Бывшие. Нас стало трое

Глава 6

— Вас дождаться? — таксист смотрит на меня, не скрывая тревоги.

— Нет, спасибо, — улыбаюсь через силу. — Всё в порядке.

Он явно сомневается, но, очевидно, выполнив свой гражданский долг уезжает на другой заказ.

Этот любопытный дядечка работает в нашем районе и несколько раз отвозил нас с Аминкой — то в магазин, то в поликлинику.

Конечно, он удивился, увидев, мое состояние. Ну и наш разговор с Мирой подслушивал.

Разумеется, не без этого.

После разговора с подругой меня всё еще штормит и потряхивает. Вроде бы и готовила себя, что в любой момент в наш радужный мир может варварски ворваться прошлая жизни, но…

Тут сколько не готовься, а воочию столкнуться тяжело. Нервы сдают.

Вхожу в калитку детского сада дочки, оглядываясь по сторонам.

Взгляд выхватывает автомобиль черного цвета. Дорогой внедорожник один раз пиликает клаксоном и дверь со стороны водителя открывается.

Высокая фигура возвышается над идеально чистым кузовом.

За ворота его, разумеется, никто не пустит. Охрана четко следит…

Набираю в легкие воздух и почти кричу:

— Жди нас тут!

Не уверена, что мой писк, относимый ветром в другую сторону, был услышан, но на знакомом лице появляется улыбка. А затем короткий кивок головы.

Я нервно улыбаюсь и быстро несусь к двери. Буквально влетаю в группу и только увидев, как Амина играет с двумя девочками, выдыхаю.

Соскучилась по своей девочке.

— Алина Андреевна, вы извините, что дернула вас, — воспитательница подходит ко мне первая. Опережает заигравшуюся дочку. — Просто указаний не поступало… Сами понимаете, у нас инструкция. Детки маленькие, мало ли что…

— Ольга Николаевна, всё в порядке. Наоборот, я благодарна вам за бдительность и внимание, — успокаиваю женщину, чтобы не придумывала себе всякого.

Лучше так, чем пускать на территорию кого попало, подвергая жизни детей опасности.

Я и так пока грузилось фото чуть Богу душу не отдала…

— Мама-мама! — Аминка едва не сбивает меня с ног, крепко обхватив руками под коленями.

Довольная, щечки розовые…

— Привет, моя сладкая. Идём домой?

Дочка кивает и бежит в группу, чтобы попрощаться с друзьями.

Сама садится на лавочку, чтобы переобуться — серьезная такая. Самостоятельная.

Амина берет свой рюкзак и рисунок:

— Мамочка, а почему дядю Глеба не пустили внутль? Я хотела поигр-р-рать! — мой воинственный воробушек сейчас даже буку выговаривает и рычит ее, как тигрёнок.

Дочка бросает на воспитательницу обиженный взгляд.

Ох… Кажется вечером нас ждёт долгий разговор…

— Алина Андреевна, если ваш знакомый планирует часто приезжать, — Ольга краснеет, видно, что ей неловко это обсуждать. — Может быть, вы оформите на него пропуск? Тогда и недоразумений больше не повторится… Только в группу ему всё равно нельзя, — она гладит Аминку по голове как бы извиняясь. — Просто дядя слишком взрослый...

— Котенок, — я приседаю на корточки, чтобы быть с Ами на равных. — Ольга Николаевна несет за вас ответственность. Вот откуда она знает правда ты знаешь дядю Глеба или нет? И, милая, здесь, — я показываю руку на дверь в группу: — Ваша крепость! Свои тайны и игры. Представь, если мы, такие скучные взрослые ворвемся к вам? Как драконы!

Малышка хмурится.

Всерьез раздумывает над нашими словами.

Смотрит то на меня, то на воспитательницу:

— Но дядя Глеб холоший! Я его всю жизнь знаю! — продавливает своё упрямица.

Всю жизнь!

Как скажет… стараюсь не засмеяться.

Характером Ами в папу… Ангелок с таким стержнем, что все вокруг по струнке ходят.

Наконец дочка расслабляет брови и идет к своему шкафчику. Достает из него брелок в виде зайца и молча протягивает воспитательнице.

Надо же! Амина Булатовна сама пришла мириться! Признала-таки, что была неправа.

В очередной раз я восхищаюсь, какая же она у меня получилась — умная и рассудительная.

Любимое чудо!

Каждый день удивляет и радует.

А главное, даже будучи крохой, никому не позволяет сделать себе больно! А я сделаю всё, чтобы огородить её мир от зла и предательства.

Из ворот садика Аминка бежит со скоростью света. Я еле успеваю за этой бегуньей.

— Руку маме оторвешь! — одышка такая, словно на пятый этаж за минуту поднялась.

— Взслослым нельзя оторвать р-р-руку! Они же у вас плишиты! — снова удивляет своим ответом моя малышка.

— Пришиты? А я думал, что мы все сделаны из железа! — улыбающийся Глеб идёт навстречу, раскидывая руки в стороны. — Привет, принцесса!

— Глеб! — влюбленный визг дочери оглушает, и я разжимаю руку, чтобы выпустить ее ладошку на свободу.

Оставшиеся тридцать шагов Аминка пробегает, как Усейн Болт. Если бы я ее не отпустила, точно пришлось бы пришивать руку.

Не могу сдержать улыбки, видя, как дочка повисает на крепкой шее. Обезьянка моя.

Такие они оба милые. Хоть и злюсь на Молотова.

Ну кто так делает?! Вечно эти его сюрпризы!

Чуть до инфаркта не довёл.

— Привет, красавица, — Молотов склоняется к моей щеке, но я отпрыгиваю в сторону.

Пусть знает, что злюсь. Потому что так не делается!

Мы же не в Швейцарии, где уровень стресса среди жителей сводится к нулю…

Только вот этой непробиваемой горе мышц всё нипочем! Стоит и улыбается.

— Алинка, не нужно меня сжигать прямо здесь! — паясничает он. Ну ничего не меняется… — Я, между прочим, с самолета сразу к вам.

Мужчина пиликает сигнализацией и помогает Аминке сесть в детское кресло. Откуда оно в его машине я даже не хочу спрашивать.

Это же Глеб…

— Приютить тебя, что ли? — ухмыляюсь, скрещивая руки на груди.

Я безумно рада его видеть, но пока не готова так быстро простить.

Пусть помучается.

Тем более, что он с Аминкой прекрасно ладит. Будет с кем поболтать за рулем.

— Почти… — вглядываюсь в лицо мужчины — серьёзное.

Неприятная догадка ползёт по спине мурашками, заставляя сердце биться чаще.