Бывшие. Дети (не) от Босса

Глава 11

Влад

– Инга Степановна, – окликаю стоящую на крыльце директора по персоналу. – Не ожидал вас здесь увидеть.

– Владислав Сергеевич, – Инга растерянно смотрит то на пацанов за моей спиной, то на гуся, гордо стоящего рядом. – Дело в том, что их мать… – она беспомощно взмахивает руками.

– Что их мать? – хмурюсь.

– У нее какие-то серьезные проблемы, – она многозначительно смотрит на детей. – Она отпросилась на полдня, – вздыхает. – И вот, пришлось приехать…

– Я думаю, если вы считаете ее ценной сотрудницей, – начинаю, раздумывая, – то надо попробовать ей помочь. Выделить адвоката, в конце концов, – пожимаю плечами. – Может, улучшить жилищные условия, или с чем к ней там прицепились.

– Ой, если вы не против, – вспыхивает Инга Степановна. – Я без нее, как без рук! Она мне инструкцию по своим делам оставила на три листа, а я все равно с трудом справляюсь! Вот заказы вроде осилила, но надо сегодня еще и счета подготовить, и внести данные в систему!

– Давайте счета мне, – поджимаю губы. – Я собираюсь здесь пообедать. Вот сейчас мальчишек устрою, – оборачиваюсь и вижу…

К воротам гостиницы, размахивая плеткой, несется дед. Тот самый, который приносил мне утку.

– Ах, оглоеды! Были б мои, выдрал бы! Ах, – упирается руками в колени. – Ух, – разгибается, хватается за сердце.

– Вам, может, водички? – мне не по себе.

Дед выглядит испуганным.

– Да ну вас! – машет на меня плеткой. – Кто вас научил с чужими детьми на машине тикать? Хорошо, Чиличиха с огорода увидала!

– Вообще-то, – стискиваю зубы, – когда я их встретил, они собирались строить плот на реке, чтобы сбежать, – смотрю на деда красноречивым взглядом. – Мы договорились, что поучимся его строить на пруду. Вместе.

Сашка с Лешкой, шумно сопя, прячутся мне за спину. Гоша, чуть взмахнув крыльями, разворачивается и ковыляет вразвалочку к пруду, делая вид, что он вообще не с нами.

Дед замирает, чешет затылок.

– Ух ты ж епстить! На минутку ж на выпас сбегал! – снимает кепку, утирает лицо.

– Я планировал здесь поработать часов до трех, – сообщаю деду. – Думаю, мальчики вполне могут остаться в гостинице.

– Марина как раз до трех отпрашивалась, – вмешивается стоящая рядом Инга Степановна. – Тут больше людей могут присмотреть. Накормим.

– Да накормить-то и я накормлю, – отмахивается старик. – Да позвоните-то хоть матери ихней.

– Позвоним, – соглашаюсь. – Мы как раз хотели обсудить с ней эту ситуацию, – указываю взглядом на парней.

– Не уж-то уволить?.. – выкрикивает старик.

– Наоборот, – перебиваю его я, – она ценный сотрудник. Мы хотим предложить ей поддержку.

– Поддержите уж, миленькие, поддержите, – дед смешно морщится. – Хорошая она девка, – вздыхает. – С отцом вон ихним, – взмахивает рукой в сторону парней, – не повезло. Так еще это! Тьфу! – в сердцах плюет себе под ноги.

– Поговорим, – убеждаю старика.

Он вздыхает, разворачивается уходить.

– Не озоровать! – грозит пальцем мальчишкам, выглядывающим из-за моей спины.

– Так, – я оборачиваюсь к Инге, – сегодня я обязательно дождусь их мать! Передайте на кухню, что дети обедают со мной. Мы сейчас плот смастерим, и я займусь счетами. Оставьте их в столовой.

– Конечно, – как-то излишне поспешно кивает головой Инга.

– Парни! – подхожу к машине, достаю березу. – За мной!

.

Марьяна

– Разве быть матерью-одиночкой у нас наказуемо? – гордо вскидываю подбородок.

Это почти суд какой-то.

Большой зал, столы буквой “П”, много каких-то одинаковых, безликих теток и я на школьном стульчике посерединке.

– Не наказуемо, – с вызовом в голосе парирует женщина в полицейской форме. – Но вы работаете! – говорит с нажимом. – А дети где?

– Вы не поверите, – чувствую, что теряю самообладание, – пока наша воспитательница не начала писать на меня кляузы, были в саду!

– Сигналы у нас анонимные, – тут же пресекает мои догадки другая дама. – Мы не раскрываем источники.

– Судя по журналу посещений, ваши мальчики последний раз посещали сад более трех месяцев назад, – открывает какие-то бумаги уже знакомая мне Кобра. – А вы, – поднимает другую бумажку, – трудоустроены на полный рабочий день в…

– Ну вы же видели, где я трудоустроена, – выкрикиваю в сердцах. – Это же почти санаторий! Мальчики часто со мной!

– Там стройка! – голосом судьи отвечает Кобра. – Ров с водой, пруд, масса посторонних людей!

– Ну кто? Кто посторонний? – чувствую, как на мои глаза наворачиваются слезы.

– Знаете, – вмешивается присутствующая здесь блондинка, – я тоже была на выездной инспекции, и у меня не возникло ощущения, что дети растут без присмотра. Да, они часто предоставлены сами себе, но для деревни…

– Они постоянно в опасности! – перебивает ее Кобра. – Чудо, что они еще живы!

– Да что вы такое говорите! – я всхлипываю.

– Ну вот сейчас! Сейчас они с кем? – грымза очкастая азартно подается вперед.

– С соседом, – огрызаюсь. – С тем самым! Вы его видели! Педагог на пенсии.

– Да? – она аж привстает. – Точно? А если мы ему позвоним?

.

Влад

– Эй, мужики, – появляюсь в том крыле, где еще не окончен ремонт. – Кто у нас прораб?

– Я! Я! – ко мне подскакивает мужичок в синей спецовке. – Я вас слушаю, Владислав Сергеевич.

О! Он знает, кто я! Похвально!

– Мне нужны плоскогубцы и кусок тонкой проволоки.

Мужик чуть склоняется, будто вслушивается. Замирает. Еще раз внимательно смотрит на меня.

– Не понял, – произносит растерянно.

– Плоскогубцы и кусок тонкой проволоки, – повторяю я медленнее. – Крючки на удочку согнуть.

– А! – резко выпрямляется. – Это можно! Это сейчас! Есть проволока медная, есть алюминий…

– Мужик, – смотрю на него, – крючки детям на удочку, – повторяю почти по слогам.

– Понял, – кивает, – понял! Сейчас, бегу!

Закатываю глаза.

Вот же ж…