Бывшие. Чужих детей не бывает

Глава 6

– Аня, Анечка…

Выныриваю откуда-то из глубины на голос Богдана. Раскатистый, бархатный.

Как же я любила его голос.

Почему такая слабость? Что случилось?

Я на диване в огромной гостиной, а глаза слепит от света дизайнерской люстры, что висит прямо надо мной.

Господи, я уже в особняке Каверина. А где же его сын?

Начинаю крутить головой и резко сажусь, Богдан ловит меня за плечи.

– Не трогай меня. Где ребенок?

– Аня, объясни, откуда ты взялась и что это за ребенок? – неумолимо смотрит мне в глаза. Руки и не подумал убрать. Что ему мои слова? Он никого не слушает. Остался таким же властным и всемогущим.

Посмотрим, как он сейчас запоет…

Боковым зрением вижу, что служанки суетятся над малышом. Хорошо, с ним всё в порядке. Я не уронила его, когда падала в обморок. Надо же так опростоволоситься.

– Это твой ребенок, Богдан. Твой и Аллы. Его подбросили к выходу из больницы.

Богдан смурнеет на глазах и смотрит недоверчиво.

– Что ты сказала?

– Ты слышал. Твоя любовница подбросила ребенка. Я его нашла. Наверное, она этого и хотела. По крайней мере, оставила записку.

Сую руку в карман, чтобы достать смятую бумажку, передаю Богдан и жду, пока он прочтет, а он резко поднимается с места и начинает кружить по гостиной. Трет лоб и вполголоса бормочет, чертыхается:

– Вот стерва! Она всё-таки это сделала!

Вот и всё. Моя миссия выполнена. Ребенка я отдала, и, судя по всему, Богдан в курсе, что его Алла способна была на нечто подобное. И пусть мне интересно, что между ними происходит, как так получилось, что они не вместе и она детей подбрасывает его бывшей жене, я не унижусь до расспросов.

– Я пойду, – сообщаю Каверину, пытаюсь встать, но он не позволяет.

– Я тебя никуда не отпущу. На улице ночь. Куда ты собралась? Аня, ты в обморок упала прямо мне под ноги, я тебя еле поймал. Так что ты никуда не поедешь и расскажешь, что у тебя со здоровьем!

– Не отпустишь? Это даже смешно, Каверин, ты мне никто, мы в разводе. И мои проблемы со здоровьем тебя не касаются.

Он выглядит так, словно я его ударила, но что я такого сказала? Ведь это правда. Он не имеет никакого права меня удерживать.

– Почему ты приехала сюда, Аня? – задает он внезапно вопрос после паузы и прищуривается, а взглядом словно пытается пробраться мне в голову.

– Что ты имеешь в виду? Разве не понятно? Я приехала отдать тебе твоего нагулянного ребенка, которого твоя любовница бросила рядом с моей больницей. Не знаю, что это, ваши игры или манипуляция в мою сторону, но меня это никаким образом не касается. Разбирайтесь сами. Я приехала не одна, меня ждет у ворот водитель, он отвезет меня домой.

– Я сказал, что ты никуда не поедешь, – выдает с нажимом, и от его приказа я вся пылаю в возмущении.

Да что он себе позволяет? Богдан, видя, что я готова уйти и не хочу с ним разговаривать в таком тоне, понижает голос.

– Аня, дай мне всё тебе объяснить. Ты должна выслушать. Я не изменял тебе.

– Зачем ты это говоришь? Имей совесть и будь мужчиной и признай, что ты сделал ребенка любовнице. Я пойду!

– Ты никуда не пойдешь! Я люблю тебя и никуда не отпущу! И я докажу тебе, что не изменял!

***

– Любишь? Я и слушать не хочу.

Я разворачиваюсь, чтобы уйти, хоть меня и тянет выслушать. Хоть во мне и борются противоречивые чувства. Ненависть и вместе с тем любовь, которая никуда не исчезла. Мне хотелось верить, что я разлюбила Богдана, что он окончательно растоптал мою любовь и веру в него.

Я убеждала себя, что забыла его, что нельзя продолжать любить предателя.

Разве можно себя уважать, если сердце продолжает верить?

Если я жду чего-то, хочу вернуть прошлое, хочу побыть рядом с любимым мужчиной…

Стоило его увидеть, как внутри всё всколыхнулось.

Такая любовь, какая была у нас, так просто не проходит.

Все наши счастливые моменты пролетают передо мной кадрами киноленты.

Как бы я хотела туда вернуться, как бы я хотела!

Но его измена всё перечеркнула.

Я должна уйти, и причем немедленно, пока не проявила слабость.

Мой взгляд неожиданно замирает на стене, заостряю внимание на том, что вместо огромного семейного портрета, который висел здесь раньше, когда особняк еще занимали родители Каверина, остался только след. Там пустое место.

– А где картина? – не знаю сама, зачем спрашиваю.

Богдан молчит. Сцепив зубы, смотрит на меня, в его глазах отражение моей боли.

Я вижу, что ему стыдно, раньше он не слушал, когда я жаловалась на его родню. Вроде я врач – уважаемая профессия, но его мать всегда хотела женить сына на ком-то получше. То и дело пыталась уговорить его бросить меня, особенно тогда, когда узнала про мой диагноз.

Богдан подходит ближе, становится рядом, его взгляд не отрывается от моего лица.

– Я ее убрал. Потому что я отказался от семьи, Аня.

– Отказался? – Ничего не понимаю.

– Да. Порвал все связи. Они не приняли тебя и строили козни. Моя мать хотела женить меня сначала на дочери знакомой, потом на Алле…

– Перестань, я не хочу это слушать. Я ухожу!

Слишком поздно для этих слов. Уже не важно, как он разобрался со своей семьей. Уже ничего не важно. Не хочу слушать, не хочу снова бередить старые раны.

И я уже делаю шаг в сторону выхода, как Богдан подается ко мне. Он стремительно ловит меня за руку, тянет к себе, в его объятиях я замираю статуей, не в силах пошевелиться, даже дышать не могу.

Страшно, больно… Или желанно?

– Пусти! – дергаюсь.

– Ни за что! Аня, ты должна меня выслушать!

– Я ничего тебе не должна! Мы в разводе!

– Нет, ты останешься, сейчас моя служба безопасности привезет сюда Аллу, и она расскажет, как на самом деле забеременела. Я и пальцем ее не касался!

– Сколько можно это повторять, Богдан? Я не верю в эти сказки! Да, пусть она приезжает и забирает ребенка. Воспитывайте его вместе, а меня оставьте в покое. Я не хочу видеть твою Аллу, понимаешь ты это или нет?