Бывшая жена Серого Волка

Глава 15

А в комнате уже горела большая, важно надутая керосинка и ждал накрытый стол. Парил чугунок, до верху полный варёной картошки, поблёскивали капельками воды перья лука и веточки укропа, таяли тонко, до прозрачности, нарезанные ломтики сала. И, конечно же, одуряюще вкусно пах пышный, ноздреватый хлеб.
— Извиняется, — вполголоса пояснил мне Егор. И уже обычным тоном спросил: — Точно не будешь ужинать?
Мой желудок, от такого аппетитного изобилия позабывший все пирожки и ватрушки вместе взятые, одобрительно заурчал. И я, вторя ему, вынужденно согласилась:
— Буду.

Вкусно было — языком подавиться. Так что весь ужин мы с Егором были сосредоточены на содержимом тарелок, и лишь разливая по кружкам квас, бывший муж заговорил на несвязанную с едой тему.
— Кир, ты не сердись на Кузьму. Даже если бы телефон остался цел, у тебя бы ничего не вышло.
— Потому что судьба? — скривилась я, и Егор серьёзно кивнул:
— Именно.
Я отвернулась и вперила хмурый взгляд в глухую стену. В точности такую, в какую фигурально упёрлась сама с попытками выбраться отсюда.
— Почему тут нет окна? Был бы отличный вид на обрыв.
Не то чтобы меня и впрямь это интересовало, просто хотелось поговорить о чём-то другом. Однако теперь уже Егор отказался продолжать застольную беседу.
— Так построили, — коротко ответил он и приложился к кружке с квасом.
Я тоже отхлебнула из своей и подняла на сотрапезника тяжёлый взгляд.
— Егор. Расскажи, какая ещё нечисть живёт у вас в деревне? — Ведь предупреждённый, как известно, вооружён.
— Кир, ну какая разница? — По обыкновению, бывший муж решил уйти от прямого ответа. — Поверь, тебе эта информация только нервы попортит. Причём на ровном месте.
Я раздула ноздри, но интонации всё же сохранила спокойные.
— Разница есть. Я хочу знать, к чему быть готовой.
— Хорошо, узнаешь. — Бывший муж скрестил руки на груди. — Дальше что?
— Я буду понимать, как себя вести.
— Ты уже в курсе. Во дворы без разрешения не заходить, к себе никого не впускать…
— Егор!
— Кир, серьёзно. Просто будь настороже да в принципе держись от местных подальше. И проживёшь этот месяц тихо-мирно.
Я упрямо выдвинула челюсть.
— Не пойму, от тебя убудет, если ответишь нормально?
Бывший муж промолчал, и, судя по его наглухо закрытому лицу, обсуждать это больше не собирался. Точно так же, как год назад отказался обсуждать своё внезапное решение о разводе.
— Ну и…
Я удержала готовый сорваться с языка некуртуазный посыл. Резко встала из-за стола, едва не перевернув кружку, выплюнула:
— Спасибо за ужин, — и, каждым своим движением показывая крайнее раздражение, залезла на печку. Задёрнула занавеску, улеглась и отвернулась к стене, с головой накрывшись одеялом.

Итак, я попала не только во временную петлю, но и в деревню, где живут фантастические существа вроде чертей и домовых. Совершенно невероятная история, в которую не поверит никто и никогда. И я бы себе не верила, если бы не электронное табло на вокзале, рожки Анчутки и Кузьма.
— Бред, бред, полный бред.
Но сколько ни бормочи в подушку, сколько ни отрицай реальность, её этим не изменишь.
«Как теперь одной дома оставаться? Вдруг Кузьма захочет отомстить за ухват? Домовой же вроде и задушить может».
Я беспокойно заворочалась: вот же подумалось, блин. Не усну ведь после такого. Хотя Егор и сказал, что меня в деревне не обидят, но всё равно…
Егор. В душе вновь поднялась притихшая было злость на бывшего мужа. Разводит тайны, а мне мучайся! Вот почему бы ему сразу не предупредить про деревню?
«А я бы поверила?»
Подушка под щекой сделалась на редкость неудобной, и я недовольно приподнялась на локте. Перевернула её, несколько раз сердито ткнула кулаком в бок и снова легла, уже на спину.
Ладно, пусть тогда бы не поверила. Но сейчас-то что мешает ему рассказать всё по-человечески?
Если, конечно, он человек.
Я замерла, пригвозжённая к месту внезапным соображением. В самом деле, если у них тут все… А точно все? Егор ведь ничего конкретного не ответил. Может, здесь и нормальные люди живут. Соблюдают эти самые правила и проблем не знают. И Егор такой же — мы прожили вместе почти год, и я никаких странностей за ним не замечала.
Ну, кроме отсутствия семьи и близких друзей.
Я повернулась на бок. Вопросы, вопросы. И упрямый, как осёл, бывший муж, не желающий хотя бы в общих чертах давать на них ответы.

— Кир.
Негромкий голос Егора выдернул меня из водоворота мыслей. Однако вместо ответа я из глупой мстительности промолчала.
— Ты спишь?
Хотелось съязвить, но я упорно держала язык за зубами.
— Кир, ну я же слышу. У тебя дыхание совсем не сонное.
Слышит он! Тем не менее вместо возмущённого сопения я постаралась замедлить вдохи и выдохи.
— Не злись. Это для твоего блага, чем хочешь поклянусь.
Вот сейчас как вскочу, как отдёрну занавеску, как выскажу ему всё, что думаю! Благодетель тут нашёлся!
— Ладно, не хочешь разговаривать — не будем. Спокойной ночи. И ничего не бойся, ты в абсолютной безопасности.
Звук шагов, шорох, и окружавший меня полумрак сделался полной темнотой. Егор погасил керосинку.
«Да ну тебя… на фиг», — мысленно сообщила я ему. Обняла подушку, подтянула колени к груди и решила, что, несмотря на все уверения, сколько смогу — спать не буду. Не после эпичного знакомства с Кузьмой.