Бывшие. Адвокат для наследницы

Глава 5

— С химиотерапией — шесть месяцев. Без — полгода, — горько пошутил он, когда они с Эвансом стояли, облокотившись на забор левады и рассматривали пасущихся лошадей так, словно сейчас важнее этого ничего на свете не было.

— Джилл знает?

Дэвид вздохнул и почесал указательным пальцем над бровью. Конечно, он всё ей рассказал. Строго запретил реветь. Даже на похоронах. Приказал не позорить память отца слезами и соплями. И — скоро уже — его собственную.

Шести месяцев не вышло. Сгорел за четыре. Клайв не знал, сдержала ли своё обещание Джиллиан, и не стал расспрашивать, когда через месяц после похорон брата она наконец-то переступила порог конюшен. За два года Джилли избавилась от ужасающей худобы, хотя всё ещё выглядела хрупкой, но Эванс знал, какая она сильная девочка. На все соболезнования, объятия и поцелуи семейства Логан она отвечала сдержанно и не вдавалась в подробности, когда речь зашла о похоронах брата. Потом поставила Хомяка на развязки, надела наушники и отгородилась от всех, притворившись, что слушает музыку. Исключение она сделала только для Клайва.

— С уроками мы, пожалуй, закончим, — твёрдо сказала Джиллиан, когда он подошёл к ней. — Не думаю, Клайв, что сейчас я буду в состоянии их оплачивать. — Она помолчала и широким движением провела щёткой сперва по шерсти, а потом против. — После Дэвида осталась куча медицинских счетов, его жена никогда в жизни не работала, а мальчику надо будет дать хорошее образование. Поэтому все расходы я взяла на себя.

— А как же ты? — невольно вырвалось у изумлённого Клайва. — Ты на что жить будешь?

— У меня в следующем месяце выходит сборник рассказов. Гонорар , конечно, невелик, но мне и Хомяку вполне хватит на какое-то время. — Она невесело усмехнулась. — Да не смотри ты на меня так, Клайв, я буду в порядке, мне много не надо.

Эванс почесал Хомяка за ушами и предложил ему четвертину яблока.

Джиллиан закончила чистить коня, сбрызнула его спреем от насекомых. На специальной деревянной подставке лежало её седло: из дорогой рыжевато-коричневой кожи, с чёрным сидением и вручную выполненным орнаментом на так называемой «юбке», валике, путлище и передней луке. Седло было предметом зависти логановских девчонок — стоило оно дороже, чем когда-то Дэвиду обошёлся сам Хомяк. Хотя Уэллсы никогда не кичились своим особым положением, всё же Джиллиан на конюшне выделялась — она могла позволить себе тот или иной предмет инвентаря, который был недоступен для других. Клайв подумал, что девушка, может быть, и поступила по совести, но как бы ей скоро об этом решении не пожалеть. И поделился со своей, теперь уже бывшей, ученицей этими мыслями. Ей, молодой девчонке, очень скоро начнёт не хватать прежней жизни. Она же не привыкла себе отказывать во всяких там приятных, дорогих и таких необязательных вещах. А теперь придётся смотреть на какую-нибудь вещичку в витрине магазина и думать, что денег в этом месяце на её покупку не будет. А может быть, не будет вообще.

Джиллиан выслушала его с задумчивым видом, после чего пожала плечами:

— Не переживай, со мной всё будет хорошо, — сказала она и добавила с улыбкой, одновременно грустной и лукавой, — даю тебе слово дочери офицера.

Быть дочерью офицера, сестрой офицера — это, пожалуй, всё, чем она гордилась и чем дорожила. Клайв не попытался её переубедить — не его это было дело, он с самого начала установил с этой девушкой строгую дистанцию, сокращать которую не собирался. Только твёрдо сказал, что если ей когда-нибудь что-то понадобится, чтобы не вздумала обращаться за помощью ни к кому, кроме него.

Она продолжала приезжать к Хомяку почти каждый день, в любую погоду. Весной Клайв часто видел её в поле — она устраивалась на раскладном стуле под большим пляжным зонтом. Хомяк пасся неподалеку, а Джилли, положив ноутбук на колени, писала очередную повесть. Иногда останавливалась, её губы едва заметно шевелились, словно она озвучивала кого-то из персонажей, лицо меняло выражение. Через несколько мгновений находились нужные слова, и пальцы снова принимались бегать по клавиатуре.

Этим же летом миссис Логан предложила Джиллиан небольшую работу на ферме.

Хозяйство миссис Логан, названное «Угодья Райена», раскинулось на почти пятистах акрах. Зимой в крытых манежах внучки хозяйки готовили таких же сопливых девчонок и их четвероногих партнёров к так называемым «гонкам за баррель», где за кратчайшее время на высокой скорости надо было совершить полную петлю вокруг трёх бочек. Клайв же тренировал в искусстве поимки и сортирования скота тех, кто хотел почувствовать себя настоящим ковбоем. Тренировались на телятах, хотя Джиллиан не раз подбивала его выпустить в загон трёхгодовалых бычков. «Вот была бы потеха», — съязвила она как-то, но Клайв посоветовал ей заткнуться и не пугать новичков сомнительными предложениями.

Летом же миссис Логан открывала для туристов двухэтажный гостевой дом на тридцать человек — на берегу озера, в тени ив, окружённый с трёх сторон вересковыми полями, простиравшимися до самых гор. Измученным городскими заботами посетителям предлагался полный набор развлечений: охота, рыбалка, поездки в горы на лошадях. Не меньше прочего ценилась и сама возможность просто посидеть в шезлонгах у самой кромки воды и полечить душу тишиной.

Именно там Клайв впервые столкнулся с необычным поведением Джиллиан.

Вечером он задержался в конюшне дольше обычного: вроде всё закончил, но что-то заставило вернуться к леваде. У ограды он остановился, собираясь подозвать одну из кобыл, свою любимицу, но так и замер от увиденного.