Бывшие. Измене вопреки

Глава  28.

- Рита, какого черта? - почти рычит Дима и тут же сбивчиво обращается ко мне, поворачиваясь. - Алиса, нет, это… Мы расстались! Как только ты пришла на встречу, мы сразу расстались, несколько месяцев назад!

Он тяжело дышит, и я даже в этой суматохе могу рассмотреть, как бьется жилка у него на виске. Нервничает. Злится. Говорит правду? Но это просто невероятно, его бывшая девушка тут, я смотрю на нее и понимаю, что каким-то чудом догадалась надеть пижаму, ведь в пеньюаре я бы чувствовала себя в разы хуже.

- Ты что тут делаешь? – чуть спокойнее спрашивает он у блондинки, пытаясь взять себя в руки.

- Вырываю своего мужчину из лап какой-то голддигерши. Отодвинься от него, шваль, ни то я за себя не отвечаю! – ее голос все равно срывается в тонкий визг, который, наверное, мог бы раскалывать стаканы. Растерянно рассматриваю ее, пытаясь осознать, почему меня называют голддигершей. У меня есть деньги! Я не из-за них оказалась с Димой в одной постели. Я вообще не знаю, как так вышло.

Но как я могу обдумать это всё, когда вокруг кипят такие страсти. Дима встает с кровати и отвечает ей спокойно и четко, я даже удивляюсь этой перемене. Он, наконец, смог взять себя в руки, чего я сделать никак не могу. Наверное, когда ты находишься в кровати, то автоматически становишься более уязвимым.

- Рита, остановись, мы же взрослые люди. Это Алиса, я тебе говорил о ней. Я ее люблю. Не выставляй себя сумасшедшей.

Теперь я впадаю в полнейший ступор. Не хватало тебе, Алиса, впечатлений, так получи какую-то агрессивную женщину, вломившуюся к тебе в номер. Не хватало нервов и страхов на тему совместной ночевки - отлично, так получай же вдобавок признание в любви. Что с этим теперь делать? Как реагировать?

Блондинка застывает на секунду, как и я, но возвращается в реальность быстрее.

- Я этого так не оставлю, - бросает она и выбегает за дверь. А мы остаемся.

Некоторое время мы проводим в тишине, видимо, переваривая происшедшее.

- Что это было? – растерянно спрашиваю я. Этот вопрос дублируется несколько раз в моей голове. Что это было, говорю я, имея в виду эту девушку, взлом моего домика, оскорбления и признание в любви. Четыре пункта и все такие важные.

- Моя бывшая девушка. Ты приехала ко мне обсуждать контракт, и я порвал с ней сразу после встречи. Да, так бывает и да, я такой самоуверенный, - отвечает он четко и бесцветно. В голосе нет эмоций, все лаконично, он просто предупреждает мои вопросы.

- То, что ты сказал… это правда? – внутри все сжимается от предвкушения. Да, я не оценила его признание сразу, потому что оно застало меня врасплох. Но, может быть, нужно просто повторить его еще раз? Или парочку, для точности.

- Что мы расстались пару месяцев назад? Конечно, - кивает Дима.

- Не это, - я смотрю на него и всем своим видом даю понять, чего жду. Конечно, он понимает. Скорее всего, понял с самого начала.

Дима двигается чуть ближе, словно боясь спугнуть, и улыбается одним уголком губ.

- Что люблю тебя?

Он смотрит на меня, не отрываясь, и в глазах его плещется нежность.

- Да. С самого начала. Все эти десять лет. Просто понял не сразу, когда было уже поздно, а потом… просто жил. И вот, вдруг, еще один шанс, - он отвечает тихо и хрипло. И совершенно искренне. Когда говорят так – это просто не может быть ложью.

- Любил все десять лет? Даже когда думал, что я тебе изменила? – осторожно пытаюсь уточнить я.

Все-таки самые глупые, самые сумасшедшие и неправдоподобные ситуации всегда вызывают приступы откровенности после. Когда напряжение отступает, приходит она. Искренность.

- Да. Злился очень, простить не мог. Были женщины, - он запускает руку в волосы, взъерошивает их еще больше и говорит на грани слышимости, но я ловлю каждое его слово. - Много. Но увидел тебя и… Подумал, судьба. И решил попробовать еще раз. Ты, судя по всему, не хотела, но я товарищ настойчивый.

Дима пытается улыбаться, но я вижу, как тяжело ему даются слова. Он встает, подходя к двери, проверяет что-то и закрывает ее сначала на ключ, а потом на задвижку.

- Она, похоже, открыла ключом. Не отмычкой же. Кто мог его дать… - начинает рассуждать Дима. Но я не готова сейчас к еще одному разговору. И думать больше тоже не хочу.

- Дим, - зову я тихо, но он тут же поворачивается. - Давай спать.

Его плечи расслабляются, кулаки разжимаются. Теперь я вижу, как он был напряжен и всего лишь три моих слова дали ему возможность расслабиться. Он громко выдыхает.

- О большем я и просить не мог.

Он опять забирается на кровать, такой растерянный и тихий, ложится аккуратно, боясь меня спугнуть. Но я больше не испугаюсь. Теперь нет.

Я сама двигаю руку поближе к его, и Дима ловко переплетает наши пальцы. На большее сегодня я не способна, судя по всему, и он тоже.

Так что мы просто засыпаем, взявшись за руки.