Бывшие. Малышка для босса

12

Глава 7

Вернувшись с встречи в офис, я не могла сосредоточиться на работе. Фотографии в сумке жгли, как раскаленные угли, а слова Алевтины Сергеевны не давали покоя. Как долго она знает о Яне? Почему молчала все эти годы? И самое страшное, что будет, если Богдан узнает правду?

Подобные страхи посещали меня и раньше. Все эти годы я старательно запрещала себе думать о подобном сценарии, понимая, что любой исход будет катастрофой для меня. Если он узнает, что Яна его дочь, он захочет забрать ее. У него есть деньги, положение, влиятельная семья. А у меня ничего и никого нет, кто мог бы помочь противостоять ему.

В архиве я погрузилась в работу, пытаясь заглушить свои страхи и отвлечься, чтобы не сойти с ума. Сортировала документы, составляла отчеты, но все равно тревога внутри не уходила. Каждый раз, когда в коридоре слышались шаги, сердце замирало. А вдруг это он? А вдруг его мать уже все рассказала ему?

Постепенно тревожные мысли поглотили меня настолько, что я перестала следить за временем и делала свою работу совершенно автоматически, раскладывая бумаги по папкам.

— Рабочий день закончился полчаса назад.

От неожиданности я резко дернулась и зацепила локтем стопку папок, которые с шумом рассыпались по полу. Поднимая взгляд, я увидела в дверном проеме Богдана, который прислонившись плечом о косяк, смотрел на меня задумчивым, слегка прищуренным взглядом.

— Я... я просто... — начала заикаться, чувствуя, как предательски дрожит голос. В голове мгновенно возник хаос. Он знает? Его мать уже ему все рассказала? Или его приход это простое совпадение?

— Не нужно так убиваться, — произнес он с едва заметной холодностью. — Я и так восстановил тебя в должности. Работа твоя, никто не отберет.

Его тон резанул по нервам. Вчера он был совсем другим, а сегодня ведет себя так, как будто ничего между нами вчера вечером не произошло. А теперь опять этот высокомерный покровительственный тон, словно я должна быть ему благодарна за каждую крошку его великодушия.

Я машинально взглянула на часы и испуганно ахнула. Половина шестого! Садик закрывается в шесть, а мне еще добираться через полгорода.

— Боже мой, — пробормотала, хватая сумку.

— Куда ты торопишься? — в его голосе послышалось любопытство, смешанное с чем-то еще. Возможно, он рассчитывал на продолжение разговора, но увы, я спешила.

Видя, что я начала торопливо собирать вещи, судорожно проверяя, ничего ли не забыла, Богдан не двигался с места, продолжая блокировать проход.

— Может быть... — он сделал паузу, явно подбирая слова. — Может, поужинаем где-нибудь? Обсудим... рабочие вопросы.

Предложение прозвучало нарочито небрежно, но я уловила в его интонации нечто большее. Мне показалось, или это была попытка сближения, замаскированная под деловую встречу?

— Эмм, не думаю, что это хорошая идея... — ответила торопливо. — Извини, но я правда спешу, — добавила я, пытаясь протиснуться мимо него.

— Катя, — он не отступал. — Мы же взрослые люди. Можем спокойно поужинать и поговорить...

Остановившись, взглянула ему прямо в глаза. Он пытался казаться спокойным, но я же не слепая. Вчерашний вечер терзал его не меньше, чем меня. Я видела, как напряженно он сжал челюсти. Мы оба мучались между нахлынувшими эмоциями и пониманием того, что нам больше нельзя быть рядом друг с другом.

Богдан продолжал стоять, не давая мне пройти, и я поняла, что он не отпустит меня просто так. А между тем время шло, садик вот-вот должен был закрыться, а я все стояла здесь, зажатая между его настойчивостью и собственными страхами. Понимая, что выхода нет, решила сказать правду. Всё равно про то, что у меня есть дочь, он и так узнал бы. В моем личном деле эта информация и так есть, скрывать бессмысленно.

— Богдан, у меня есть дочь, — выпалила, наконец, не в силах больше изворачиваться. — И мне нужно срочно забрать ее из садика. Я уже очень сильно опаздываю. Пропусти, пожалуйста, я правда спешу.

Он замер, словно мои слова ударили его наотмашь. На лице промелькнуло удивление, затем что-то похожее на болезненное осознание. Я воспользовалась его растерянностью и быстро прошла мимо к лифту.

— Катя, подожди!

Обернувшись, увидела, что он идет следом. Лифт пришел, и я вошла, надеясь, что он не успеет, но увы, Богдан зашел следом. Двери закрылись, и мы оказались в тесном пространстве наедине.

Некоторое время он молчал, но я чувствовала исходящее от него напряжение. Сначала он провел рукой по щетине, потом запустил пальцы в волосы на затылке, потом протер ладонями лицо. Его явно штормило. Я понимала, что он хочет знать гораздо больше, чем я была готова ему рассказать.

Когда двери открылись, я поспешно вышла, доставая телефон.

— Мне нужно такси, — пробормотала, набирая номер.

— Забудь про такси, — его голос прозвучал решительно. — Садись в машину, я довезу тебя быстрее.

— Нет...

— Ты сейчас будешь ждать машину минут двадцать, потом еще полчаса ехать через пробки, — перебил он. — А я довезу тебя куда нужно быстрее, чем кто-либо другой. Если ты действительно спешишь к дочери, то выбор очевиден.

Он был прав, и мы оба это знали. Я посмотрела на время на телефоне и поняла, что другого выхода нет.