Бывшие. Нас стало трое

Глава 9

— Марьяна, у вас очень милая малышка. — Улыбаюсь своей потенциальной няне.

Мира толкает меня в плечо, взглядом транслирует: «Приглядись».

А я и без неё уже поняла, что, кажется, именно эта молодая женщина мне подходит.

Марьяна хороша во всём: спокойная, улыбчивая, какая-то домашняя… у неё есть дочка, на год младше Аминки, но по росту она почти догоняет мою принцессу.

Девчонки сразу же сдружились — взялись за ручки и ушли от нас в дальний угол комнаты. Потихоньку сидят и передают друг другу одежду для сказочных фей.

— Вы знаете, Амина тоже очень чудесная… — запнувшись, девушка опускает взгляд в пол.

Я сразу же внутренне напрягаюсь.

Глеб сказал не экономить на няне, и Мира подняла все свои связи. Выяснилось, что та няня, которую мы хотели, не подходит. Но она порекомендовала очень хорошую девушку, которая сейчас находится в трудной жизненной ситуации.

Варианта два: либо Марьяна запросит каких-то огромных денег, либо найдёт причину отказаться.

Но её ответ меня удивляет.

— Алина Андреевна, мне тоже очень понравилась Амина, и я готова на все ваши условия. Однако есть проблема…

— Какая? Давайте попробуем решить, — улыбаюсь через силу. Ещё немного и скулы сведет.

— Я не смогу оставлять Сашу одну — она ещё слишком маленькая. А мама… Мама неважно себя чувствует, поэтому она может максимум два раза в неделю остаться с дочкой на ночь. Простите, пожалуйста, но, к сожалению, мы вам не подойдём, — заканчивает она подавленно.

А вот я не могу сдержать облегченного вдоха. Напряжение разом отпускает.

— Как раз это не проблема! Нам нужна няня с полным проживанием, — указываю в сторону двух комнат, не считая гостиной. — Место, как вы понимаете, есть. Поэтому заселяйтесь вместе с Сашенькой. Уверена, что девчонки будут рады.

Разумеется, я не говорю Марьяне о том, что на время нашей аферы мне пришлось забрать Амину из садика.

Едва знакомому человеку ни к чему знать истинные причины домашнего режима.

Узнав новости, Ами довольно кричит и повисает на мне обезьянкой.

Хорошо, что моя малышка очень понимающая и чуткая девочка. Знаю, что она расстроилась — ведь уже привыкла к садику. Друзья появились…

У меня сердце разрывалось от грусти за неё и от сожаления…

Но дочка быстро поняла, что по-другому маме никак, и согласилась со всеми условиями. А видя, как девочки дружно играют, я понимаю, что, возможно, это было лучшим решением.

Всё-таки сейчас в саду много детишек — кто с простудами, кто с чем-то ещё. А тут контакт будет зациклен только на них двоих, поэтому риск ОРВИ и простуд минимизирован.

Нехорошо так рассуждать. Тем более, что детям нужен крепкий иммунитет и социадизация… Но я знаю себя: если Амина, не дай Бог, простудится, я брошу всё — даже ту идею, которую сама всем предложила и сразу же помчусь к дочери.

На всех станет наплевать, включая Булата.

Потому что Амина для меня — это всё.

Дочка — это моя жизнь!

И Марьяна радостно соглашается. Конечно, старается держать себя в руках, но видно, что и у неё гора с плеч упала. Потому что очевидно: для такой симпатичной (я бы даже сказала — красивой, яркой) девушки работа няни — то ещё испытание.

Все мы научены горьким опытом... Понимаю, мне не стоит судить всех мужчин по одному только Гараеву.

Тем более грести всех под одну гребёнку. Но то, как в богатых семьях мужчины обращаются с нянями детей, уже, кажется, обросло легендами.

Со слов знакомой Марьяны именно поэтому она и не может толком устроиться на постоянную работу: восемьдесят процентов запросов — это няни в возрасте, с большим опытом.

Ну а там, где опыт не требуется, весьма очевидно, какие ещё «дополнительные услуги» должна оказывать няня…

Так что, это даже хорошо, что у нашей новой няни есть принципы и она дождалась нас.

Со спокойной совестью, но тяжёлым сердцем я оставляю Аминку. Целую сладкий носик, щёчки, долго-долго обнимаю дочь и беру с неё клятву, что в случае чего она сразу позвонит мне — даже если просто поранит пальчик.

Мира фыркает и ухмыляется, поторапливая к выходу.

А я не могу взять себя в руки. Вот такая я тревожная мать…

Не ожидала, что стану такой, но разлука с дочерью за секунду превратила меня в невротика с ОКР.

Половину дороги Мирослава жужжит, что это неправильно, не нужно себя так вести и загонять в рамки.

Понимаю ее всецело — умом. Только всё равно никак не могу успокоиться.

Опять Гараев всё испортил! Даже своей дочери он не может сделать хорошо!

Из-за него мы вынуждены разлучиться…

Эта неделя (а я надеюсь, что именно в неделю мы и уложимся) станет для меня настоящим адом.

Нет, я понимаю, что мы будем созваниваться с Аминой по видеосвязи. А если Глеб подтвердит, что слежки больше нет, то, возможно, я смогу даже вырваться к доченьке.

Но всё это настолько призрачно, что от этого ещё грустнее…

Мира предлагает сходить в кафе, чтобы отвлечься и наконец посплетничать. Я с радостью соглашаюсь. Переключится и правда нужно…

Однако едва мы заказываем огромную пепперони, успеваю откусить всего несколько кусочков пиццы, как у Мирославы звонит телефон.

— Да, она со мной. А что случилось?

Сердце тут же пропускает удар. Но Мира взглядом показывает, что всё хорошо.

Звонят с клиники…

Мира ругается с заведующим филиала, в сердцах сбрасывая звонок:

— Слушай, куколка, я понимаю, что мы с тобой договорились, но у нас сегодня форс-мажор. Два доктора свалились с ОРВИ, на приём выйти некому. Одна Люда не сможет — зашивается.

— Нет проблем, давай я съезжу. — Быстро заглатываю кусок пиццы, запиваю чаем.

Честно сказать, я и так оттягиваю момент возвращения в квартиру к Глебу. А так хоть на работе отвлекусь, переключусь и перестану себя накручивать. Тем более что накручиваю я себя зря: мужчина, кажется, оставил все попытки флиртовать со мной после того разговора на кухне.