Бывшие. Мой папа доктор

Глава 41

6 месяцев спустя.

СОНЯ

— Смотри, выкапываем ямку чуть шире размера корневища.

— Так? — спрашиваю, стараясь не выглядеть полным новичком в садоводстве.

Мы с бабушкой Егора копались в земле, сажали саженцы и поливали пестрые цветы. Анастасия Эдуардовна была настоящим мастером своего дела, а я — ее верный, но неуклюжий помощник. Удивительно, как быстро мы нашли общий язык. Мы хоть с Егором и живем теперь отдельно, но навещаем его родных стабильно два раза в неделю.

— Да, молодец. Теперь в ямку насыпаем торф или компостную землю, — продолжает она, наблюдая за моими действиями с легкой улыбкой. — Садим саженец, корневая шейка присыпается землей, ага, делаем холмик конусом. А после посадки поливаем.

Я старательно следовала ее указаниям, но, как всегда, что-то пошло не так.

— Нет, это близко друг к другу. Дистанция между саженцами должна быть, — поправила меня, глядя на мои попытки разместить растения. — Если они будут слишком близко, то начнут ссориться за место под солнцем.

— Оказывается, заниматься садом очень даже интересно, — я усердно копала “свою” грядку. В испачканном платье и огромной соломенной шляпе, широкие поля которой сильно были завернуты к ушам, так что лицо будто глядело из коробочки, я казалась себе очень даже милой. — Что дальше? — спрашиваю, поднимая голову от земли. — Все посадили?

— Пока да, — вытирает руки о фартук. Обе глядим, как Божена весело играет с собакой в догонялки, заставляя ее подпрыгивать за мячом, приносить брошенную палку. — Теперь остается ухаживать, поливать, пропалывать.

Кто бы мог подумать, что однажды мне понравится укромный уголок в уютном садике, утопающем в тени деревьев и наполненном пением птиц, где можно будет выращивать цветы и овощи.

Анастасия Эдуардовна опустилась отдохнуть в беседку под деревом. С утомленным, немного осунувшимся лицом, она казалась совсем больной в это солнечное утро.

— Когда садишь цветы, то не думаешь ни о чем вредном. Удивлена, что молодым девушкам может быть интересно столь скучное времяпрепровождение.

— Ничего и не скучное, — жалобно произношу, желая прежде всего уговорить саму себя. — Хотя порой хочется выбраться куда-нибудь. Вкусить светской жизни и всего такого.

После того, как Егор восстановился и нашел себе работу, он стал сильно уставать, и провести день со мной или Боженой дома было для него гораздо более привлекательным отдыхом, чем совместные походы куда-либо. Впрочем, если Божена чего-то хотела и просила — она никогда не знала отказа. Егор оказался не только заботливым отцом, но и настоящим другом для нашей дочери.

Вообще все здорово, только последние дни я все больше волновалась: может потому что чувствовала, что нам пора двигаться дальше — мы пожили вместе, сблизились, притерлись, что очевидно… Все замечательно, все прекрасно, но статус какой-то сожительницы стал меня беспокоить. Нет, мне приятно, что кто-то взял на себя хотя бы часть моих хлопот. Мне уже не надо самой тащить тяжелые пакеты с продуктами. Менять перегоревшую лампочку, разбираться, почему кран подтекает, откапывать зимой машину от снега… Теперь в моей жизни есть Мальцев, который не против все это делать, но…

Теперь этого мало для меня. Хочется определенности, семьи... Мальцев же, увлеченный построением карьеры, в этом отношении молчит.

Успех за успехом, все у него складывается, а я из-за этого глупо нервничаю. Он стал уделять нам меньше времени, и мне это трудно игнорировать. Я мечтаю о нашей семье, о нашем будущем, но пока кажется, что я на вторых ролях. На свой день рождения я густо облилась духами, рассчитывая "балдеть, как в бурную молодость", а он пришел после полуночи. Вообще забыл про этот день и вспомнил только тогда, когда Анастасия Эдуардовна уже оборвала ему телефон. Классика жанра!

Хотелось мне прямо в лицо ему сказать: "Ну да, конечно, куда уж мне до твоих великих дел", но вместо этого я стояла с натянутой улыбкой, как будто мне за это платят. Возможно, я в тот момент больше походила на актрису из дешевого ситкома, чем на реальную женщину.

"Ты не представляешь, как я виноват," — говорил он, а я вежливо кивала, делая вид, что мои чувства не пострадали. "Ничего, милый, я все понимаю," — ответила я, хотя на самом деле мысленно повторяла фразы из самоучителя по дзен-буддизму: "Не будь злом, принимай все как есть..."

В конце концов, я поняла, что много дней будут именно такими: полными фальшивых улыбок и натянутых разговоров. Ведь нельзя же подавать вид, что я не восхищаюсь его целеустремленностью, не хвалю за успехи. Так что я надела свою лучшую улыбку и продолжаю изображать радость.

"Ой, да ладно, что там, всего-то мой день рождения..."

Кажется, я начинаю ревновать его к работе, ощущая себя такой одинокой! Ежедневная борьба противоположных чувств: с одной стороны — что меня не устраивает? Егор ведь ради нас старается, хочет наше будущее обеспечить, тут не мины "кислые" строить, тут на седьмом небе от счастья парить! Но минусы весомые…

Когда он приходит домой после долгого рабочего дня, я пытаюсь не показывать свою грусть. Но каждый раз, когда он снова задерживается на работе, мне хочется спрятаться за дверью и кричать: "Сюрприз! Вот и я, которая тебя ждала весь день!"

— Почему нельзя строить это самое будущее, имея штамп в паспорте? — тихо задаю себе вопрос. Может, это действительно решило бы все наши проблемы. Мне хочется чувствовать себя важной частью его жизни, а не просто зрителем его карьерных успехов.

Если он рассказывает о своих рабочих планах, я сдерживаюсь, чтобы не начать аплодировать как на спектакле. Но внутри бурлят вопросы: "А что насчет нас? Когда придет время для наших совместных достижений, для нашей семьи?"

Тут еще эта командировка нарисовалась! Конечно, поначалу я немного расклеилась, но потом стала себя убеждать, что, может, хоть расстояние подтолкнет его к следующему шагу и он поймет, что ему без меня плохо, что я не просто мать его дочери...