Бывшая жена Серого Волка

Глава 20

Вскоре дорога сузилась до тропинки — похоже, здесь редко ходили. Змейкой вильнула по заливному лугу, где трава была, без преувеличения, мне в пояс, и выбежала к речке и перекинутому через неё узкому мосточку без перил. Росшие по обоим берегам деревья тенистой беседкой смыкали над ним ветви. И я, успевшая порядком утомиться от жары, без задней мысли прошла до середины моста, уселась и, скинув обувь, опустила ноги в прозрачные говорливые струи. Откинулась назад на вытянутые руки, запрокинула голову к зелёной листве, по которой весело прыгали солнечные зайчики — м-м-м, кайф! И почему Егор не хотел сюда ходить? Так классно, особенно днём, когда солнце печёт вовсю.
Плотно обхватывавший талию пояс неприятно давил, и я сначала ослабила узел, а затем и вовсе сняла вышитую ленту. Положила рядом с собой, но, устраиваясь поудобнее, нечаянно задела и не успела ни ухватить, ни даже ахнуть, как пояс соскользнул в воду. Махнул мне красными кистями, и течение понесло его прочь.
— Да блин!
Вскочив на ноги, я торопливо обулась и бросилась по берегу за Матрёниным подарком. Вдруг он зацепится за какую-нибудь ветку или корягу, и его можно будет достать? Но сколько я ни вглядывалась в бликующий поток, не могла разглядеть под водой узорчатую ленту. А потом дорогу и вовсе перегородил густой кустарник, и я остановилась, кусая губы.
Обходить? Махнуть рукой: ну, уплыл и уплыл?
— Вот же фигня.
Понурившись, я повернула обратно к мосту. Снова поднялась на него и уселась на доски, подтянув колени к груди. Было обидно и муторно: как теперь объяснять пропажу? Не хотелось, чтобы Егор узнал о нарушении правил, но врать тоже желания не было.

Погрузившись в невесёлые раздумья, я сидела на мосту долго. Смотрела, как течение расчёсывает длинные стебли водорослей, слушала лепет струй и птичью болтовню, вдыхала речной запах. Постепенно душа успокаивалась, словно быстрая вода уносила не только пояс, но и обуревавшие меня переживания.
«Какое же чудесное место! — подумала я, когда, окончательно вернув себе душевное равновесие, решила, что всё-таки пора уходить. — Может, ещё немного погулять по окрестностям?»
И вместо того, чтобы возвращаться домой, перешла на левый, более пологий берег. Однако не успела пройти и десяти метров, как буквально в шаге от меня из кустов выскочил заяц и бросился вверх по холму — к лесу.
— Ой, мама!
Прижимая ладонь к груди с бешено колотящимся сердцем, я проводила зверька взглядом. Пробормотала:
— Ничего себе, кто здесь водится, — ещё немного постояла, приходя в себя, и двинулась дальше, вверх по течению.

Шла я неторопливо, и взъерошенные происшествием нервы потихоньку успокаивались. Мне даже вздумалось собрать букет, и я принялась срывать разноцветные луговые цветы. Как-то так получилось, что при этом почти не смотрела вверх, а когда наконец подняла голову, увидела через реку знакомый обрывистый склон, над которым выглядывала крыша Егорова дома.
«Интересно, если подняться повыше, двор будет видно?»
Вопрос был совершенно праздным, однако захватил меня настолько, что я принялась резво взбираться на холм — к частоколу тёмно-зелёных елей. Добралась почти до самой опушки, развернулась, тяжело дыша, и удивилась: как, оказывается, далеко ушла. Дом, сарайчик, кусок забора, столб с синим козырьком таксофона отсюда казались игрушечными. А ещё, почему-то, заброшенными: серыми, ветхими, покосившимися.
«Странно, — я в задумчивости потёрла межбровье. — А вблизи они выглядят вполне нормально. Может, дело в расстоянии?»
Так или нет, какое это имело значение? В любом случае пора было возвращаться — солнце неуклонно ползло к западу, а желудок внятно напоминал: завтракала я давно. Но обратный путь мнился таким долгим, таким жарким, что не хотелось его даже начинать. Зато ельник манил обещанием прохлады, а от опушки в его тенистую глубину убегала неширокая, но заметная тропка.
«Но Егор…» — встрепенулся внутренний голос, и я недовольно поморщилась. Ну да, Егор и Матрёна. Только я уже была у реки, и ничего ужас-ужасного со мной не произошло — пояс не в счёт. Лес же выглядел совершенно обычным и нестрашным. Тем более в нём была тропинка, и я не собиралась с неё сходить.
«Пройдусь немного туда и обратно, а там солнце не будет так палить. За какой-то час ничего со мной не случится».
И я, второй раз отмахнувшись от предчувствия «это ошибка», вошла в лесной, пахший смолой и хвоей полумрак.