Бывшая жена. Пять лет спустя

Глава 22

Выбираюсь из кабинета, застывая в проёме. У ресепшена, по-хозяйски облокотившись о стойку, стоит Обухов. Сосредоточенно слушает крупную женщину лет сорока пяти с хвостом, яркой помадой и строгим костюмом, улыбаясь ей. Всё же помощница не солгала.

Лилия Жавнер - хозяйка половины приличных банкетных площадок города. С ней нормально общаться - уже искусство, а дружить - это почти инвестиция.

Она смеётся, что-то рассказывая, помахивает своим вечным планшетом. Обухов слушает, слегка наклонив голову вперёд, как всегда, когда ему что-то действительно интересно. У них деловой разговор. У них общие точки. Оказывается, мы сосуществовали с ним параллельно, что я даже не догадывалась о том, что он здесь, пока Обухов заводил знакомства.

Лидия замечает меня первой.

- О, Алина, - радостно машет рукой. - Я как раз к тебе. Хотела по поводу дат поговорить.

И этим размашистым, приветливым жестом она привлекает внимание не только моё, но и его. Слегка киваю, решая скрыться в кабинете, когда слышу:

- Мам.

Одно слово. Тонкий, звонкий, родной голосок, которому всегда радовалась, сейчас невероятно меня пугает.

Всё внутри обрывается не потому, что я не хочу видеть дочь.
Потому что она здесь. Сейчас. В этот чёртов момент, когда Обухов ещё не покинул здание.

Резко разворачиваюсь, будто меня кто-то дёрнул за невидимую верёвочку. Элина несётся по коридору ко мне в яркой куртке и шапке, съехавшей набекрень.

- Мамочка! – подскакивает ко мне, и я автоматически приседаю, подхватывая её. Ручки Элины обвивают мою шею: теплые, доверчивые. А я не могу отделаться от осознания, что он всё видит. Забываю, как дышать. Натягиваю улыбку: ту самую, домашнюю, настоящую, а не из арсенала, а дочь целует меня в щёку.

- Привет, малыш, - прижимаю её к себе, вдыхая запах детского шампуня и шоколада. - А вы чего тут?

Я никогда не запрещала им приходить в агентство, если оказываются неподалёку. Элли здесь нравилось: диваны, блестяшки, цветы, завешанные платьями манекены - для неё это сказка. Да и я всегда была рада лишний раз увидеть дочь в середине рабочего дня.

Наверное, они с Мадиной были где-то рядом: в парке, в магазине, и заодно заскочили. В обычный день я была бы счастлива без оговорок.
Но сегодня обычным не является, и я боюсь повернуться, чтобы встретиться взглядом с Обуховым.

- Мы мимо шли, - тараторит Элина, строя мне рожицы. – Мадина сказала, если ты занята, мы тихо уйдём, но я сказала, что ты по-лю-бо-му меня обнимешь.

Я улыбаюсь, целую её в висок, шепчу.

- Конечно, обниму.

А сердце тем временем мечется в груди, как сумасшедшее, натыкаясь на рёбра. Чувствую взгляд Обухова ещё до того, как позволяю себе посмотреть.
Он не просто глядит - он впивается в меня взглядом.

Я всё ещё держу Элли на руках, прижимаю к себе, почти заслоняю собой. Попытка инстинктивная, как у зверя, который закрывает собой детёныша. И в последний момент бросаю короткий взгляд в его сторону.

Этого хватает.

Он стоит, чуть выпрямившись, руки опущены вдоль тела. Ни ухмылки, ни привычной самоуверенной маски. Только глаза.

Он смотрит на Элину так, будто весь мир в этот момент сосредоточился на маленькой девочке у меня на руках. Брови нахмурены, в голове калькулятор, высчитывающий, сколько ей.

Не нужно быть психологом, чтобы прочитать то, что мелькнуло в его взгляде.
Шок.
Осознание.
И я почти явственно читаю на его лице вопрос?

«Это моя дочь?»