Бывшая жена короля драконов

Глава 27. Сыночек, держись!

Я неслась по коридорам дворца, не замечая ничего вокруг. И уже через несколько минут оказалась в той его части, в которую без необходимости слуги обычно не заходили. Сюда допускались только те лакеи и горничные, которые прислуживали непосредственно семье Амальриков. Я же к ним не относилась.

Но сейчас я предпочла об этом забыть. Я должна была узнать, что случилось с моим сыном.

Расположение комнат во дворце уже было мне хорошо известно, так что я подошла к дверям тех апартаментов, что были отведены Джерри. Тут были и его спальня, и игровая комната, и что-то вроде маленькой столовой с детской мебелью.

Я замерла перед дверью, но лишь на мгновение. А потом тихонько в нее постучала.

Открыла мне гувернантка. Она выглядела уставшей и невыспавшейся. Бледное осунувшееся лицо, темные круги под глазами.

— Вы что-то хотели, мадемуазель? — спросила она у меня.

— Мадам Азуле послала меня спросить, не нужно ли вам чего. И справиться о самочувствии маленького маркиза.

Девушка ненадолго задумалась, а потом кивнула:

— Я была бы благодарна вам, если бы вы принесли его сиятельству теплого ягодного морса с кухни. Он очень любит его и уже выпил всё, что нам доставили утром.

Она не ответила на мой второй вопрос, но я решила, что повторю его, когда принесу ей морс. И быстро зашагала в сторону кухни.

Морс был уже готов, и кухарке потребовалось лишь подогреть его на жаром пышущей печи. На серебряный поднос, помимо кувшина, она поставила еще и тарелку со свежими ванильными булочками.

На сей раз гувернантка позволила мне войти прямо в спальню Джерри. Я поставила поднос на стол и застыла, не в силах отвести взгляд от кровати, на которой спал мой сын.

Он был бледным, и кожа его казалась почти прозрачной. Кудрявые волосы его были влажными и прилипли ко лбу. Он то ли спал, то ли находился в забытьи, но дыхание его было частым и громким.

— Что с ним случилось? — прошептала я.

Впрочем, я знала это и сама. Я знала то, чего наверняка не знала сама мадемуазель Нуар. Всё это подстроила Элеонора! И неважно было, каким образом ей удалось добиться желаемого. Она сделала то, что собиралась сделать еще год назад. А я не сумела ей помешать.

— В королевском дворце в Клермоне было ужасно холодно, — гувернантка старалась говорить так же тихо, как говорила я. — Вот уж никогда бы не подумала, что там могут быть такие сквозняки. И там слишком много помещений, чтобы можно было обогреть их все.

Это действительно было странно. Неужели при дворе было мало специализировавшихся на бытовой магии придворных? И уж кто, как не король, мог позволить себе держать хоть в каждой комнате кристаллы, которые работали на обогрев?

Наверняка всё это было устроено специально! И моего сына нарочно разместили в холодном помещении. Но вслух, разумеется, я этого не сказала.

— Но не лучше ли было лечить его сиятельство в столице? Обратная дорога только еще больше измотала его.

— Если бы мы заметили, что он заболел, еще в Клермоне, то непременно остались бы там, — согласилась со мной мадемуазель Нуар. — Но мы почувствовали его жар, только когда проделали уже половину пути. Да и в столице сейчас неспокойно, и его светлость поспешил отправить детей и супругу в Кордейл. Во время траурных мероприятий были задержаны несколько бунтовщиков, которые призывали признать указ его величества о преемнике незаконным и устроить народные выборы правителя.

Она лишь повторила то, что я уже слышала в таверне. Но сейчас это не трогало меня. Что мне было за дело до каких-то бунтовщиков, если речь шла о здоровье моего сына!

— Приезжал ли доктор к его сиятельству? — спросила я.

— Конечно, мадемуазель! Он сказал, что это обычная простуда и велел давать мальчику настои трав и приготовленные им микстуры. Доктор не хотел тут оставаться, но ее светлость настояла на том, чтобы он пробыл тут еще хотя бы пару дней — до тех пор, пока его сиятельству не станет лучше.

Элеонора сама настояла на этом? Это было как минимум странно.

— Если вы хотите отдохнуть, мадемуазель, то я могу посидеть у кровати его сиятельства вместо вас, — предложила я. — Вы явно не спали этой ночью.

— Да, так оно и есть! Но я не могу оставить маленького герцога. Вот разве что вы позволили бы мне немного подремать прямо тут, в кресле, а сами бы подежурили, пока его сиятельство не проснется…

— Разумеется, мадемуазель! Я не спущу с мальчика глаз и разбужу вас сразу же, как только он проснется! — заверила я ее.

Она заснула сразу же, как только опустилась в кресло. И когда я услышала ее мерное дыхание, то села на кровать и дрожащей рукой коснулась лба Джеральда.

Он был горячим, и я, не отпуская руку, принялась читать текст слабенького лекарского заклинания. Оно должно было хоть немного унять жар. На большее я была не способна.

Дыхание Джерри сразу же стало чуть более ровным, а на бледные щеки слегка порозовели.

Входная дверь в соседней комнате распахнулась, и я едва успела вскочить с кровати, как в спальне появилась Элеонора Амальрик. Она скользнула по мне усталым взглядом и резко спросила: