Бывшая жена. Пять лет спустя

Глава 15

Олег молчит. Только мотор гудит, и его дыхание становится тяжелее.

- Иди ко мне, - просит, раскрывая объятья, но у меня такое чувство, что теперь я застряла между прошлым и настоящим, и мне невыносимо тяжело. Переваливаюсь к нему, укладывая голову на плечо, но ничерта не чувствую. Лишь тревогу за Элину, будто в любой момент Обухов может остановиться рядом с моим домом, чтобы выкрасть дочь.

- Пожалуйста, отвези меня домой, - отстраняюсь, и Олег согласно кивает. Уверена, он злится, считает, что я не права, но молчит. Он часто так делает, уступая мне. Так люди встают на горло собственным чувствам, чтобы понравится второй половине. А потом, после свадьбы, в один момент им надоедает, и начинается выяснение отношений.

- От меня он ничего не узнает, - говорит, переключая рычаг, и машина возвращается на дорогу.

Оставшуюся часть пути молчим, я успокаиваюсь, а он размышляет над моими словами. Когда глушит двигатель, в салоне становится слишком тихо. Слышно только, как что-то щёлкает под капотом, остывая, да как я сама дышу - резко, неглубоко.

Отщёлкиваю ремень, когда он заговаривает.

- Значит, на следующей недели к твоим?

- Да.

Он ловит мою руку, заставляя меня остаться, какое-то время гладит её, прикладывает к своему лицу и смотрит молчаливо и спокойно, слишком внимательно, будто пытается заглянуть под кожу, в те места, где до сих пор шрамами лежит прошлое. А потом целует внутреннюю сторону ладони.

- До завтра? – спрашивает осторожно.

- Надо посмотреть по графику, дел было много.

- Ты не одна, Алина. Помни это. - Спокойно, без пафоса, но так, что слова будто обнимают. - Ты можешь положиться на меня. В любой момент. Ночь, день, три утра - не важно.

- Спасибо, - киваю ему. - Пока, - Голос хрипит, будто я курю по пачке в день, а не просто пережёвываю внутри собственную боль. Прощаюсь, выбираясь из салона.

В лицо тут же бьёт ночной воздух: прохладный, влажный, как глоток воды после пожара. Машина мягко трогается с места, и красные огни удаляются, растворяясь в темноте.

Открываю ворота ключом, слушая тишину. Элли всегда мечтала о собаке, а я была против. Не хотела брать ответственность за кого-то ещё. Но теперь, стоя в тихом дворе, хочется иметь охранника, который предупредит, если придёт кто-то чужой.

В голове быстрая промотка момента в ресторане, и я трясу головой, отгоняя мысли. Он не достоин того, чтобы я о нём думала. Он этого совершенно не заслуживает.

Осторожно подхожу к двери, открывая её. В доме полумрак. Ночной светильник в коридоре даёт мягкое, тёплое сияние. Тишина такая густая, что кажется, слышно, как дышат стены. Обычно я возвращаюсь под утро, Мадина это знает. Она придерживается режима ребёнка, чтобы с утра не зевать и клевать носом, потому, скорее всего, спит.

Заглядываю в детскую. Элина сопит, раскинув руки, и от этого становится тепло на душе. Губы приоткрыты, дыхание ровное, тихое. Подхожу, поправляю одеяло и машинально убираю волосы с её лба. На секунду почти физически чувствую, как отпускает. Она – моё сокровище, которое я намерена защищать от Обухова. Отчего-то кажется, что ему не так важен ребёнок, как сделать мне больно.

Отправляюсь к себе, переодеваюсь и ложусь в постель. Вспоминаю о своём обещании Мадине и нахожу нужный контакт. Пишу Юрию, что именно требуется. Ответ прилетает почти сразу.

«Привет. Любой каприз за ваши деньги. Но возьму дорого».

«Не сомневалась. Давай сразу делай скидку».

«Приятно иметь с тобой дело. Дай-ка подумать… Могу скостить половину за интим».

И куча смайликов. Мне даже не смешно, хотя раньше, может быть, улыбнулась бы. Конечно. Юрий остаётся Юрием. Женатый, вечный гуляка, которого хлебом не корми дай пошутить ниже пояса и проверить, не изменила ли я вдруг своему принципу «на таких аллергия».

«Посоветуюсь с Леной», - нарочно вплетаю в общение его жену

«Шантаж. Я был о тебе более высокого мнения».

«Отпишись, как получится узнать. Буду ждать».

«Пока, обламывательница».

Уверена, он сделает всё, что нужно. Он тот человек, который привык решать вопросы быстро и результативно. Жаль, что с Обуховым так не выйдет.

«Я тебя бесконечно люблю», - всплывает фраза от Олега.

Но я не хочу сейчас на неё реагировать, потому делаю вид что не видела. Откладываю телефон, и в комнате становится темнее. Только уличный фонарь пробивается сквозь шторы, рисуя на потолке размытые квадраты.

Закрываю глаза, надеясь, что темнота выключит голову.

Не выключает.

Вместо этого внутренний кинотеатр без паузы. Ресторан. Гардероб. Его рука на моей талии. «Я скучал, Рапунцель».

Меня передёргивает. Физически. От злости, от стыда, от того, что внутри до сих пор что-то ёкает. Как будто все эти пять лет я не жила, а просто делала вид, пока не нажали на старую кнопку.

Переворачиваюсь на бок, подтягиваю колени к груди. В животе пустота, в груди тяжесть. Рядом на тумбочке мигнёт экран, а на нём снова что-то от Олега.