоряжение месье Шерона и не появлюсь перед Элеонорой, это вызовет ее гнев, и шевалье в любом случае велит меня разыскать и заставит перед ней извиниться. И при этом наверняка будет присутствовать еще и сам Мэйнард. Ох, какое это будет унижение!

Стоило мне подумать об этом, как мои щеки запылали. А сразу же после этого мне пришло в голову решение, которое было рискованным и опасным, но которое я тут же решила попытаться воплотить.

Текст заклинания иллюзии так прочно врезался мне в память, что я произнесла его без малейшей запинки. В примечаниях к нему (да-да, в тех самых, которые наш гость не посчитал нужным иметь в записи) было сказано, что в момент произнесения заклинания нужно было представить ту иллюзию, которую ты пытаешься создать.

Я не была уверена, что правильно поняла, как это всё должно работать. Но судя по тому, что мне рассказывали еще в юности, когда я постигала азы магии, иллюзия могла быть связана и с внешностью самого мага. И именно такого эффекта я и пыталась добиться сейчас.

Полностью изменить свою внешность я не рассчитывала — для этого я была слишком слабым магом. Но я представила себе темноволосую женщину с карими глазами и крупным носом. Не слишком красивую, но и не дурнушку. Такую, на лице которой взгляд вряд ли задержится дольше необходимого.

Никаких изменений я не почувствовала и потому вошла в здание публичной библиотеки со страхом. Да, Элеонора узнает меня, и это приведет к непростому разговору. Но если она станет угрожать мне, то я тоже не буду молчать. А устраивать публичный скандал совсем не в ее интересах. Ведь тогда Мэйнард узнает о том, что это она сделала из меня преступницу. И вряд ли похвалит ее за это.

Герцогиня Амальрик (всё во мне переворачивалось от осознания того, что ею была уже не я) ожидала меня в самом большом и красивом зале публичной библиотеки. Она стояла у окна и смотрела на пруд с лебедями.

При моем появлении она обернулась, и на ее лице сразу появилось недовольное выражение.

— Вы не слишком-то торопились, мадемуазель! — сказала она, когда я подошла поближе. — Я непременно попеняю шевалье Шерону на вашу нерасторопность.

А я едва не выронила из рук поднос, когда осознала то, что сейчас происходило. Она не узнала меня! Она меня не узнала!

— Простите, ваша светлость! — от волнения мой голос прозвучал незнакомо для меня самой.

Я аккуратно расставила посуду на маленьком столике, что стоял перед высоким креслом. Но ее светлость не обратила на лакомства ни малейшего внимания.

— Я желаю, чтобы вы подобрали мне самую модную книгу этого сезона! — требовательно заявила она. — Мне нужно, чтобы было, что обсудить в светских салонах столицы. Я не хочу, чтобы там сочли меня невеждой.