Бывшие. Дети (не) от Босса

Глава 12

Марьяна

– Дипломированная няня, – уверенным голосом Инги Степановны вещает трубка. – Мы набираем персонал в детскую комнату. Вы же видели, что у нас гостиница планируется элитная. И персонал соответствующий! Чтобы родители могли спокойно отдыхать, мы нанимаем беби-ситтеров и гувернеров. Отдельно для младенцев, отдельно для тодлеров.

Тетки из опеки морщатся, хмурятся и, кажется, не понимают.

– Мы специально пригласили детей всех сотрудников, чтобы протестировать кандидата. На данный момент все идеально! Я могу вам сбросить фотографии, а также резюме этой дамы и подписанный с нею договор. Все формальности соблюдены.

Кобра раздосадованно снимает свои очки, женщина в форме полицейского делает какие-то пометки.

Председатель отключает телефон, кажется, недовольно смотрит на меня.

– Ну что ж, – поджимает губы, – если вопрос с присмотром решится таким образом…

– Надо еще проверить, – рявкает Кобра.

– Полноте вам! – перебивает ее моя добрая блондинка. – Сказали же, нанимают персонал! Дипломы, контракты! По документам дети будут в частном детском саду.

– Вот когда будут… – начинает очкастая.

– С первого августа, – вставляю я.

Не знаю, что задумала Инга Степановна, но грех не воспользоваться таким шансом.

– С первого августа мы планируем открываться для посетителей!

– Ну и прекрасно, – громко хлопает папкой председатель. – Мы будем держать этот вопрос на контроле, через две недели приедем проверим состояние детей, – оборачивается к секретарю. – Отметьте…

Я уже не слушаю!

Боже! Какое счастье! Как же они меня выручили!

Вылетаю из зала заседаний, набираю свою руководительницу.

– Инга Степановна! – аж выкрикиваю. – Что, правда, дети с няней?

– Боже, милая, нет, конечно! – ахает та. – Генеральный наш велел тебе помочь! – тут же спохватывается. – Но если нужно резюме или договор я прямо сейчас сделаю!

– Нет, нет! – спешу ее успокоить. – Они поверили!

– Ну и славно! Вообще, он сказал, что это отличная идея, сделать присмотр для детей. Сотрудникам, кроме тебя, конечно, вряд ли понадобится, а отдыхающим может. Так что мы действительно кого-нибудь наймем.

– Спаси-ибо ему! Спасибо! Спасибо! – у меня аж горло перехватывает от слез благодарности.

– Сейчас приедешь сама и скажешь, – вздыхает Инга Степановна. – Он тебя ждет. Хочет познакомиться.

– Ой, – замираю. – А зачем? Не говорит?

– Не, не говорит, – отвечает Инга Степановна задумчиво. – Он вообще сегодня странный. Привез березу, плот с твоими мальчишками строит.

– Что? – не верю своим ушам.

– Плот! – уточняет моя директриса. – Уже почти закончили. Гуся выдерживает!

.

Влад

– Пробуй давай!

Мы связали два поддона. Уплотнили их досками, чтобы нога не проваливалась. Внутрь них запихнули пенопласт, а по бокам, как поплавки, привязали пустые канистры от воды. Двадцатилитровые. Стащил с кухни четыре. В центре воткнул привезенную березу. Как мачту. Просто так.

Вышло классно! И устойчиво, и надежно. Наверное, даже меня выдержит.

Я скинул ботинки, закатал брюки, стою по колено в воде.

– Ну, смелее! Я держу!

Первым идет Сашка! Он более бойкий, более дерзкий. Лешка помягче, осмотрительнее. Но не трус. Они оба мне нравятся. Чувствую, что и с тем, и с другим легко нашел бы общий язык. Хотя… Почему нашел бы… Нахожу. Вот стою в своем костюме за двенадцать тысяч баксов по колено в воде и мастерю плот. Ну клево же!

– Держит! – Сашка шагает на первый из паллетов.

Конструкция предательски качается, но мальчишка хватается за гладкий ствол добытого ими дерева и победоносно орет.

– У-ху!

– Надо нам флаг придумать! – смотрю на нашу импровизированную мачту.

А еще думаю, что надо будет этот плот привести в божеский вид, чтобы не пугал отдыхающих. Выбрасывать не дам!

– Леш, давай, – Сашка заботливо протягивает руку брату. – Держись!

– Та-ак, – аккуратно отвожу плот от берега примерно на метр. – Отправляемся в дальнее плаванье!

В этот момент их гусь начинает нервно хлопать крыльями и гоготать.

– Что? – оборачиваюсь к нему. – Тут точно сам давай!

Птица еще раз издает громкое: “Га!”, спрыгивает в воду и плывет следом!

Мальчишки хохочут, гусь гогочет, я урчу как океанский лайнер…

– Право руля! – тяну их суденышко обратно к берегу. – Вот, кстати, надо будет еще руль сделать! Я знаю как!

– И весло тогда! – выдает Сашка.

– И весло, – киваю.

А сам думаю, как сделать, чтобы они физически на глубину заплыть не могли.

– Давайте пока на сушу! А то без весла сейчас уплывем в Тихий Океан!

Мальчишки смеются, но послушно спрыгивают на берег.

Я вытаскиваю плот, отряхиваюсь, разворачиваю брюки. А пацаны идут и мечтают.

– Мы будем рыбу удить! В центре пруда! И поймаем больше всех!

– Ну так уж и больше всех, – смеюсь.

– А ты что, не веришь? Я, знаешь, какой рыбак? – задирает подбородок Сашка.

Вот задавака!

– Какой? – смеюсь.

– Я за утро ведро красноперки поймать могу!

– Ну если только детское, – дразню его.

– Ах! – аж топает. – А давай соревнование!

– Что? Порыбачить? – удивленно смотрю на этих безбашенных мальчишек.

– Ага! Кто больше! – щурясь, отвечает Сашка.

Ха! Они что, решили на слабо развести? Меня?

– Да легко! Куплю удочку, возьмем лодку… – улыбаюсь, глядя на вдруг испугавшихся мальчишек.

Ага! Не ожидали?

– Только надо вашу маму спросить!

– Нашу маму нельзя! – начинает юлить Сашка. – Она работает.

– Мне – можно, – отрезаю уверенно. – Она на меня работает.

Действительно. Пора познакомиться с этой бесценной сотрудницей. Меня уже любопытство разбирает.

И вдруг…

– Мама! – кричат близнецы и весело машут руками кому-то за моей спиной.

Оборачиваюсь, и дыхание замирает в моей груди колючей ледяной пылью. Во рту появляется горечь.