Бывшая жена Серого Волка

Глава 2

Яркая летняя картинка перед глазами потеряла чёткость, и я сердито сморгнула. Нечего рыдать и впадать в панику. У меня есть телефон — надо только поймать сеть. А в Сочи ждёт Лекс, который наверняка поднимет всех на уши, если невеста вдруг перестанет выходить на связь. И вообще, нужно обратиться к местным — может, помогут найти машину, чтобы догнать поезд. Я заплачу — пока смартфон не разряжен, проблем с деньгами нет.
Подбадривая себя этими мыслями, я вытащила телефон, почти без разочарования убедилась, что сеть по-прежнему отсутствует, и решительно зашагала обратно к перрону.

А там уже было пусто — деревенские торговки живописной группкой двигались по серой ленте вившегося меж лугов просёлка. Только Матрёна монументом стояла в самом начале дороги, будто чего-то ждала.
Или кого-то.
Невольно морщась от боли в лодыжке, я направилась к ней. И когда подошла, старуха сочувствующе поинтересовалась:
— Ушёл?
— Ушёл, — подтвердила я очевидное. И без промедления спросила: — А где у вас сеть хорошо ловит?
— А нигде, — спокойно ответила Матрёна. — Мы тута без ентого вашего облучения живём и весьма радуемся.
Я растерянно моргнула: в самом деле? Без связи? Однако немедленно сообразила следующий вопрос:
— Но позвонить у вас откуда-нибудь можно?
Собеседница равнодушно пожала плечами:
— Мож, у Егория аппарат работает. Нам-то оно без надобности, сами справляемся.
«Дичь какая-то. А если пожар? Если кому-то стало плохо?»
Мне всё больше и больше казалось, что я банально задремала под монотонный стук колёс и вижу откровенно идиотский сон. С ушедшим без меня поездом и деревней, из которой невозможно связаться с внешним миром. Хотелось ущипнуть себя, чтобы проверить наверняка, но вместо откровенно детского поступка, я продолжила разматывать ниточку расспросов:
— А где этого Егория найти?
В синем взгляде Матрёны как будто вспыхнуло и погасло торжество. Однако тон её сохранил прежнюю рассудительность.
— В деревне, вестимо. Идём, так уж и быть, провожу тебя. Хоть это и Чернавка под руку сунулась, петелька-то, как ни глянь, у меня соскочила.
«И при чём здесь это?» — недоумённо поморщилась я про себя. Тем не менее вслух сказала:
— Спасибо вам большое, — и зашагала бок о бок с негаданной провожатой.

***

— Тебя как звать-то?
— Кира.
— А я Матрёна Ильинична, — с достоинством представилась спутница. — Ты, Кира, издалёка к нам попала?
— Из Екатеринбурга.
— Так и думала, что из-за Камня, — не без самодовольства кивнула старуха. — То-то смотрю: масть лисья, брови соболиные, сама, что твоя пава. Немудрено тамошние корни узнать.
И хотя я так и не поняла, каким образом рыжие волосы связаны с местом жительства, уточнять не стала.

Сначала мне шагалось вполне бодро. Но проклятая лодыжка от нагрузки ныла всё сильнее, а дорога казалась бесконечной. Даже возникло ощущение, будто мы с Матрёной ходим кругами, настолько однообразным был пейзаж. Пологие холмы, зелень которых разбавляли жёлтые и фиолетовые точки полевых цветов. Пыльная, потрескавшаяся дорога. Синее небо с почти белым, беспощадно палящим кругом солнца. В траве стрекотали кузнечики, где-то посвистывала неведомая птица. Шедшие впереди торговки давно исчезли из виду, держать задаваемый Матрёной темп становилось труднее и труднее.
«Да придём мы когда-нибудь или нет?!»
Уже откровенно хромая, я вслед за спутницей поднялась на невысокий гребень и наконец увидела цель. Далеко впереди по широкому плоскому холму рассыпался с десяток белёных домиков, окружённых зеленью садов и низкими резными палисадами.
— Вот и добрались, — удовлетворённо сообщила Матрёна. — Ну, давай, Кирушка. Ходу прибавь.
И мне ничего не оставалось делать, как сцепить зубы и заковылять вниз с холма в попытке угнаться за резвой старухой.

Как назло, упомянутый Егорий — наверняка тоже какой-нибудь дед — жил в самом дальнем доме, на вершине холма. Обливаясь потом и мысленно проклиная всё на свете, от поезда до неизвестного мужчины, вздумавшего поселиться на отшибе, я дотащила себя до деревянного, некрашеного забора высотой в человеческий рост. Калитка была нараспашку, а со двора доносился громкий непонятный стук.
«Что это там делается?»
Не то чтобы я боялась или нервничала, но всё же предпочла притормозить и пропустить Матрёну вперёд. А та хозяйской поступью вошла во двор и громко позвала:
— Егорий! Отвлекись-ка, дело есть.
— Вечно ты с делами, Ильинична, — недовольно откликнулся мужской голос, и у меня ёкнуло в груди. Что-то знакомое было в этих тембре, лёгкой хрипотце, ворчливой доброжелательности интонаций. Просто до боли знакомое.
«Да нет, это не он! — Я даже головой тряхнула. — Не бывает таких совпадений!»
А внутренний голос в унисон шепнул: «Может, сбежать, пока не поздно?» И хотя мысль была однозначно дурацкой, я едва ей не поддалась.
— Аппарат твой нужен, Егорий, — между тем продолжала Матрёна. — Телехвонный. Девочке, вот, позвонить.
Тут я, собрав волю в кулак и расправив плечи, шагнула из-за широкой Матрёниной спины. И чуть не юркнула обратно, напоровшись на острый светло-синий взгляд.
Мужчина стоял у дровяного сарая, опираясь топором на высокую берёзовую колоду. Небритый, взъерошенный, в линялых камуфляжных штанах и чёрной майке, подчёркивавшей сухой рельеф мышц, он одновременно походил и на деревенского бирюка, и на фотомодель.
«Совсем не изменился».
— Кира? — Растерянность на лице мужчины почти сразу сменилась настороженно-хмурым выражением. — Откуда ты взялась? Что здесь делаешь?
Я почувствовала себя круглой идиоткой, севшей на ровном месте в лужу. И разозлилась, отчего в моём ответе прозвучал неприкрытый вызов:
— Тоже не рада встрече, Егор. Я отстала от поезда, мне надо позвонить, а в вашей дыре сеть не ловит. У тебя есть телефон?

__________

Обязательно добавьте книгу в библиотеку, чтобы не потерять!