Бывшая жена Серого Волка

Глава 9

Долго терзаться мне не пришлось. Вернувшийся Егор небрежно отдал мне белый пакетик-майку без логотипа и начал убирать со стола. Я же без промедления заглянула в пакет и обнаружила там упакованную зубную щётку, коробочку с нижним бельём размера S и даже пачку прокладок. То есть всё, о чём я вздыхала, кроме…
— Дезодорант, — подумала я вслух, и Егор отозвался:
— Зачем? Ты и без него хорошо пахнешь.
Я фыркнула. Интересно, это был странный комплимент и попытка оправдаться? Однако, памятуя о народной мудрости про дарёных коней, привередничать не стала. И когда Егор вернулся из кухни, чтобы смахнуть со стола крошки, я с самым серьёзным видом сказала:
— Спасибо.
— Пожалуйста, — легко принял благодарность бывший муж. Отложил тряпку и протянул мне руку: — Давай помогу на полати забраться.
Сделав самое независимое из всех возможных выражение лица, я самостоятельно поднялась с табурета и с оханьем вцепилась в столешницу. На ногу было категорически не встать.
— Ничего, потерпи до завтра. — Егор заботливо поддержал меня за талию. — Это настойка действовать начала.
— Она же лечить должна, а не наоборот, — проворчала я, с чужой помощью ковыляя к печке.
— Так она и лечит, — непонятно пояснил бывший муж. — Ну-ка, сейчас я тебя подсажу. Раз, два, три!
И я сама не поняла, как оказалась наверху.
«Какой же он всё-таки сильный, — мелькнула мысль. — Хотя внешне ни разу не качок».
— Ложись на тюфяк, укрывайся и отдыхай, — между тем велел Егор. — Уснёшь — ничего страшного, спи до утра.
«Не собираюсь я спать», — недовольно подумала я, с осторожностью укладываясь на тощем, накрытом каким-то мехом тюфяке, и широко зевнула. Укрыла ноги стёганым лоскутным одеялом, пообещала себе, что только прикрою глаза, и камнем ушла в непроглядный омут сна без сновидений.

***

Ах, какой же всё-таки кайф просыпаться оттого, что выспался, а не по звонку будильника или из-за шума от соседей или с улицы! Я сладко потянулась, открыла глаза и в первый момент не поняла, где нахожусь. Почему вокруг такой полумрак, а у меня над головой — деревянный потолок, да ещё так близко? Я ведь должна ехать в поезде, нет?
И тут воспоминания о вчерашнем дне буквально прорвали плотину, захлестнув меня с головой.
Станция Дальняя. Петелька. Бывший муж.
— Ох!
Я резко села и отдёрнула закрывавшую полати цветастую занавеску. Окинула взглядом комнату — пусто, только на столе лежит какая-то бумажка. Прислушалась — тихо. Хм.
«Надо спускаться», — решила я. По приставной деревянной лесенке аккуратно слезла на пол и лишь тогда вспомнила: нога!
«Неужели прошла?»
Я присела на узкую скамеечку у печки и без долгих раздумий размотала бинт. Щиколотка и впрямь выглядела здоровой, только чуть-чуть ныла, если крутить ступнёй.
— Смотри-ка, помогло, — удивлённо пробормотала я. Положила остатки повязки на скамейку и бодро прошлёпала босыми ногами к столу.
Лежавшая там бумажка оказалась запиской: «Блины в печке, сметана в подполе, вода для питья в кадке. Умывальник во дворе. Со двора ни ногой. Скоро вернусь. Егор».
— Командир! — фыркнула я. Впрочем, пока мне никуда уходить и не надо было. Так что я взяла из оставленного вчера на лавке пакета зубную щётку и направилась разыскивать, где здесь можно умыться.

Простецкий алюминиевый рукомойник был закреплён прямо на стене дровяного сарая. Рядом на полочке лежали мыло и зубная паста, а на крючке из гвоздя висело свежее вафельное полотенце. Так что я проведала находившуюся рядом будку туалета, привела себя в порядок и, довольно улыбнувшись яркому солнцу и синему небу, отправилась завтракать.

Из подпола, кроме крынки со сметаной, я самовольно достала кувшин молока, а потом, отставив терзания о фигуре, откровенно натрескалась ещё тёплых толстых блинов.
«И когда Егор успел их напечь, чтобы меня не разбудить? — думала я, намазывая на сложенный вчетверо блин густую, желтоватую сметану. — Но вообще интересно. Мы почти год жили вместе, а я и не знала, что он умеет так вкусно готовить».

Но если подумать, что я в принципе знала о нём? Что он не в ладах с родственниками, из-за чего даже не стал знакомить меня с родителями? Я тогда почувствовала себя задетой, и это стало первым тёмным облачком на лучезарном небосклоне наших отношений. Или что он не местный, хотя паспорт выдан в Ебурге? Но из какого города, как попал в «столицу Урала» я тоже не имела понятия.
И главное, совершенно об этом не задумывалась. Наши отношения начались со спасения девушки от обдолбавшегося придурка и плавно перетекли в крышесносный роман, закончившийся камерной, но весёлой свадьбой и медовым месяцем в Тае. Потом мы въехали в Егорову квартиру и прожили почти безоблачные девять месяцев.

А потом я уехала в трёхдневную командировку и по возвращении обнаружила, что из вещей мужа в квартире осталось только заявление на развод. И следующие полгода ломала бессонными ночами голову: почему? Что я сделала? И знала ли вообще человека, за которого без оглядки вышла замуж?

Вздохнув, я откусила от блина и принялась меланхолично жевать. Вопросы, вопросы, ответы на которые мне не помог найти даже психолог. Зато он частично вытащил меня из эмоциональной ямы, а там я встретила Лекса и исцелилась окончательно.
По крайней мере, до вчерашнего дня я была в этом уверена.
— Всё, хватит.
Я из необходимости доела сделавшийся абсолютно безвкусным блин, запила его молоком и только собралась убирать со стола, как с улицы донёсся звонкий девчоночий голос:
— Тёть-Кир! Тёть-Кир, вы дома? Выйдите, пожалуйста!