Бывшие. Дурман

Глава 4

Ян

— Ваш кофе, — ставит на стол серебряный поднос официантка с двойным американо, а я невольно тяну аромат ноздрями и прикрываю на секунду глаза. Воспоминания услужливо подкидывают самые болезненные обрывочные фрагменты подсознания. Где я учу варить кофе по-турецки ту, которая растоптала душу и предала, перечеркнув все хорошее, что между нами было, уничтожив будущее.

— Спасибо, — выдаю сухо слова благодарности в спину уходящей девушке, а затем перевожу взгляд на Женьку, друга детства. — Как же тебя так угораздило? — оценивающим взглядом скольжу по разбитой физиономии товарища и его сломанной руке.

— Любовь, — наиглупейший ответ получаю на свой вполне серьезный вопрос.

— Суриков, ты меня за кого принимаешь?

— Ян, тут навалилось все разом, — юлит и опускает взгляд в стол друг. — Я Трусовцу задолжал.

Чувствую, как давлюсь напитком, и начинаю закашливаться.

— Льву Федоровичу? Я не ослышался?

Ну мало ли на белом свете однофамильцев! Почему сразу известный в определенных кругах Трусовец? Хочется верить, что Женька при мозгах и совсем не идиот.

— Он, — печально отвечает товарищ.

Идиот.

— Сколько?

Теперь понимаю, что наша встреча состоялась не просто так, Женька пропадал периодами, а потом появлялся внезапно и снова отчаливал в свою настоящую реальность. А я не мог игнорировать его, особенно после того, как он подогнал отличного реабилитолога и остеопата. Эти два специалиста поставили меня на ноги, а Женька суетился и был моими руками и ногами в тот момент, когда у меня, кроме головы, больше ничего не функционировало.

— Много, — друг подтягивает мой телефон пальцами, торчащими из-под гипса. — Сними блокировку.

Он открывает калькулятор и начинает вбивать цифры. От появляющихся нулей на экране не сдерживаюсь и присвистываю в голос, привлекая излишнее внимание присутствующих людей в ресторане.

— Суриков, — едва сдерживаюсь от едких колкостей в его адрес и опять же не хочу напугать за соседним столиком пожилую женщину с внуком. — Ты чем думал?

— Тем местом, о котором ты подумал, Ян. Во всем виновата любовь.

Искренне не понимаю, друг сейчас бредит или разыгрывает меня.

— Ее зовут Милана.

По блеску глаз друга понимаю, что не врет и дело действительно принимает романтический оборот.

— Я ее когда увидел…

— Где же ты встретил ту, что подвела тебя под монастырь? Ты вообще в курсе, что сделает с тобой Трусовец? Бетон не его метод — это давно вышло из моды, а вот несчастный случай вполне подойдет, учитывая его связи в правоохранительных органах.

— Она такси вызвала.

— Такси?

Женька кивает в сторону окна, и я замечаю припаркованный внедорожник у тротуара. Дорогой, новенький и совершенно не по карману другу.

— Ты же слышал наверняка о службе такси «Вмиг»?

— Допустим, — начинаю раздражаться оттого, что друг совершенно не умеет излагать ситуацию четко и по делу.

Я уже мог две встречи провести с важными клиентами, пока сижу здесь и пытаюсь понять, во что вляпался мой друг детства и вообще каковы шансы на успех ему помочь вылезти из этого …

— Водителей эконом-класса они давно набрали, а на бизнес-тарифе машины премиум и g-класса. Премиум для меня сильно по-бабски, а внедорожники вставляют, опять же, новые знакомства, — с особым запалом начинает рассказывать друг.

— Вижу я твои знакомства, — усмехаюсь, хотя ситуация катастрофическая и как бы совсем не до веселья, но это же Женька! — Вернемся к Милане.

— Ну я на выезде заказ ловлю, по этому адресу я ездил уже не раз, всегда возил директора завода холодильного оборудования, а тут ворота отъезжают, и выходит она… Я ее как увидел, совсем башку потерял.

— Суриков, ты сейчас о своем малом мозге?

— И о нем тоже. Вижу, тебе совсем не интересно, — с обидой высказывает Женька.

— Ну почему же, друг сильно влип, задел интересы особого человека и, судя по всему, попортил чью-то дочь, верно?

— Что это сразу попортил?! — вскидывается Женька. — Она знаешь какая, не для меня одного ягодка…

— Так зачем же? Баб тебе, что ли, мало, вон их сколько, — киваю в сторону окна, — по улицам ходит, а ты на элитных полез. Без обид, подробности ваших встреч меня не интересуют. И денег столько дать не смогу, часть, на остаток продашь машину и перекроешь разницу.

— Не могу ее продать. Она в лизинге у службы такси. Я на выкупе по договору, два месяца осталось отпахать, и будет машина моей. Работаю как вол, уже шестнадцать часов не спал, энергетики жру.

— Так и себя, и того, кого везешь, угробишь, — подвожу итог нашего разговора. — Сколько нужно еще для выкупа?

— Я подсчитал, — приободрился Женька, — если месяц откатаюсь в таком графике и возьму кредит…

— У тебя нет этого месяца. Трусовец не из тех, кто будет ждать столько.