Бывшая жена Серого Волка

Глава 18

— В город? Зачем?
Всё это время я исподволь и безрезультатно пыталась выяснить, чем бывший муж зарабатывает на жизнь. И вот, кажется, завеса хотя бы этой тайны собиралась приоткрыться.
— Купалинская ярмарка, — пояснил Егор. — Повезу Иванку, Жерану и Усладу. Заодно продуктов куплю и всякого-разного. Тебе вот, красна девица, — он весело подмигнул, — какой подарочек привезти?
— Билет на поезд, — не подхватила я шутку. — Можно даже до Ебурга.
Бывший муж устало вздохнул.
— Ну а если серьёзно? Про обувь я помню. Книг? Сканвордов?
— Почувствуй себя пенсионеркой, — проворчала я. И обречённо согласилась: — Давай сканворды и книги, только что-нибудь из классики. И пачку молотого кофе, чтобы в чашке заваривать.
— И эклеров? — добродушно подхватил Егор, заставив меня удивиться: неужели помнит?
— Если не испортятся, пока довезёшь, — вслух разрешила я. Немного посомневалась — точно ли стоит задавать вопрос, зная, какой ответ услышу? — и всё же спросила: — А меня с собой взять не можешь?
— Нет, Кир. — Егор был искренен в своём сочувствии, только легче от этого не становилось. — Мне не жалко, просто тебя в городе ничего хорошего не ждёт.
— Угу, — хмуро отозвалась я и ушла в гамак, по третьему кругу перечитывать книжку про нечисть.

Уезжал Егор чуть ли не на рассвете и потому лекцию о правилах прочёл мне за вечерним чаем.
— Да, да, — скучающим голосом ответила я на повторение надоевших до зубной боли пунктов. — Всё помню. Не переживай.
Бывший муж посмотрел на меня с сомнением, однако разговор всё-таки перевёл на другую тему.

***

А утром я завтракала уже одна. И обедала тоже, и ужинала — как в зачарованном дворце «Аленького цветочка» стол накрывался и убирался без моего участия. Одна валялась в гамаке, бродила по двору, от скуки заглядывая то в пустой гараж, то в сараи. Одна смотрела с обрыва, как постепенно гаснет этот долгий, ужасно нудный день, как от реки начинает подниматься туман, как в бледном небе загораются звёзды. Мысли текли от воспоминания о странном фейерверке над лесом до тоскливых предчувствий, что завтра будет ещё более унылым.
«Может, к Матрёне сходить? — размышляла я, кутаясь в подаренный платок. — Раз уж Иванка с Жераной уехали. Всё какое-то дело».
Тем более к Иванке или Жеране, пусть я и считала их обычными людьми, идти без Егора было неловко. А вот Матрёна, по моему внутреннему ощущению, точно не подумала бы, что я навязываюсь.
«Решено. После завтрака пойду в гости — в лучших традициях Винни Пуха».

Этой ночью я спала беспокойно, несмотря на горящую керосинку и запертую на все засовы дверь. И потому, услышав странный шум, немедленно села на постели. Звуки были похожи на то, будто кто-то быстро-быстро бегал по крыше и время от времени подпрыгивал: «Топ-топ-топ! Бух! Топ-топ-топ!». Вроде бы ничего опасного, но волна адреналина мгновенно прогнала всякую сонливость.
«Надо как-то вооружиться».
Мысль была здравой, и, не позволяя себе, испугаться ещё сильнее, я отдёрнула занавеску. Слезла с печи и первым делом цапнула ухват — уже знакомое оружие. Почувствовала себя гораздо увереннее, однако на всякий случай отошла к столу и покрутила вентиль керосинки, чтобы лампа светила ярче. Вовремя — топот наверху прекратился, но в печной трубе вдруг что-то зашуршало. Напряжённая, как тетива, я выставила ухват вперёд, готовясь драться. Печная заслонка сама собой сдвинулась — я набрала в грудь побольше воздуха для воинственного клича, — и в комнату выбрался Кузьма. По-собачьи встряхнулся, поднял на меня фосфоресцирующие глазищи и мирно поинтересовался:
— Испужалась?
— Ага, — выдохнула я, медленно опустив ухват.
— Не боись, — успокоил меня домовой. — Енто завсегда так: кот из дома, мыши в пляс. Но ничё, я ентой пакости трёпку задал. Не явится боле.
Я сглотнула.
— А кто это был?
— Да есть тута один, — махнул рукой Кузьма. — Никак не усвоит, что не ему с Егорием тягаться. — И поняв, что сказал лишнего, быстро продолжил: — Но ты енто, ложися. Дальше ночь спокойная будет.
И исчез, самым надёжным способом увильнув от моих расспросов.
— Спокойная ночь, — недоверчиво пробормотала я. — Ну-ну.
Тем не менее поставила ухват к печи — на всякий случай рядом с лесенкой — и забралась наверх. Задёрнула занавеску, улеглась, чутко прислушиваясь, однако никаких посторонних звуков больше не было.
«И всё-таки, кто же это пытался проникнуть в дом? И главное, зачем?»
Я беспокойно перевернулась на другой бок.
Вернётся Егор — обязательно выясню. Не отмолчится.