Бывшие. Американский папа

Глава 11.

Ребята возвращаются из медового месяца, и я напрашиваюсь к подруге в гости.

— Ксюша, будь со мной честна.

Я смотрю в её лицо. Она так счастлива, так довольна, что мне становится неудобно обсуждать с ней тему Филатова.

В душе я очень рада за неё. Но мои проблемы, тревоги всё равно не дают покоя. Поэтому я вынуждена приставать к ней с вопросами и расспросами.

Всё просто: мне надо понять, как действовать дальше.

— Ксюш, я очень рада за тебя, правда, но всё-таки, если ты позволишь, давай поговорим про Марка.

— Конечно! Давай выпьем чай или кофе в саду и поболтаем. Как раз никого там нет, мы будем одни, — кивает мне участливо.

Выходим в сад, погода радует нас своим теплом, даже несмотря на то, что осень.

— Как в этом году затянулось бабье лето. Осень по-настоящему золотая! Ты обратила внимание как тепло? Я думала, что мы вернёмся в Россию и здесь уже ударят холода, а даже на листья на деревьях ещё есть! Чудеса какие-то! — улыбается Ксюша и смотрит на солнышко.

Жмурит глаза, и я вижу, как она сияет.

— И не говори, — улыбаюсь счастливой подруге.

Да, она сейчас всему радуется. У меня такое было, когда мы только начинали жить с Марком.

Я как дура практически любому прохожему в своём счастье улыбалась.

— Что-то случилось, пока нас не было?

— Ксюш, что Артём знает обо мне и Нике? Пожалуйста, скажи мне правду.

— Сашенька, — Ксения подходит ко мне, обнимает, прижимает к себе и держит крепко-крепко. — Ничего! Я ничего ему не говорила! Он пытался узнать, пытался спрашивать про Нику, но я знаю, что эта тема запретная. Я бы никогда без твоего разрешения не рассказала ему про вашу дочь. Просто поверь мне. Я уже не помню, если честно, что мы обсуждали тогда, в машине, когда вы познакомились…

— Вы тогда обсуждали, что он козлина, бросил тебя. Но насколько я знаю, он ни сном, ни духом про дочь не ведал. Ну или притворялся очень искусно. И кто из вас лукавит? — оборачиваемся одновременно и замечаем, как в проёме двери дома стоит Артём.

— Артём, я думала ты уехал на работу, — переводит обеспокоенный взгляд Ксюша то на меня, то на мужа. — Зачем ты подслушиваешь нас, — начинает злиться.

— Ксюш, я тебя поцеловать зашёл, а здесь такая интересная тема, — подходит, загребает её в объятия и целует нежно в губы, не стесняясь меня.

Отворачиваю лицо, чтобы не смотреть на них.

Завидую? Да, наверное, завидую, но только по-доброму. Я действительно счастлива за подругу.

Счастлива за то, что у них всё получилось. Что они смогли переступить через ложь, обман и стать абсолютно счастливыми.

Но им было проще, у них предательства не было.

— Артём, пожалуйста, — дожидаюсь, когда он оторвётся от жены, — не говори своему другу про то, что это его дочь. Ты не всё знаешь про наши отношения. Кроме того, у него скоро родится свой ребёнок.

— Саша, поговори с ним, — смотрит на меня серьёзно.

— Ты ведь ничего не скажешь? И не говорил? — пропускаю мимо ушей его слова.

— Саш, — Артём подбирает слова, — я, когда ты про него в такси сказала, очень удивился и про себя подумал: разве такое бывает, что ты говоришь о том Марке, которого я знаю? Разве люди, где один за океаном, вторая здесь, могут быть объедены одним знакомым человеком? Можешь считать меня идиотом, но мне теперь кажется, что это судьба вам новый шанс даёт. Вам обязательно надо поговорить! У вас дочь! И как рассказывала Ксюша, ты с ней живёте… очень скромно. А он может помочь! Я уверен, он захочет помочь! Саш, не отказывайся! — всё говорит и говорит Артём.

— Всё понятно: мужская солидарность, все дела! Артём! Он женат! Ты обалдел, что ли? Какой шанс? Также бросить беременную женщину и вернуться ко мне с готовым ребёнком?

— Выслушай его! Ты же даже не пытаешься! Бегаешь от него как школьница, которая стесняется своей первой настоящей любви и признаний.

— Он действительно только на полгода остаётся? — мне плевать на разговоры про вторые и десятые шансы, помощь от него и так далее. Твой друг предатель и он женат! Всё!

— Марк мне пока ничего на эту тему не говорил.

— Слушай, Артём, скажи, а у вас, у мужиков всегда так всё просто, да?

— Саша, — одёргивает меня Ксения, зная, что я могу в злости сказать лишнего. Но мне плевать! — Подожди, Ксения! Пожалуйста, не лезть сейчас! — предупредительно поднимаю руку. — Ты знаешь нашу историю? — снова обращаюсь к Артёму.

— Я знаю только то, что у каждой ситуации есть две правды. Если в ней участвуют два человека, совершенно точно будет две точки зрения.

— Ты защищаешь его, что ли? — удивляюсь.

— Нет, лишь говорю то, что сам думаю. У меня мозг есть, и я умею думать, анализировать, делать выводы, — улыбается. — Ладно, рассказывай свою правду, — присаживается на плетёный стул и наливает себе чай. — Задержусь на пару минут, раз уж такой разговор пошёл. Мы же с Ксюшей договорились теперь говорить только правду. Да Ксюш? И по отношению к нашим близким. Правильно, милая?

Ксения довольно кивает.

— Ну что же, тогда скажи, что думаешьоб этом, правдоруб ты наш! — улыбаюсь ехидно.

— После вашего диалога тогда, в машине, я подозревал, что это его дочь. Можешь меня убить, но считаю, что раз она его, вне зависимости от того, какие у вас отношения, Марк имеет право знать об этом.

— Да плевала я на то, что ты считаешь, — злюсь на мужа своей подруги. — Что вы все суёте свой нос в наши отношения?

— Ну, наверное, потому, что вы оба дороги нам, и мы хотим вам счастья? — улыбается Артём.

— Артём, что ты всё улыбаешься? Ты издеваешься надо мной?

— Нет, я просто счастлив, — смотрит на Ксюшу, — и мне так хочется счастья другим…

— Твой друг укатил в Америку, в то время как я здесь осталась одна и беременная! Ты хоть представляешь, как мне пришлось всё это переживать?! — возвращаю его с неба на землю. — А потом Ника родилась…

— Сашенька, но ведь он не знал про дочь, — тихо говорит Ксения в поддержку мужа.